Читайте первую часть.


Запретный визит


В мае 2015 года Ольга Амбарцумова, 40-летний психолог из Москвы, прибыла в израильский аэропорт Бен-Гурион, где ей отказали во въезде в страну. Однако до этого она регулярно посещала Израиль, приезжая к своему сыну и бывшему партнеру — израильтянину. На протяжении всего этого времени женщина сражалась за опеку над сыном, а с 2015 года — и за само общение с ним. Причины, по которым израильские официальные лица отказали Ольге, звучали следующим образом: «предотвращение незаконной иммиграции» и «соображения общественной безопасности или общественного порядка».


«У меня взяли отпечатки пальцев как у преступника, — говорит Ольга. — Они проверили все, что могли. Но у меня был дополнительный телефон, благодаря которому мне удалось позвонить моему адвокату, находясь в дамской комнате, и сказать ему, что меня задерживают, и что я не понимаю, что происходит».


Израильский адвокат Эли Гервиц, который представляет интересы Ольги, отправил по факсу властям пограничного контроля Израиля решение суда по делам семьи Ольги. Там было указано, что Ольга может навещать своего сына в Израиле четыре раза в год: дважды за счет своего бывшего партнера, дважды — за счет собственных средств. Однако это не помогло. Власти посчитали, что не факт, что женщина, неоднократно посещая Израиль, не попытается остаться в стране. Израильские официальные лица были в равной степени не впечатлены и тем, что в Москве Ольгу ждала ее новая семья.


Как и другие, которым было отказано во въезде, Ольга говорит, что она также подвергалась унизительному обращению. Например, когда она попросила воды, сотрудники пограничного контроля потребовали, чтобы она говорила на иврите (предположив, что она знает язык после частых поездок в Израиль). «В конце концов, они посадили меня в камеру, так и не дав мне попить, — вспоминает женщина. — В душной камере было много людей, они были грязными. У меня начался приступ астмы, и я потеряла сознание. После того, как мои сокамерники постучали в дверь, меня вывезли в плохом состоянии. Сотрудники аэропорта даже не вызвали мне врача».


Неприятный опыт в аэропорту — это наименьшая из проблем Ольги. «Я могу жить со всем этим, — говорит она. — Но то, что действительно меня убивает — это обещание моему сыну, что я приеду, которое мне не дают исполнить. Сын ждал, а меня не пустили. В результате отношения между нами сейчас полностью уничтожены. Теперь он со мной не разговаривает. Он думает, что я обманула его. Я не видела его уже более трех лет, и у меня даже нет телефонного контакта с ним. Я для него лгунья».


Адвокат Эли Гервиц, представляющий Ольгу в иске против УФМС Израиля, объясняет, что привело к роковой ошибке при пограничном контроле. В начале 2000-х годов Ольга и ее израильский партнер (отец их общего с Ольгой сына) подали просьбу в УФМС предоставить ей временный статус в Израиле в процессе постепенной натурализации. Они никогда не состояли в браке и не преследовали цели пройти процесс натурализации, а после рождения сына вся семья жила в Москве. Затем последовало сложное расставание, после которого отец вернулся в Израиль с ребенком. Несмотря на заявления Ольги о том, что мальчика похитили, суд постановил, что сын будет жить с отцом.


Адвокат Эли Гервиц: «Спустя много лет после того, как процесс натурализации Ольги закончился, ее бывший партнер пришел в МВД со своим новым партнером (с новой женщиной). Его спросили: «Где женщина, с которой вы пришли в последний раз (речь об Ольге)?». На что он ответил: «Я не знаю, она исчезла».


По словам адвоката, МВД должно было сделать вывод, что если женщина исчезла, она, вероятно, была в Израиле нелегально и ее надо депортировать. «Никто не удосужился проверить, что Ольга не живет в Израиле, и что во въезде в страну ей отказали», — сказал Гервиц.


Ранее в этом году, когда обсуждался ее иск против УФМС, адвокат Эли Гервиц хотел вызвать ее на слушания в Израиле. Но УФМС потребовала 60 тысяч шекелей (около 17 тысяч долларов США), чтобы позволить Ольге въехать в страну. Конечно, у нее не было такой суммы на это.


