После падения советской империи военный проект боевых дельфинов фактически развалился. И животные, перешедшие в распоряжение независимой украинской армии, начали «халтурить» ради заработка. Военная база, где они находились, стала называться государственным севастопольским океанариумом. Наряду с исследовательской работой началась коммерческая деятельность. Дельфины, оставшиеся в Севастополе, занимались в основном «терапевтической» деятельностью, предназначенной для детей: они «лечили» аутизм, синдром Дауна, проблемы со слухом, церебральный паралич и т.п. Эффективность подобной терапии никогда не была научно доказана, но это не снизило ее популярность среди широкой публики. Дрессировщики тайно признаются в том, что основная методика тренировок дельфинов — голод, то есть либо лишение пищи, либо поощрение при помощи нее, а также социальная изоляция.

«Украинские боевые дельфины погибли в Крыму», — гласил заголовок скромного новостного сообщения, опубликованного в середине мая в украинском издании «Обозреватель». В течение часа эта новость была растиражирована во всех крупных ежедневных российских СМИ, а затем и в международных медиа — после того, как публикации появились в «Гардиан» и «Ньюсуик». Заголовок американского еженедельника сообщал, что, по утверждению Киева, «боевые дельфины, принадлежавшие ВМС Украины, погибли, отказавшись подчиняться русским». Согласно «Гардиан», «дельфины отказались от пищи, потому что не хотели сотрудничать с российскими оккупантами». В британском таблоиде «Сан» заголовок был лаконичен «Они не стали предателями». А один из российских сайтов, считающихся лояльным по отношению к власти, как ни странно, напечатал следующее: «Украинские боевые дельфины предпочли смерть российской оккупации».

Эта история выглядела настолько неправдоподобно, что у меня просто не оставалось иного выхода: я почувствовала, что обязана опровергнуть ее с помощью фактов. Человеком, сообщившим об этом «Обозревателю», и чьи слова были затем процитированы в остальных СМИ, был Борис Бабин, постоянный представитель президента Украины в Автономной республике Крым. Именно за него я и ухватилась. Он был первым, к кому я обратилась в попытке разобраться с этой странной историей: что же на самом деле произошло с украинскими боевыми дельфинами. Ответы, которые я получила, были намного более прозаическими, чем заголовки в СМИ. Но в них был легкий запах Черного моря, шум волн, бьющихся о борта лодок, с которых загорелые мужчины — то ли ученые, то ли пираты, — прыгают в воду, чтобы поймать дельфинов голыми руками, а также особый южнорусский юмор — в равной степени злой и насмешливый.

Все СМИ процитировали следующие слова Бабина: «Дрессированные ВМС в Севастополе дельфины контактировали со своими тренерами через специальные свистки. Россияне получили эти свистки и все остальное специальное имущество соответствующей воинской части, но дрессированные животные отказались не только взаимодействовать с новыми российскими тренерами, но отказались от пищи и спустя какое-то время погибли».

В телефонном разговоре Бабин пожаловался на то, что масс-медиа уделили чрезмерное, на его взгляд, внимание к сказанному им. Он не очень настаивал на растиражированной СМИ причине гибели дельфинов. Но в конечном итоге Бабин подтвердил опубликованную версию: «К сожалению, невозможно назвать точное число дельфинов, которые были живы на момент оккупации полуострова, поскольку есть проблема с документацией. Речь не идет о сотнях или десятках дельфинов, а лишь о нескольких. Они привыкли к тренерам, которые с ними работали. Русские пришли, армейский коллектив был вынужден покинуть Крым, а после захвата подразделения, русские уволили всех гражданских сотрудников. Затем, в течение определенного периода, животные погибли. В 2014-м уже все были мертвы. Остается вопрос, умерли они из-за безалаберного ухода или потому, что были слишком привязаны к своим тренерам. Подобные перемены могут привести к смерти животного. Дельфин может отказаться от приема пищи. Я не эксперт, но мы беседовали со специалистами, которые подтвердили это».

