Тоталитарный Советский Союз, в котором я вырос, пытался оказывать влияние на правду, искажать и контролировать ее. Правдой было все, что партия распространяла в вечерних новостях или в официальных газетах «Правда» и «Известия» (то есть новости).

Тогда даже для убежденных коммунистов становилось все более очевидным, что то, что нам говорят, не соответствует миру, который мы видим вокруг. Как говорилось в анекдоте: «В „Правде" нет известий, а в „Известиях" нет правды». В итоге разница между правдой и ложью стала слишком велика, жизнь лучше не становилась, и все больше информации проникало из-за железного занавеса. Лишение возможности знать правду стало слишком серьезным оскорблением нашего достоинства, недооцененной составляющей революционного духа.

Я пережил несколько потрясений, изменивших мир. Я — постсоветский гражданин, страна, в которой я родился, прекратила свое существование в 1991 году. Мы пользовались призрачной свободой, существовавшей в России на протяжении менее десяти лет, после чего Владимир Путин пустил в ход ее новую, постдемократическую разновидность. Мои постоянные попытки бороться с этой трагедией привели к тому, что я был вынужден уехать в США. Теперь страна, ставшая для меня новым домом, сошлась в своей собственной опасной схватке — битве за то, чтобы не стать новой страной среди тех, кто живет в мире постправды.

Президент Дональд Трамп и его защитники-республиканцы в Конгрессе последовали его примеру, объявив войну очевидной правде. Критические репортажи — это «фейки», журналисты, сообщающие факты — это «враги народа» (повторяется фраза из развенчанной теории заговора Владимира Ленина), а государственных служащих, свидетельствующих под присягой о подтвержденных документальными доказательствами событиях, увольняют как «невертрамперов» (противников Трампа — прим. перев.).

Вместо этого Трамп и его сторонники, которые не в силах изменить факты, пытаются перенести дебаты в альтернативную вселенную, где правдой является то, что они говорят сегодня. Трамп снова и снова повторяет одну и ту же ложь, и трудно сказать, что вызывает большее беспокойство — то, его последователи не понимают, что это ложь, или же то, что им все равно. Из-за глобализации и интернета мир, наверное, стал меньше, но теперь мы переживаем ответный удар — регионализацию истины.

Интернет должен был пролить свет истины во все уголки мира, нарушив монополию авторитарных правителей на информацию. Но он стал еще и средством мгновенной доставки лжи и пропаганды. Всемирную паутину разрубили на куски. Как в разбитом зеркале, все фрагменты отражают не единую реальность, а разные искаженные образы.

Трудно следить за протестами в Иране, когда режим может закрыть доступ к интернету интернет по всей стране. Практически в любой стране легче узнать о проходящих в Гонконге продемократических протестах, кроме Китая из-за его драконовской цензуры. Россия сажает в тюрьму блогеров и закрывает неправительственные организации, наводняя страну и мир дезинформацией.

Тревожно наблюдать, как по этой темной дорожке Америка идет своим собственным, «трамповским», путем. В СССР у нас не было выбора, какой новостной канал смотреть. У американцев есть неограниченные возможности, но многие добровольно ограничиваются несколькими источниками информации, разделяющими их взгляды и убеждения. Для последователей Трампа, в частности, отрицание реальности является делом чести, символом принадлежности к культу непокорных и независимых.

Если бы вы смотрели слушания в рамках процедуры импичмента только на канале «Фоус Ньюс» (Fox News), вы бы подумали, что у президента все идет отлично. Любая фраза, которая могла прозвучать так, как будто оправдывает его (а таких было немного), повторялась снова и снова словно мантра. А представленных многочисленных и компрометирующих доказательств, наверное, вполне могло бы и не быть.

Эти партийные разногласия, связанные с отношением к истине, соответствуют более масштабной войне Трампа против приверженности моральным принципам, верховенства закона и традиционных американских ценностей и союзников. Это модель региональных держав и региональных фактов и региональных ценностей, которые давно рекламируют Путин и председатель КНР Си Цзиньпин. Ни добра, ни зла, просто бизнес, обычный бизнес, в котором нет места для моральных соображений по поводу китайских концлагерей или бомбовых ударов российской авиации по больницам в Сирии.

Американские компании также подчиняются этим правилам и приспосабливаются. Например, компания «Эппл» (Apple) недавно изменила свои картографические сервисы для устройств, работающих на территории России, обозначив на картах незаконно аннексированную украинскую территорию Крыма как российскую. Компания «Гугл» (Google) делает это уже не один год.

Американские технологические гиганты с удовольствием помогают Путину создавать ложную реальность внутри границ России. Очевидно, что «Эппл» и «Гугл» будут выступать против требований ФБР, но они не будут перечить ФСБ, известной как КГБ. Программное обеспечение — это мягкая сила, и американские компании, выполняя приказы диктаторов, предают ценности страны, благодаря которым они смогли добиться успеха. Технологические компании, оправдывающие свои действия, заявляют, что это не политика, а всего лишь бизнес. В этом они очень похожи на голливудские киностудии, которые в 1930-е годы под давлением нацистов редактировали свои фильмы и увольняли работников-евреев.

В чем же правда? В эпоху региональных фактов это зависит от того, где вы находитесь, какой канал смотрите и в какой партии состоите. Но не может быть правды какого-то одного красного штата и правды какого-то синего штата, как не должно быть одной карты мира на территории России и другой — за ее пределами. Трамп, наконец, получает то, что заслужил, расплачиваясь за свои действия, и это должно начаться с того, что все посмотрят правде в глаза.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.