Это общая черта французских СМИ и, в частности телевидения, где и ведущие, и гости, строящие из себя инквизиторов, занимаются русофобской пропагандой. Журналистам, объективно делающим свою работу, остается лишь прогнуться и приветствовать тошнотворные заявления о России как божественное откровение.


Тема программы «Это витает в воздухе» от 24 мая 2018 года звучала следующим образом: «Путин и Макрон — враги навсегда?» Как и всегда, когда речь заходит о России, гости были подобраны так, чтобы напирать исключительно на одну позицию: Москва и, в частности Путин — это воплощение зла. Чтобы убедиться в этом, достаточно взглянуть на список гостей за последние месяцы. В первую очередь, это основатель Института международных и стратегических исследований Паскаль Бонифас (Pascal Boniface), который присутствовал на шести последних передачах. Вместе с главным редактором «Журналь дю диманш» Франсуа Клемансо (François Clemenceau) они играют роль «нейтральных». В ходе интересующей нас программы они должны были возражать «не русофильски» настроенным Татьяне Кастуевой-Жан (Tatiana Kastouéva-Jean) из Французского института международных отношений и автору книги «В голове Владимира Путина» Мишелю Эльчаниноффу (Michel Eltchaninoff). Учитывая, что ИМСИ на треть финансируется МИДом, а любовь к Америке Клемансо, отвечающего за внешнюю политику на «Европе 1», всем прекрасно известна, можно легко понять общую направленность программы. Как бы то ни было, нельзя не признать, что Баскаль Бонифасвел вел себя объективнее всех и, кстати, отметил пагубную роль антироссийских санкций для французского сельского хозяйства, а также влияние мягкой силы США во время выборов во Франции.


Напомним, что два последних президента Франции были участниками программы «Молодые лидеры» Франко-американского фонда…


В списке частых гостей за последние полгода также стоит отметить Лор Мандевиль (Laure Mandeville) из «Атлантического совета», Галину Аккерман и Сесиль Вессье (Cécile Vaissié), то есть весь цвет «дружбы народов» с Украиной. Это стремление к «беспристрастности» проявилось особенно сильно во время украинского кризиса в 2014 году, когда в эфире появились Мари Мандра (Marie Mendras) из Трансатлантической академии, крипто-бандеровка Натали Пастернак (Nathalie Pasternak) и уже отмеченные Сесиль Вессье и Галина Аккерман. Стоит сказать, что «Это витает в воздухе» тогда представляла собой настоящий пиар-центр украинской гражданской войны.


Определившись с уровнем объективности программы, мы можем подробнее рассмотреть, что было сказано 24 мая. Предлогом для беседы был выбран визит Эммануэля Макрона в Санкт-Петербург. Самым ярым критиком России был Мишель Эльчанинофф, который безошибочно следовал логике русофобских концепций. Философ говорил о российском вмешательстве в избирательные кампании, гибридной войне, Олеге Сенцове, «Новичке» и т.д. Для довершения картины ему не хватало разве что упомянуть Навального и рейс МН17.


Касательно вмешательства в избирательный процесс, как можно расценивать финансирование Алексея Навального Национальным фондом демократии в 2007 году для подготовки цветной революции? Возникают вопросы и о тех средствах, которые он получил от 300 человек из 46 стран, когда претендовал на пост мэра Москвы в 2013 году. Стоит отметить, что коллективное финансирование, которое наблюдается в том числе и в случае «Беллингкэт», является одним из лучших способов анонимизации финансовых потоков.


Вторая из основных концепций лексикона русофобской пропаганды — это «гибридная война». Это понятие, включающее в себя все подряд, было разработано в США в начале 2000-х годов и распространено Фрэнком Хоффманом (Frank Hoffman), однако полностью отсутствовало во французской прессе до 2014 года. Это выражение сначала применялось к Украине в НАТО, а затем получило распространение и в самой стране. Во французской прессе оно впервые встречается в интервью Кастуевой-Жан в мае 2014 года, а потом у Антуана Арьяковского (Antoine Arjakovski) в июле того же года. Его употребление стало расширяться во французской прессе (или, скорее, стаде баранов) с помощью интервью украинских официальных деятелей (министр обороны Валерий Гелетей, советник президента Владимир Гурбин, ректор Украинского католического университета Борис Гудзяк) и проукраинских лоббистов вроде бывшего евродепутата от «зеленых» Оливье Дюпюи (Оlivier Dupuis). В 2015 году частота использования этого понятия возросла десятикратно, но в значительной степени из-за его применения относительно «Исламского государства» (запрещенная в России террористическая организация — прим. ред.). Таким образом, все это можно назвать провалом украинской пропаганды. Своего пика абсурд достиг с заявлением Петра Порошенко о том, что голод в СССР 1931-1933 годов (используется украинской властью в своих целях под названием «голодомор») был частью вековой гибридной войны России против Украины.