Я спросила Бабина, откуда поступила информация, что животные действительно погибли: «К сожалению, я не могу ответить на этот вопрос, поскольку имеет место межгосударственный конфликт, полуостров оккупирован, и кто-то может пострадать, если я раскрою источник информации. Но это факт: животные мертвы. Кстати, русские этого не отрицают. Они лишь утверждают, что дельфины были старыми и больными, и их плохо кормили».

И действительно реакции российской стороны были выдержаны в таком духе. Так, например, депутат Государственной думы Дмитрий Белик, уроженец Севастополя и один из ведущих политиков партии власти «Единая Россия» в Крыму, обвинил украинцев в том, что они пытаются скрыть плохой уход за дельфинами. Среди прочего Белик заявил (его слова процитировало государственное агентство новостей РИА Новости), что «Украина забросила военную программу, и дельфины использовались исключительно в коммерческой деятельности». Он также добавил, что «большинство дельфинов были преклонного возраста — после распада СССР, а обновления кадров не произошло».

Так сколько же было дельфинов на самом деле? Умерли ли они? И если да — то по какой причине? Из-за старости, из-за халатного отношения? Или это было героическое самоубийство на патриотической почве? История дельфинов стремительно трансформировалась в очередную битву изнурительной информационной войны, которую ведут Россия и Украина в последние четыре года. «Мне известна лишь одна причина, по которой животное станет отказываться от пищи — если оно неизлечимо больно», — говорит Павел Гольдин, ведущий исследователь Института зоологии академии наук Украины.

Гольдин специализируется на изучении дельфинов и китов. Гольдин прожил всю жизнь в Крыму, но после российской оккупации покинул полуостров и переехал на территорию, подконтрольную Украине. Он хорошо знаком с севастопольским учреждением, которое занималось дельфинами. До 2014 года он посещал это место многократно. Гольдина трудно заподозрить в том, что он симпатизирует российской стороне. «Основной причиной гибели дельфинов может быть неспособность коллектива обеспечить животным нормальные условия, — говорит он. — Второй причиной может быть эпизоотия — широкое распространение инфекционного заболевания внутри популяции».

Таким образом животные вряд ли погибли в результате патриотического порыва и любви к Украине. Но погибли ли они вообще? Если да, то почему? Если нет, то что с ними все-таки произошло? Для того, чтобы решить, за кем на сей раз правда в информационной войне между двумя странами, мне пришлось углубиться в историю советской программы подготовки боевых дельфинов.

Дельфины-убийцы стали цирковыми артистами

Советский Союз начал тренировать дельфинов для выполнения боевых задач под влиянием американской программы в середине 60-х годов. Морские млекопитающие готовились для охраны военных баз. Их задачей была «нейтрализация» водолазов вражеской стороны, а также разминирование подводного пространства. Начиная с 1966 года тренировочная база боевых дельфинов располагалась в Казачьей бухте (Казачке), расположенной недалеко от Севастополя. В лучшие времена на базе тренировалось несколько десятков дельфинов, многие из которых были умерщвлены в ходе жестоких экспериментов (отравление нефтью или вскрытие черепа с целью исследования сонной деятельности; дельфины плавали в бассейне с вживленными в мозг электродами до тех пор, пока не умирали от заражения). В то же время нескольких дельфинов действительно тренировали для того, чтобы они могли убивать.

По словам Гольдина, неизвестны случаи, когда советские боевые дельфина получали возможность продемонстрировать свои способности. Единственный случай, когда дельфины были использованы в военных целях, был зафиксирован в 2003 году, во время второй войны в Персидском заливе: боевые дельфины американской армии помогали обезвреживать мины у берегов Ирака.

