Щекино (Aftenposten): Филиппа арестовали за организацию демонстрации, в которой он не участвовал. Сейчас он рискует получить пять лет тюрьмы


А стоит ли оно этого? Чего он добился? 20-летний Филипп Симкинс (так в оригинале статьи — прим. ред.) не может отделаться от этих вопросов. В последние годы он занимался политикой, участвовал в демонстрациях, раздавал листовки. Для чего? Чтобы Россия стала более демократической, менее коррумпированной, чтобы у нее появилось новое руководство.


Но президентом по-прежнему является Владимир Путин, и мало что указывает на то, что что-то изменится. Впрочем, для 20-летнего парня изменилось многое.


«Я заплатил большую цену», — говорит он.


Мы в Щекино — это небольшой городок, 60 тысяч жителей, примерно в 20 милях к югу от Москвы (1 норвежская миля соответствует примерно 10 километрам — прим. ред.). Филипп живет здесь вместе с матерью в небольшой трехкомнатной квартире в старой многоэтажке брежневских времен.


В ходе президентских выборов в начале этого года Филипп был пресс-секретарем борца с коррупцией и неофициального кандидата в президенты Алексея Навального. Оппозиционному политику не разрешили участвовать в выборах, но он все равно вел предвыборную борьбу.


Мать тихо ходит по квартире. Ищет одежду и другие вещи, упаковывает их в сумку сына. Иногда она передумывает, меняет одежду, пакует все заново. Сын безостановочно кружит по квартире. Оба говорят прерывистыми от слез голосами.


Днем раньше Филипп получил письмо. Когда он его открыл, то жутко испугался. Письмо было из полиции.


Больше людей на улицах


В последние месяцы десятки тысяч россиян выходили на улицы на демонстрации по всей стране: против президента, против свалок, против цензуры в Интернете. Количество демонстраций в стране резко растет, но очень немногие из них удостаиваются внимания СМИ, по данным доклада Центра политических и экономических реформ.


Большинство демонстрантов очень молоды, часто от 15 до 20 лет.


«Мы несколько лет наблюдаем растущую политическую мобилизацию среди молодых россиян, особенно заметна она стала в последние три года», — рассказывает Александра Архипова, социал-антрополог из Академии народного хозяйства и госслужбы при президенте России.


Архипова рассказывает, что молодежь активно относится к самым разным вопросам: правам сексуальных меньшинств, вопросам климата и социальным проблемам.


«В результате политическая активность уже не рассматривается как нечто необычное, то, чем занимается лишь незначительное меньшинство населения. И это важно. Общество принимает политические и социальные протесты», — подчеркивает Архипова.


Социал-антрополог говорит, что большинство россиян получают информацию от контролируемых государством телеканалов, которые на практике функционируют для властей как органы пропаганды. Подростки и молодежь телевизор почти не смотрят. Они получают свою информацию из социальных медиа и зашифрованных служб сообщений, которые вне контроля государства.


Демократическая конституция


В российской школе важной частью предмета обществознание стала конституция.


«Учащиеся изучают конституцию очень основательно и видят, что между теорией и практикой существует большая разница», — отмечает Архипова.


Многие из тех, с кем она беседовала, говорят, что вышли на демонстрацию не за Путина и не за Навального — они пришли потребовать, чтобы конституция соблюдалась.


Реакция на телевидение


Путин — лучший президент, который только мог быть у России, так Филипп Симкинс думал много лет.


Постепенно он стал реагировать на новостные программы по телевидению. Там предлагали глянцевый образ России, который не соответствовал действительности, которую он знал. По телевидению утверждалось, что Запад переживает упадок и нищету, в то время как зарубежные друзья Филиппа в Facebook рассказывали о чем-то совершенно ином.


«Я понял, что нас обманывают. И начал думать сам».


Он перестал смотреть телевизор. Вместо этого стал смотреть «ЮТуб» (Youtube), где борец с коррупцией Навальный разоблачал, как обогащается путинское окружение.


26 марта прошлого года Навальный организовал демонстрации по всей России после того, как опубликовал на Youtube фильм, в котором показал дворцы, роскошные дачи и яхты, в которых живет и проводит отпуск премьер-министр России.


Филипп поехал в Москву один, чтобы принять участие в демонстрации. Там он встретил десятки тысяч единомышленников. Он понял, что не один. И тогда он поверил, что Россию можно изменить.


Президентские выборы


Накануне президентских выборов в марте он работал на Навального в городе Тула. Он организовывал дебаты, работал на стендах и раздавал газеты. В январе этого года они собирались проводить демонстрацию, но власти разрешили им протестовать лишь в лесу в нескольких милях от центра.


За два дня до демонстрации Филиппа забрали в полицию. Его привели в городской суд. 20-летний юноша позвонил адвокату, но полицейские закрыли дверь в зал суда, и адвокат попасть туда не смог. После этого Филипп предстал перед судьей.


— Вы признаете себя виновным?— спросил судья.


— Как я могу признать себя виновным в проведении незаконной демонстрации, которая еще не проведена?


— Я вас понял, — ответил судья.


Приговор, который он вынес, означал, что Филипп получил восемь дней тюремного заключения.