Таким образом, «гибридную войну» можно считать одним из распиаренных понятий атлантистской пропаганды.


После всех этих стандартных для антироссийского пиара вещей Мишель Эльчанинофф вводит новый «мем»: «Он (Макрон) попытается дать понять Владимиру Путину, что вместо того, чтобы делать упор на статусе великой державы, которой Россия не является, нужно вернуться к разумному многостороннему диалогу держав средней руки… Раз по ВВП Россия не достает даже до Италии, ее нельзя считать великой державой, как Китай и США».


Ни один из гостей не опроверг его заявления, несмотря на всю их абсурдность. Хотя номинальный ВВП Италии за 2017 год действительно выше российского (1,912 триллиона против 1,469 триллиона), одного этого критерия недостаточно, чтобы назвать Россию средней державой. ВВП не измеряется одними лишь денежными потоками, и его можно сравнить с оборотом предприятия. Величина последнего, кстати говоря, вовсе не гарантирует рентабельность и жизнеспособность компании, и здесь следует принимать во внимание другие факторы. Например, соотношение собственных капиталов к задолженности, у которого можно провести параллель с внешним долгом страны. В этом плане у России все хорошо (13 место среди стран с наименьшей задолженностью). В процентах от ВВП ее долг меньше, чем у Кувейта, тогда как итальянский составляет 133% ВВП страны, ставя Италию на 4 место в списке государств с самыми высокими долгами. Кроме того, не стоит забывать, что совокупный ВВП БРИКС больше, чем у ЕС: 18,27 триллиона против 17,112 триллиона.


Существуют и другие варианты оценки ВВП, например, ВВП по паритету покупательной способности, который лучше отражает истинный уровень богатств, населения страны. В этом списке Россия занимает шестое место в мире и второе в Европе, уступая только Германии. Более того, по данным аудиторской компании PwC она должна выйти на первое место к 2030 году…


Таким образом, аргумент Мишеля Эльчаниноффа о ВВП не является ни верным, ни ложным, поскольку все упирается в то, какой тип ВВП рассматривать. В любом случае, достаточно ли ВВП для оценки силы страны?


Разумеется, нет. Так, например, можно попытаться оценить военную мощь с помощью выделяемых на оборону бюджетов. В этом рейтинге Россия занимает пятое место, а Италия — девятое (она также не является ядерной державой). В заключение, мы рассмотрим дипломатический вес страны, и здесь сравнение с Италией опять-таки складывается в пользу России, поскольку она является постоянным членом Совбеза ООН. Таким образом, Россию едва ли можно назвать державой средней руки, которая уступает Италии, как утверждает Мишель Эльчанинофф.


На самом деле, Россия — великая дипломатическая держава. Прежде всего, это связано с ее центральной ролью в БРИКС, на которых приходится 40% населения мира, что втрое больше ЕС и стран НАТО. Кроме того, она — единственная великая держава, у которой есть конкретные дипломатические контакты со всеми участниками современных конфликтных ситуаций, будь-то КНДР, Израиль, Иран или Сирия. Западные постоянные члены Совбеза неспособны на такие отношения. Так, у Франции, Великобритании и США с 2012 года нет посольств в Сирии, что, разумеется, не способствует дипломатическим контактам. США и ЕС также называют «Хезболлу» и ХАМАС террористическими организациями, что создает проблемы для урегулирования кризисов на Ближнем Востоке.


Если Россия не является средней державой, как назвал ее Мишель Эльчанинофф, почему тогда Паскаль Бонифас сразу же не отреагировал на его слова и упомянул дипломатическую роль Москвы только 20 минут спустя? Стоит также задуматься о том, почему он искал взглядом одобрение Мишеля Эльчаниноффа, когда брал слово. То есть, почему всемирно известный эксперт по международным отношениям прогибается перед каким-то философом, чей единственный вклад в геополитику заключается в одной антипутинской книжонке? Точку зрения Эльчаниноффа можно описать предельно просто: Путин проигрывает, причем неумело, а Россия — маленькая и бедная страна.


Такое наблюдение наглядно указывает на неспособность участников французских телепередач представить объективную точку зрения о России. Чтобы убедиться в этом, достаточно рассмотреть различные интервью Анн Нива (Anne Nivat). Влияния ее мужа Жана-Жака Бурдена (Jean-Jacques Bourdin) оказалось достаточно, чтобы открыть перед ней двери СМИ, но не хватило, чтобы позволить ей свободно выражать свою точку зрения. Так, например, в эфире «Франс 5» она пыталась доказать, что Россия — не диктатура, после чего на нее сразу же обрушились с критикой ведущие.


Что из всего этого следует? К сожалению, французские СМИ теперь — всего лишь интеллектуальная диктатура, где пропаганда душит правду, а эксперт подчиняется активисту.


Но что бы ни утверждали все эти самопровозглашенные инквизиторы, Россия — великая держава и все более сильный полюс притяжения в мире.