После падения советской империи военный проект боевых дельфинов фактически развалился. И животные, перешедшие в распоряжение независимой украинской армии, начали «халтурить» ради заработка. Военная база, где они находились, стала называться Государственным океанариумом в Севастополе. Наряду с иследовательской работой началась коммерческая деятельность. Часть дельфинов перевели в другие украинские дельфинариумы, а также за границу, для цирковых шоу. Дельфины, оставшиеся в Севастополе, занимались в основном «терапевтической» деятельностью, предназначенной для детей: они «лечили» аутизм, синдром Дауна, проблемы со слухом, церебральный паралич и т.п. Эффективность подобной терапии никогда не была научно доказана, но это не снизило ее популярность среди широкой публики. Кстати, Гольдин тоже не знаком с исследованиями, доказывающими особую связь между дельфинами и людьми, о которой так любят говорить дрессировщики. Он также рассказывает, что дрессировщики тайно признаются в том, что основная методика тренировок — голод, то есть либо лишение пищи, либо поощрение при помощи нее, а также социальная изоляция (размещение дельфина в отдельном от остальных животных пространстве).

Итак, русские правы (украинцы тоже этого не отрицают): в последние десятилетия дельфинов задействовали в основном в коммерческих целях. В сети можно найти множество промо-роликов, рекламирующих дельфинариум в Казачьей бухте. В этих рекламных роликах можно видеть детей, плавающих верхом на дельфинах. Закадровый голос превозносит невероятные результаты особого «лечения@. Гольдин подчеркивает, что контакт с человеком не идет на пользу дельфину, поскольку это млекопитающее может заразиться человеческими бактериями. Чтобы избежать подобного заражения, дельфины, вступающие в ежедневный контакт с людьми, вынуждены получать постоянные инъекции антибиотиков, наносящие ущерб их имунной системе. Вместе с тем, по словам Гольдина, условия в севастпольском океанариуме были неплохими. Особенно в сравнении с другими дельфинариумами в этом регионе.

«Там свайно-сетчатые вольеры — морские участки, огроженные сетью, и в каждом загоне живут один или два дельфина, это несколько сотен квадратных метров», — рассказал Гольдин о том, что видел во время своих посещений дельфинариума. Последний раз он был там в 2010 или 2011 году.

«Это лучше, чем в других местах, но хуже, чем на дельфиньем рифе в Эйлате. В Эйлате вообще лучше, чем где бы то ни было, — говорит Гольдин и добавляет, что огороженный участок моря предпочтительнее для дельфинов, чем закрытый бассейн, в котором принято держать животных на постсоветском пространстве. — Если бы вы посетили дельфинариум в России или на Украине, то обнаружили бы довольно жалкое зрелище».

Несмотря на доходы, которые приносила «дельфинотерапия», финансовое положение севастопольского океанариума не было благополучным. В марте 2014 года планировалось закрыть это учреждение, а дельфины, по-видимому, тем или иным способом продолжали бы использоваться в коммерческих целях — на Украине или за границей. От закрытия океанариум спасло российское вторжение в Крым. Российские силы заняли океанариум и военную базу, на которой он находился. «Я беседовал с гражданским сотрудником океанариума в феврале 2014-го, — рассказывает Гольдин. — Он был расстроен тем, что все останутся без работы. А вскоре в Крым вторглись русские. Они взяли все под свой контроль и заявили, что океанариум будет работать, и что возобновятся тренировки боевых дельфинов».

Может быть, российская сторона все-таки права, и дельфины умерли от старости вне всякой связи с переходом Казачьей бухты под российский контроль? По словам Гольдина, это невозможно. Океанариум имел лицензию на отлов дельфинов до 2001 года, затем отлов продолжался незаконным путем. По неофициальным источникам, до оккупации Крыма в севастопольском океанариуме жили 8-10 дельфинов, среди них лишь три самки оставались еще с советских времен. Большинство из них были молодыми, их отловили в 90-2000-е годы. Средняя продолжительность жизни дельфинов в Черном море — 32 года. Большая часть из них не должна была умереть от старости.