Кабинет ректора


3 февраля Филипп вышел из тюрьмы. Филипп учился на машиниста электровоза в Тульском железнодорожном колледже, через два дня его вызвали в кабинет ректора. 20-летний парень тайно записал разговор.


Ректор рассказал, что ему позвонили из Министерства образования и сказали, что Филипп — экстремист и оппозиционер.


— Ты понимаешь, что власти тобой недовольны? Все должны любить Путина, выбора нет. Они сказали, что ты в оппозиции к государству, но тогда что ты делаешь в государственном образовательном учреждении?


— По конституции, у меня есть право на образование, — ответил Филипп.


— Да, это незаконно. Но ты, к сожалению, никогда не получишь никакой работы на российских железных дорогах, — ответил ректор и выкинул Филиппа из колледжа.


Может оказаться в тюрьме


После президентских выборов в апреле этого года (так в оригинале — прим. ред.) кампания Навального была закончена. Филипп нашел работу на бензозаправке. Тогда полицейские позвонили его начальнику.


«Вы знаете, что у вас работает экстремист?» — спросила, якобы, полиция.


Сейчас Филипп безработный. За последний месяц его несколько раз посещала полиция и расспрашивала о том, чем он занимается.


25 июня Филипп получил письмо из полиции. Через два дня его вызывали на допрос. В письме было написано, что он подозревается в экстремизме и в организации массовых беспорядков. Он рискует получить до пяти лет тюремного заключения.


Массовые аресты


В последние годы власти сурово расправляются с демонстрациями. Тысячи демонстрантов арестованы.


Против тех, кто критикует Путина, задействованы даже финансируемые государством казаки. Казаки, облаченные в свои полувоенные костюмы и папахи, избивали подростков.


Известный политолог Екатерина Шульман (Ekaterina Schulmann) из Академии Ранепа рассказала, что власти создали целый набор средств воздействия, чтобы остановить демонстрации.


Власти имеют обыкновение:


• Идти демонстрантам навстречу, когда требования конкретные и неполитические.


• Увольнять коррумпированных бюрократов, которые стали причиной возникших проблем или которые, по мнению людей, виноваты.


• Подвергать уголовному преследованию главных организаторов демонстрации и местных политиков, поддержавших ее.


• Быстро останавливать пожар — с тем, чтобы другие не присоединились к демонстрации, или чтобы протесты не распространились на другие места.


«В политических конфликтах власти не могут идти навстречу демонстрантам. В данном случае они используют только методы подавления, но так, чтобы это не вызвало реакции в обществе».


«Проблема возникает, когда (в демонстрациях) участвуют дети. Если полиция будет действовать слишком жестко, это вызовет сильную критику населения».


«Тем не менее, власти считают, что должны уголовно преследовать основных активистов, чтобы остальные испугались», — подчеркивает Шульман.


Втягивают школы


Учителя получили задание убеждать учеников в том, что те не должны участвовать в демонстрациях, что это неправильно. Между многими учениками и учителями началась настоящая идеологическая война, рассказывает Архипова.


«Власти не знают, как им контролировать детей. Они не говорят на их языке, не понимают, на какие темы с ними говорить, и не понимают, как их запугать настолько, чтобы они молчали».


Мальчишеская мечта растоптана


Филипп стоит в своей комнате и смотрит в окно. Совсем недалеко от его дома проносятся поезда. С самого детства он вот так стоял и мечтал о том, что станет машинистом. Сейчас эту мечту растоптали. А завтра ему надо явиться в полицию.


Он зовет с собой компанию своих друзей-активистов. Им от 20 до 30 лет. И все привлекались за демонстрации: либо платили штрафы, либо сидели в тюрьме.


Ребята идут в офис, откуда велась кампания Навального, потом пьют кофе в «Макдональдс» (McDonalds), где они обычно часами ведут дискуссии, а потом поднимаются на крышу высотного дома, чтобы посмотреть на город.


Во второй половине дня Филипп приглашает их к себе домой. Он ставит на стол соленые огурцы, копченую колбасу и немного водки. Друзья не знают, что, возможно, чокаются со своим товарищем в последний раз.


Бегство


Филипп не собирается идти в отделение полиции. Не хочет рисковать и опять оказаться в тюрьме. Поэтому он хочет уехать в Швейцарию и просить там политическое убежище.


Друзьям он этого рассказывать не хочет. Есть подозрение, что в штабе Навального в Туле у полиции есть информатор, но Филипп не знает, кто именно. Может, один из его товарищей, а может, и нет. Но рисковать он не станет.


Его родители в разводе, но вечером приходит отец. И сестра, и бабушка, которая все время рыдает. Все пытаются уговорить Филиппа остаться.


«Как ты там будешь совсем один?» — шепчет мать, 48-летняя Елена Агаева, а по щекам ее бегут слезы.


Филипп принял решение. В полночь он отправится в аэропорт. За три часа до того времени, когда он должен быть в полиции, вылетает самолет в Швейцарию.


А стоило ли оно того? Да, считает Филипп. Он попытался изменить Россию к лучшему, но у него не получилось. Но все равно он считает, что пытаться надо. В конце концов у кого-то получится.


Он не думает, что сделал что-то не то, своей стране он хотел только лучшего.


«Я люблю Россию, но Россия меня не любит».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.