Еще несколько лет назад социолог Ульрих Бек представил концепцию современного общества как «общества риска». Он различал два типа рисков, существующих в современных обществах. Внешние риски — это явления, не поддающиеся контролю человека, например природные катастрофы, а также в значительной мере эпидемии болезней. Второй тип рисков — те, которые создали сами современные общества (пример — загрязнение окружающей среды). Что парадоксально, большую роль в их появлении играет просвещение и наука, СМИ и технологии.

Мировая эпидемия коронавируса — поучительный портрет современности. Внешний риск быстро перешел в риск сгенерированный. Причем не только благодаря СМИ, которые формируют восприятие эпидемии по шкале от обеспокоенности до страха и паники. Все эти естественные человеческие эмоции часто используются для того, чтобы подчинять. Общество риска создает, что вполне закономерно, спрос на определенность и безопасность, а вместе с тем и лжепророков и лжепроповедников, обещающих «безопасность». Но об этом в другой раз.

Сейчас коронавирус буквально в режиме реального времени демонстрирует нам темные стороны глобализации, которая отнюдь не означает взаимосвязь и зависимость для всех на одном (равном) уровне. Взаимозависимость не привела к равенству, а создала иерархию во власти и в экономике. У глобализации есть не только победители, но и проигравшие. Она не принесла больше демократии и контроля над собственной жизнью, а напротив, целые национальные государства и общества утратили из-за глобализации контроль и суверенитет.

В последние недели мы узнали о нашем мире довольно много нового. Коронавирус нарушил мировые производственные цепочки и испортил экономические перспективы, нарушил авиасообщение, туризм и спровоцировал кризис на нефтяном рынке. Очень быстро этот кризис прибрел геополитический характер. Закрываются границы, или туда снова возвращают полицейский пограничный контроль. Карантинные меры уже значительно ограничивают свободу передвижения. В Чехии на эпидемию отреагировали двояко. Одни в панике скупают товары в магазинах, а другие их сограждане беззаботно уехали в запланированный отпуск в Италию, хотя эпидемия там была в самом разгаре. Одних можно обвинить в том, что они поддались истерии и слишком бурно отреагировали. А другие, наоборот, проявили легкомыслие, отправившись туда, где ежедневно регистрировались новые случаи заболевания, а главное, смерти. Когда премьер Бабиш заявил в этой связи об ответственности, он ошибался. Ответственность — лозунг эгоизма неолиберальной концепции мира, а вот призыв проявить внимательность к пожилым членам нашего общества был бы намного уместнее.

Чем сложнее современные общества, тем хуже они справляются с кризисами, непредсказуемыми последствиями и природными катастрофами. Любое действие в ответ на чрезвычайную ситуацию требует огромной степени координацию, поэтому взаимозависимость, связанность и «сетчатость», несомненно, осложняют реакцию на кризисы.

Но тут есть еще один момент. Историки, антропологи, социологи и философы не сходятся на том, почему и как возникло человеческое общество, но в основном они все согласны с тем, что свою роль сыграли, прежде всего, риски и желание вместе противостоять им, а также связанным с ними угрозам. В основе общества лежало сотрудничество, разделение труда, солидарность (а вместе с ними и постоянный конфликт между свободой личности и обществ), а также понимание собственной уязвимости.

Бек утверждает, что современное общество (новая современность) создало риски одним своим появлением, и это первый большой парадокс. Он касается, прежде всего, экологических рисков и угроз, которые сопряжены с современными технологиями, промышленностью и наукой, отражающими ложный миф о «господстве человека над природой». Но есть и другой аспект.

Современное общество риска индивидуализирует угрозы, что сказывается на его членах. Их уже не объединяет солидарность, и они постепенно приближаются к жизни по законам джунглей. Люди, которым грозит все больше опасностей, самостоятельно противостоят рискам в обществе, которое само продуцирует новые риски. В последние 40 лет общество как объединение приобретало все больше асоциальных черт, которые зачастую отрицают сам смысл общества. Возможно, именно поэтому люди берут штурмом супермаркеты и запасаются продуктами, как будто ждут минимум войны или даже коллапса системы. Возможно, поэтому другие безответственно едут отдыхать в эпицентр заболевания, которое может сократить жизнь их бабушкам и дедушкам (а кроме того, при худшем раскладе, спровоцировать коллапс системы здравоохранения в их стране, хотя именно это хотят предотвратить власти, пытаясь удержать эпидемию под контролем).

Эпидемия гриппа — образцовый тип риска, который не поддается контролю человека и заставляет вспомнить нас о своей физической природе, ведь болезни передаются от человека к человеку. Нового тут ничего нет. Но теперь изначально внешний риск в нынешних условиях эпидемии коронавируса быстро стал риском сгенерированным и испытывает базовую функцию общества на прочность (речь о солидарности, сотрудничестве и взаимопомощи). Сможем ли мы вместе преодолеть неопределенность, риски и неизвестность?

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.