Адвокат Эли Гервиц заявил, что «это мировой рекорд». «Я никогда не слышал о том, что УФМС может запросить такую сумму денег. Вместо того чтобы признать свою ошибку, УФМС препятствует ей присутствовать на судебном заседании в деле, в котором УФМС является ответчиком».


По словам УФМС, Ольга могла бы спокойно въехать в страну, если бы все делала «упорядоченным образом». Власти сообщили, что женщина не показала сотрудникам пограничного контроля заявления из суда, где указано о ее проблеме. Однако адвокат Эли Гервиц отрицает это, заявив, что факс был им отправлен и получен второй (принимающей) стороной.


УФМС также заявила, что Амбарцумова должна была заранее организовать свое прибытие через израильскую службу в России. Однако, по словам женщины, когда она попыталась это сделать, ее попросили внести сумму, которую она не может заплатить.


«Теперь я могу говорить об этом спокойно, — говорит Ольга, — но это сложно. Когда я пытаюсь пожелать моему сыну удачи или просто поговорить с ним, я получаю от него плохие сообщения. Он не разговаривал со мной четыре месяца. Я понятия не имею, где он и что с ним происходит. Я написала адвокату Эли Гервицу, что у меня даже нет возможности услышать голос моего сына. Адвокат написал органам благосостояния, и мальчик ответил, что он не хочет, что он живет без меня все это время и что с ним все в порядке, и он не понимает, почему я вдруг вспомнила о нем».


Ускоренный отказ


Частичное объяснение того, что жителям бывшего Советского Союза отказывают во въезде в Израиль, заключается в том, что некоторые из прибывающих действительно пользуются визовым соглашением для незаконной работы в стране. Есть также израильские посредники, которые помогают украинцам и грузинам в том, чтобы обеспечить им политическое убежище в Израиле и найти работу и жилье. В конечном итоге запросы отклоняются, но пока их дела находятся на рассмотрении, мигранты остаются в стране и работают.


Как сообщалось в «Гаарец», в прошлом году УФМС представила новые процедуры, в соответствии с которыми все просьбы о предоставлении убежища грузинами и украинцами могут быть отклонены в рамках ускоренного процесса в течение нескольких недель, а не лет, как было до этого. По данным УФМС, число таких запросов резко упало с тех пор, как новая процедура вступила в силу. Например, в прошлом году граждане Украины подали более 7 700 запросов на получение статуса беженца, а за первые пять месяцев 2018 года было подано менее одной тысячи таких запросов.


Тем не менее, посредники продолжают свое дело. Например, есть сайт на русском языке extremline.com. На нем есть услуги приобретения «юридического статуса и работы в Израиле», указан номер телефона и электронный адрес. Я написала по данному адресу письмо, представившись гражданкой Украины Ксенией, и попросив помочь мне найти работу на долгий срок в Израиле. Меня связали с человеком по имени Яков.


Яков сообщил мне, что поможет все организовать, что встретит меня в аэропорту Израиля и предоставит мне жилье. Когда я спросила его, могу ли я получить статус беженца, он ответил, что это невозможно. И «успокоил»: «Если они рассмотрят вашу просьбу на год или два, и вы будете здесь в течение всего этого периода, вы можете спокойно жить и работать в Израиле легально». Я спросила, может ли он помочь мне в получении убежища. «Да, это моя профессия», — сказал Яков, добавив, что его гонорар за то, что он назвал «услугами адвоката», составит 1500 долларов. Чтобы смягчить мои опасения, он также сообщил, что в Израиле насчитывается около 60 тысяч украинцев, что намного превышает показатель в 20 тысяч человек, который УФМС предоставила «Гаарец» в прошлом году.


Но число таких мигрантов, проживающих в стране на данный момент, не является утешением для многих посетителей, отдых которых «благодаря этому» разрушен, кто попадает в комнату для допросов вместо лобби отеля. Отношение, с которым гости сталкиваются в аэропорту Израиля, ставит под сомнение искренность соглашений о выдаче виз, которые были подписаны между странами. И, конечно же, делает мало что хорошего для поддержания дальнейшего образа Израиля как гостеприимной страны.


Министерство иностранных дел отказалось от каких-либо комментариев. А УФМС заявила в ответ: «Чем больше число туристов, прибывающих из определенной страны, тем выше относительное количество отказов во въезде. Каждый человек, который желает подать жалобу, может сделать это по обычным каналам. Обращение в СМИ не является официальной жалобой».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.