Так что же случилось с дельфинами? В пресс-службе российского министерства обороны отказались ответить на мой вопрос, подтвердить или опровергнуть тот факт, что дельфины умерли, а также сказать что-либо в связи с объявленным возобновлением программы тренировок боевых дельфинов. В министерстве обороны Украины также воздержались от общения. Я была вынуждена обратиться к неофициальным источникам. Вначале я позвонила по двум номерам, по которым в прошлом связывались с государственным украинским океанариумом. Я представилась женщиной, заинтересованной узнать подробности о «дельфинотерапии» — то ли для себя, то ли для приятельницы. Мужчина и женщина, ответившие мне по двум номерам, сообщили, что я звоню на военную базу. Мне было сказано, что терапией здесь больше не занимаются и посоветовали обратиться в поселок Партенит, расположенный к востоку от Севастополя, на южном берегу Крыма. Тот факт, что несколько дельфинов были переправлены в тамошний санаторий еще до оккупации Крыма, был мне известен. Но теперь я окончательно поняла, что коммерческая деятельность в бывшем океанариуме полностью прекращена. Но осуществляется ли там теперь другой вид деятельности с дельфинами — может быть и впрямь эта деятельность носит военный характер, как было сообщено агентством РИА Новости сразу после захвата Крыма в 2014 году? От тех, кто ответил мне на звонки, я не смогла получить какую-либо информацию. И тогда я решила позвонить Вячеславу Гайваронскому, врачу, работающему в санатории в Партените и отвечающему за дельфинотерапию. Гайваронский подтвердил, что эта деятельность действительно осуществляется ныне в Партените, а не в Севастополе. Он также сообщил, что на военной базе все еще есть дельфины.

— Просто все закрыто для посетителей, поскольку теперь это закрытая научно-военная база.

— Значит, дельфины, которые находились там до 2014 года живы? И они все еще там?

— Они находятся там. Да.

— Вам известно, что представитель президента Украины сказал, будто получил сообщение об их гибели?

— Знаете, это полная ерунда. Это даже смешно. Мы читаем эти публикации, и нам смешно. Животные остались там, как это и было прежде. Наши животные остались у нас (в Партените). Дельфины, которые были в бухте Казачьей бухте, все еще там, на базе военно-морских сил.

— И сколько там сейчас дельфинов?

— Я не могу вам сказать. Я не располагаю данными, поскольку с августа (прошлого года) я не работаю на этой военной базе. И есть определенные документы, содержание которых я не имею права разглашать. Ни что касается количества, ни что касается вида работ, которые там ведутся.

— Но ведь было официальное заявление, что программа тренировок боевых дельфинов возобновляется.

— Это верно. Таковы задачи, над которыми там работают.

Гайворонский не отказал себе в удовольствии с презрением высказаться насчет «голодовки дельфинов»: «Животные остались на месте, там существует масштабная программа с солидным финансированием, там осуществляется очень серьезная работа». Он добавил также, что дельфины, находящиеся в санатории, действительно взяты из Казачьей бухты, но это произошло много лет назад, в начале 2000-х. С тех пор количество дельфинов в Партените не изменилось. «Все наши дельфины снабжены специальным чипом, у каждого есть документы, полученные от управления природными ресурсами, у животных имеются официальные удостоверения», — подчеркнул врач.

Акула дельфиньего бизнеса

Итак, украинцы утверждают, что дельфины погибли, россияне не реагируют на это утверждение, а человек, работавший вначале под эгидой украинского министерства обороны, а затем — российского, настаивает на том, что ни один дельфин не умер. В общем, положение дельфинов и научной работы в этой сфере — лучше, чем когда бы то ни было.

Следует, однако, добавить дополнительную подробность, напрямую связанную с судьбой дельфинов. Она может упрочить две версии развития событий — в зависимости от интерпретации. В 2016 году российское министерство обороны опубликовал тендер на отлов и доставку пяти дельфинов — 350 тысяч рублей за каждого. В публикации не указано, для каких целей нужны животные, но российский новостной сайт Газета.Ru предположил, что это связано с «выходом на пенсию» постаревших боевых дельфинов. Украинская сторона расценила этот шаг, как пополнение севастопольской популяции после предполагаемой гибели дельфинов. Так или иначе — серьезная дискуссия о том, предназначены ли новые дельфины для военной базы в городе, не велась.

