Чтобы выразить протест против расточительного потребления, лидеры движения Extinction Rebellion («Восстание против вымирания») приехали в Лондон на поездах, автомобилях и автобусах, приводимых в движение ископаемым топливом, размахивая своими мобильными телефонами, в которых множество деталей из редкоземельных металлов. Участники движения требуют принять срочные меры в связи с изменением климата. Положительным моментом для властей во всем этом является то, что существует радикальная политика защиты окружающей среды, благодаря которой можно будет успокоить толпу и одновременно решить некоторые политические вопросы.

Если убрать всю риторику, активисты движения «Восстание против вымирания» выдвигают два требования. Одно из них заключается в том, чтобы страны взяли на себя обязательство немедленно принять радикальные меры по сокращению выбросов углерода. И сделать это задолго до 2050 года — даты, указанной в нынешнем международном соглашении (которое не подписали США, загрязняющие окружающую среду больше других стран мира).

Второе требование состоит в том, чтобы правительства соблюдали решения ряда Гражданских Ассамблей по климату и экологическому правосудию («за климатическую и экологическую справедливость»). Это особая «слабость» движения.

Основатель движения Роджер Халлам (Roger Hallam) говорит, что политическая «элита» считает неправильным предлагать политику, которая положила бы конец загрязнению и глобальному потеплению. На самом деле, большинству людей совершенно не нужны национальные дебаты на безнадежно сложную тему (это вам ничего не напоминает?). Это работа политиков предлагать политику — за это мы им платим.

Уходящий в отставку главный научный советник правительства профессор сэр Ян Бойд (Sir Ian Boyd) сказал в своем прощальном интервью «Би-би-си» (BBC), что мы должны «снизить потребление энергии» топлива, продуктов питания, одежды и всего остального. По словам Сэра Яна, правительство не смогло выступить с инициативами, чтобы помочь общественности добиться этих изменений. Оно сможет сделать это в будущем с помощью системы налогообложения.

Налог на углерод — это кнут. Для того чтобы политика была успешной, необходим еще и пряник. Но активистам движения нечего сказать о прянике. Из-за этого упущения у Тори появляется возможность выступить с радикальной экологической политикой, которая предлагает, по крайней мере, некоторым, немедленно изменить их повседневную жизнь.

Это может обеспечить земельную и правовую поддержку нескольким десяткам автономных экспериментальных населенных пунктов — экопоселков из 300 домов, которые со временем могут превратиться в небольшие города. Это может привлечь сотни тысяч голосов и одновременно продвинуть другие ключевые направления политики в области энергетики, жилищного строительства и сельского хозяйства.

Что значит «автономных»? Не имеющих никаких коммунальных сетей. Это огромная экономия инфраструктуры сама по себе. Новый жилой комплекс когда-то тратил средства на подключение к электрическим и водопроводным сетям. С использованием новейших технологий они больше не нужны.

Я не предлагаю правительству платить за эти дома, просто оно может субсидировать строительство минимальной инфраструктуры и подготовку технико-экономического обоснования, необходимых застройщикам и домовладельцам для начала строительства.

В то время, когда жилищная сфера в этой стране переживает многочисленные кризисы — в вопросах доступности и обеспеченности (если речь идет о социальном жилье) и финансирования и распределения участков под строительство — мы должны быть готовы к тому, чтобы принять смелые и нетривиальные решения. Автономность населенных пунктов помогает решить четыре проблемы: она обеспечивает дешевое жилье, сокращает потребление энергии, улучшает продовольственную безопасность и стимулирует возрождение сельских районов. Небольшие автономные дома можно будет предоставлять по средней стоимости 50 тысяч фунтов стерлингов за единицу, строить на сельскохозяйственных землях низкого качества и без инженерных коммуникаций. Что тут может не понравиться?

Одно из возражений в отношении автономных населенных пунктов состоит в том, что те же самые законы, которые позволяют группе трудолюбивых, заботящихся об охране природы поселенцев создать свой собственный поселок или город, позволят и группе «бродяг» новой эры причинять вред жилым районам отходами, преступностью и наркотиками. Но юристы и политики, должно быть, в состоянии придумать способы индивидуального подхода, позволяющие привлечь к участию в этой программе одних и не допустить других. Разве не за это мы им платим?

В некоторых странах, особенно в сельских районах, жизнь в автономных населенных пунктах является практически массовой тенденцией. И некоторые аспекты такого устройства — например, производство энергии на местах — постепенно становятся неотъемлемой частью государственной политики. Но предыдущие попытки внедрить новаторские программы по созданию автономных экопоселков в Великобритании были неудачными по причине отсутствия общественного спроса: обычные люди не хотели жить в автономном доме, энергообеспеченность была бы в четыре раза (в лучшем случае) меньше, чем в «нормальных» (что компенсируется за счет лучшей планировки дома и теплоизоляции). Они не хотели жить на «автономной», не подключенной к сетям улице, где жителям пришлось совместно пользоваться ограниченными теплоресурсами и энергоресурсами. Они не хотели жить в автономном городе или поселке в условиях постоянной нехватки воды, электроэнергии и других ресурсов.

Ну а простые люди сейчас на улицах наших крупных городов требуют именно таких лишений. Так давайте дадим им то, чего, по их словам, они хотят.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.