В последнем томе своего сборника писем Патрик Ли Фермор (Patrick Leigh Fermor) вспоминает, как в 1973 году он смотрел свадьбу принцессы Анны в спальне Дианы Купер (Diana Cooper), потому что у нее был цветной телевизор. «Она лежала на огромной кровати, и мы все лежали в ряд рядом с ней, попивая шампанское, наблюдая за процессией и службой. Все это было очень старомодно и неописуемо трогательно. Это — торжественная церемония — одно из того немногого (а сейчас, похоже единственное!), в чем англичане лучше остальных. Какое чудесное утро».


Так вот, сегодня он мог бы сделать и сказать то же самое, наблюдая за свадьбой принцессы Евгении (Princess Eugenie) с Джеком Бруксбэнком (Jack Brooksbank), бывшим менеджером ночного клуба. Основная часть моих сотрудников была прикована к экранам, наблюдая за счастливым событием — во всяком случае, его началом. Я даже слышала, как кто-то отметил: «Свадьбы нравятся всем». Песнопения понравились даже агностикам.

А я думала вот о чем: «Как, нет фаты? Не знаю, что и сказать — платье с таким большим вырезом на спине: может она хочет показать шрам от операции? Она выглядит счастливой, ну разве нет? А он, похоже, нервничает? Вот черные очки Андреа Бочелли, бедняга. А что герцогиня Корнуольская сейчас делает, и до чего же хорошо Церковь Англии все это проводит, ведь так? Прекрасная литургия. Какое счастье, что никто теперь уже и не помнит ту неловкую историю с американцем Джоном Брайантом (John Bryant) и матерью невесты? Отрывок из «Великого Гэтсби» (Great Gatsby)? Да неужели? Ну что, решится Амаль Клуни (Amal Clooney) запеть с остальными в хоре, чего она явно не сделала, когда венчались Меган и Гарри?»

После тщательных размышлений я оторвала свой взгляд от гостей (в таких случаях англичане, представляющие верхушку среднего класса, выглядят очень презентабельно) и созерцания неподдельной прелести часовни Святого Георгия (где, как вы, наверное, знаете, погребены останки праведного Генриха VI) и задумалась о более широком значении этого события.

Очевидно, что никаких конституционных последствий не предвидится — ведь Евгения, как люди изо всех сил стараются подчеркнуть, занимает лишь девятое место в очереди на трон. А вот социальные аспекты интересны. Все же интересно думать, что когда-то члены королевской семьи могли придать блеск респектабельности знаменитостям; теперь же Евгении и Джеку такой блеск придают люди подобные Джорджу и Амаль (Клуни).

Но важно отметить, что если представители королевской семьи младшего возраста и выполняют какую-то функцию, то (используя этот убийственный термин) можно сказать, что они служат авторитетами, оказывающими влияние на мнения и принятие решений. То есть, на них смотрят и за их действиями следят настолько внимательно, что их действия вызывают цепную реакцию и влияют на некоторых людей их поколения. А это — поколение, которое браков не заключает, о чем убедительно свидетельствуют публикации еженедельника «Спектейтор» (The Spectator) — и в особенности проницательная аналитическая статья Эда Уэста (Ed West), опубликованная в прошлом году. По крайней мере, речь идет о тех представителях этого поколения, которым жениться или выходить замуж следует, то есть, людях, которым в жизни больше всего требуется стабильность и порядок ради их детей — людях из слоев общества, находящихся в сложной социально-экономической ситуации. И то, что брак стал прерогативой богатых слоев общества, должно вселять в нас страх. Я готова поспорить, что это влияет на психическое здоровье детей. Может быть, совершенно случайно, свадьба Евгении натолкнет некоторых людей ее возраста (28 лет) на мысль о том, что брак — это разумный шаг.

И если количество заключенных браков идет на убыль, то тенденция в отношении церковного брака еще более неутешительная — в церкви венчается лишь одна из трех пар. И хотя брак в первую очередь заключается между двумя людьми, благословение их союза в церкви вселяет в него благодать и обеспечивают ему социальную и религиозную поддержку, которая должна способствовать его укреплению. Следует признать, что это не означает, что эта благодать как-то особенно повлияла на брак троих из четырех детей королевы, включая отца невесты. Но, несмотря на это, у меня поднимается настроение, когда я вижу настоящую церковную свадебную церемонию с участием обычных, совсем не богатых людей.

Свадьба Евгении была неожиданно трогательной, но еще большее воодушевление я испытала в прошлую субботу, когда проходила мимо модной и шикарной церкви кармелитов в Кенсингтоне. Там я увидела толпу людей, разодетых в пух и прах, сжимавших в руках зонтики и явно принадлежащих к противоположной социальной категории общества по сравнению с принцессой и Джеком Бруксбэнком. Они праздновали бракосочетание одного из своих. Но от этого брака — как и от того — зависит будущее общества.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.