И тут происходит интересный сюжетный поворот. Единственной компанией, принявшей участие в конкурсе на отлов дельфинов (и, таким образом, выигравшей его), была компания «Утришский дельфинарий-84», расположенная в Краснодарском крае — на берегу Черного моря, недалеко от полуострова Крым, на другой стороне Керченского пролива. «Утришский дельфинарий» принадлежит исследователю и бизнесмену, известному всем, кто интересуется дельфинами, Льву Мухаметову. Именно этот человек в советский период проводил весьма жестокие эксперименты над морскими млекопитающими в Казачьей бухте, чтобы исследовать сонную деятельность дельфинов.

Выяснилось, что в интервью газете «Известия» Мухаметов заявил, что российские исследователи «отказались работать с пожилыми животными». Поэтому, по его словам, четыре старых дельфина и один морской лев были бесплатно переданы в институт проблем экологии имени Северцова Российской академии наук. По удивительному совпадению, Мухаметов руководит филиалом этого института, занимающегося дельфинами. Фактически морская станция, отвечающая за исследования института, и частная компания Мухаметова расположены в одном и том же месте. Работниками как государственного, так и частного учреждения являются одни и те же люди.

Иными словами, Мухаметов одновременно продал севастопольской военной базе новых дельфинов и получил оттуда бесплатно старых. Можно предположить, учитывая давнюю черноморскую традицию купли-продажи дельфинов (тем более — боевых), что переданные Мухаметову дельфины были использованы в коммерческих целях. Я позвонила Мухаметову, чтобы проверить эту версию.

Мухаметов сказал мне, что российские исследователи, в намерения которых входило возобновление проекта тренировок боевых дельфинов, не нуждались в постаревших животных. «Это требует времени, особых усилий, а они могут умереть в любой момент». Поэтому четыре дельфина были переданы РАН. Параллельно была получена лицензия на отлов новых животных — пятнадцати дельфинов. По словам Мухаметова, его фирма «Утришский дельфинарий-84» в течение двух последних лет поставила на севастопольскую базу 12 дельфинов. В нынешнем году не был отловлен ни один дельфин. Однако в следующем году Мухаметов намерен возобновить отлов животных — пока неясно, каково будет их количество. А что насчет четырех дельфинов, переданных академии? «Они были переведены с баланса Министерства обороны на баланс института. Но их содержат в разных местах. Сейчас они находятся в трех местах», — сказал мне Мухаметов.

— Где именно?

— Это не важно. Они на пенсии. Эти старики на пенсии. Их содержат, кормят — в знак благодарности за все, что они сделали для государства. Их можно назвать дармоедами.

— Но вы не имеете к этим животным никакого отношения? То есть, их не используют для выступлений или терапии?

— Один из них участвует в этом.

— Где, если не секрет?

— Мне не нравится этот вопрос. Они никому не нужны. В Черном море есть много дельфинов. Сейчас обсуждается возможность вычеркнуть черноморских дельфинов из Красной книги (проверка показала, что над черноморскими дельфинами по-прежнему нависает угроза исчезновения — Л.Р).

— Мне рассказывали, что дрессированный дельфин — дорогое животное, его стоимость достигает 100 тысяч долларов. Выходит, вы получили бесплатно четырех дрессированных дельфинов?

— Которые не стоят ни гроша.

— Почему?

— Потому что они старые и ничего не умеют. Их не обучали цирковым номерам. Их невозможно задействовать в шоу. Поэтому речь идет о дармоедах».

Итак, четыре дельфина распределены по неизвестным местам — и, по-видимому, несмотря на почтенный возраст, все еще живы. Однако, по разным оценкам, до оккупации Крыма в Казачьей бухте было от восьми до десяти животных. Что произошло с четырьмя или шестью остальными дельфинами? Этот вопрос остался открытым. Так или иначе, в 2015 году, через год после захвата Крыма, Россия экспортировала десять дельфинов — довольно редкое количество по сравнению с прежними и последующими годами. По данным наблюдателей за соблюдением конвенции о международной торговле видами дикой фауны и флоры, находящимися под угрозой исчезновения (CITES), четыре дельфина были проданы в Киргизию, три в Катар, еще три — в Иран. Находились ли ветераны севастопольского океанариума среди проданных дельфинов? Имел ли к этому отношение Лев Мухаметов? Федеральная служба по надзору в сфере природопользования (Росприроднадзор) не захотела отвечать на мой вопрос.

К сожалению, мне не удалось полностью справиться с поставленной задачей. Я не смогла узнать, что стало с постсоветскими дельфинами, перешедшими из-под украинского контроля под российский. Ясно, что часть из них попала в мутные воды черноморского дельфиньего бизнеса. Вполне возможно, что некоторые умерли. Но если это так, то неясно, сколько, каким образом и почему. Одно совершенно понятно: как российской, так и украинской стороне есть, что скрывать. Ни одна из сторон не говорит всей правды. Хотя дельфинам пришлось поменять «гражданство», они по-прежнему остались заложниками людей, использующих их для своих человеческих войн.

Смерть российского дельфина в Израиле

Ну и как же можно обойтись без израильского аспекта этой истории? В ходе нашей беседы Мухаметов вспомнил о начале 90-х годов, когда он и сотрудники его компании, по его словам, провели шесть лет в Израиле вместе с дельфинами, которых они тренировали. Вначале — тель-авивском дельфинарии, а потом в Хайфском парке развлечений. В 90-е годы в Хайфе действительно происходили шоу дельфинов, но никто из местных жителей, с кем я беседовала, не помнит о постоянном пребывании этих животных в городе. Так или иначе, если верить Мухаметову, все это закончилось печально. «Наших дельфинов отравили, — с волнением в голосе сказал мне он. — Это было совершено намеренно и со знанием дела». По его версии, «зеленые», которым не удалось запретить дельфинье шоу, воспользовавшись тем, что бассейн находился вблизи от ограды, бросили туда рыб, зараженных свинцом.

Израильский источник, разбирающийся в данном вопросе, высказал сомнение в правдоподобности этой истории. Во-первых, согласно источнику и публикациям в СМИ, дельфинов никогда не перевозили из дельфинария в Хайфу, а лишь в тель-авивский Луна-парк. Во-вторых, никто не отравлял дельфинов. Один из них действительно умер, а другой был возвращен в Россию — исключительно по коммерческим соображениям. Согласно израильскому источнику, люди Мухаметова не находились в Израиле в течение шести лет, а приезжали несколько раз на короткое время. В конечном итоге, отметил источник, хотя условия содержания в Луна-парке были на самом деле плохими, они уж точно были не хуже тех, в которых дельфинов содержали в России.

Немного света на эту историю пролила Эти Альтман, основательница организации в защиту животных «Тну ле-хайот лихьот». Она рассказала, что российские дельфины действительно были привезены в начале 90-х годов в Тель-Авив, чтобы оживить пришедший в упадок местный дельфинарий. После провала этой затеи российских животных перевели в тель-авивский Луна-парк — под ответственность продюсера Хаима Слуцкого. Альтман вспомнила также об общественной буре, поднявшейся из-за тяжелых условий содержания дельфинов в Луна-парке. По ее словам, один из членов исполнительного комитета организации «Тну ле-хайот лихьот» в течение нескольких дней держал голодовку напротив Луна-парка — в знак протеста против издевательств над животными. «Конец этой истории был плохим, — вспоминает Альтман. — Их действительно отравили свинцом». В 1995 году в «Гаарец» была публикация об общественном возмущении по поводу издевательств над дельфинами. Министр экологии и генеральный директор Управления заповедниками и национальными парками решили в связи с этим запретить ввоз дельфинов в Израиль. Интересный момент в рассказе Альтман заключается в том, что, по ее словам, завезенные в страну животные, судьба которых оказалась трагической, также были в прошлом боевыми дельфинами. Если все действительно так, и это не слухи, можно составить представление о том, как на протяжении многих лет действует Мухаметов. Он торгует боевыми дельфинами, вышедшими в тираж.