После гибели чернокожего Джорджа Флойда, который скончался в больнице после удушения полицейским в Миннеаполисе, по всей стране начались беспорядки. За несколько недель до того во Франции возникали спорадические погромы из-за подозрений насчет полицейских злоупотреблений в ряде городов Иль-де-Франс. У некоторых сегодня возникает большой соблазн сравнить полицейское насилие в США и Франции. Но оправдано ли подобное сравнение? Мы задали этот вопрос эксперту Матье Загродски (Mathieu Zagrodzki), автору научной работы о поведении полиции во Франции и США.

«Марианн»: Сейчас в сети часто встречаются подобные комментарии: «Во Франции каждый год появляются десятки Джорджей Флойдов». Речь идет о жителях бедных кварталов, которые гибнут от рук сил правопорядка. Но оправдано ли такое сравнение полицейского насилия с двух берегов Атлантики?

Матье Загродски: Я бы так не сказал. В двух странах по-разному относятся к насилию, хождению огнестрельного оружия и полномочиям полиции…Как бы то ни было, для такой параллели есть хорошие причины. Дело в том, что в обоих случаях мы имеем дело с мультикультурными обществами, у которых имеется трудное прошлое отношений с населением, в частности с этническими и расовыми меньшинствами. Есть у них и история трудностей в урегулировании конфликтов полицией.

Как бы то ни было, цифры делают сопоставление… несопоставимым. Американские полицейские убивают более 1 000 человек в год при населении в 320 миллионов. От рук французских полицейских и жандармов гибнет порядка 20 человек. Совершенно несравнимые пропорции.

— Если соотнести цифры с населением, американские полицейские убивают в 13 раз больше людей, чем французские. С чем связано такое отличие?

— Помимо обстановки и подготовки полицейских, главным определяющим фактором становится принятие решения открыть огонь. Здесь играет роль следующий вопрос: чувствуете ли вы себя в опасности?

В США в свободном обращении находится 300 миллионов единиц огнестрельного оружия. По одному на жителя. У некоторых может быть несколько десятков стволов. Американские показатели убийств в 4 раза выше наших. В результате возникает мощный психологический условный рефлекс: полицейский чувствует, что его жизнь может в любой момент оказаться под угрозой, причем гораздо чаще, чем во Франции. Поэтому вероятность, что он отреагирует слишком резко и сорвется, тоже намного выше: во время проверки документов на дороге полицейский часто держит руку на оружии.

Американское общество движимо идеей Добра и Зла и предоставляет полицейским достаточно широкие полномочия для того, чтобы вывести из строя «плохих парней». Это ведет к формированию чрезвычайно жесткой уголовной системы: число заключенных там в 7 раз больше, чем во Франции. К тому же, если убийство «плохого парня» считается хорошим поступком, становится легче нажать на курок…

Стоит также отметить чрезвычайно неоднородную политику. В стране существует порядка 18 000 полицейских служб, по большей части локальных. В одних управлениях очень жестко следуют правилам дисциплины, а в других больше ценят число задержаний.

— Суды также относятся к стрельбе на поражение гораздо мягче, чем во Франции.

— Еще в 1980-х годах в Лос-Анжелесе было разрешено стрелять в задерживаемого при попытке совершить побег.

— То есть, американская полицейская культура очень сильно отличается от французской?

— В наших странах разное наследие. Французская полиция уходит корнями в появление при Людовике XIV генерал-лейтенанта полиции, предшественника современного префекта полиции. Источником его полномочий была королевская, а затем республиканская власть. Его цель и философия — это, прежде всего, защита стабильности институтов. С этим связаны большие инвестиции Франции в поддержание порядка (25 000 сотрудников отрядов быстрого реагирования и мобильной жандармерии).

Все это контрастирует с американской полицией, которая была создана в Бостоне в 1829 году и является отражением местных сообществ. Полицейских наделили правом носить оружие, их деятельность стала профессией, но их все равно рассматривают просто как бдительных граждан в культуре противостояния, дуэли и боле выраженного частного насилия. Во Франции же это что-то более абстрактное…

— Государство обладает монополией на легитимное физическое насилие.

— В США это возникло намного позднее. И гораздо менее выраженным образом: в некоторых штатах у вас есть право носить на поясе оружие.

— На данный момент дискриминационное поведение полиции настолько задокументировано в США, что на это обратили внимание в Министерстве юстиции: на черных приходится 23% убитых полицией, но всего 12% населения. Вероятность быть убитым полицией для невооруженного черного в 2-3,5 раза выше, чем для белого. Во Франции складывается такая же ситуация?

— Да. Она не так хорошо задокументирована, как в США, потому что у нас не ведется этническая статистика. Тем не менее ряд исследований указывает на более высокую представленность людей магрибского, африканского и карибского происхождения в числе проверяемых полицией.

Взаимодействие с людьми из этих групп оказывается более напряженным. Проведенное в 2009 году исследование в парижском метро показало, что для них риск проверки выше в 3-11 раз. Но это не единственная переменная. Роль играет возраст, пол, стиль одежды, место. Если вы — африканец 45 лет в 9:30 очутились на площади Дефанс, вероятность проверки довольно мала. Если вы — двадцатилетний магрибинец  в толстовке с капюшоном оказались у жилой высотки в 22 часа, вероятность, что у вас проверят документы, очень высока.

Кроме того, белая кожа не предоставляет вам автоматическую защиту от злоупотреблений. На футбольных стадионах за последние годы были травмы от резиновых пуль среди ультрасов. Но по большей части это люди европейского происхождения. Никто этим не интересуется, потому что у болельщиков плохая репутация, и люди говорят себе, что они это заслужили. То же самое касается и «желтых жилетов». Это преимущественно белое население, которое не соответствует требуемому полицией поведению. Для урегулирования конфликтов французским полицейским свойственно применять силу там, где немецкие и британские попытались бы развеять напряженность. Это проявляется еще сильнее по отношению к этническим меньшинствам.

— В «Силе правопорядка» антрополог Дидье Фассен  отмечает, что некоторые сотрудники Бригады по борьбе с преступностью (ВАС) могут проявлять расовые стереотипы. Вы говорите о неоднородности американской полиции: некоторым частям французской тоже больше свойственна дискриминационная практика, чем другим?

— Хотя во Франции существует две централизованные национальные полицейские службы, в разных службах и бригадах может быть своя культура. Ситуация с ВАС очень показательна. Ее сотрудники работают на месте преступления, участвуют в урегулировании самых острых ситуаций. Она привлекает людей, которые хотят получить дозу адреналина, называют себя «охотниками» или «браконьерами». У них очень мужественный взгляд на профессию.

В одних бригадах, с которыми я работал, не было и намека на неподобающее поведение, а другие во многом напоминали описание Фассена… Все зависит от руководства и личного состава, дневных и ночных смен. Ночью никто не видит, что вы делаете.

— При упоминании США часто говорят о «демоне расизма», истории сегрегации и расистском наследии в полиции. Во Франции специалисты вроде Матье Ригуста (Mathieu Rigouste) утверждают, что сегодняшние методы полиции уходят корнями в порядки колонизационной армии прошлого. Это наследие тоже может способствовать дискриминационной практике?

— В одной стране в истории была сегрегация, в другой — колонизация. С той разницей, что рабство существовало напрямую на американской земле. Колониализм же существовал на отдаленных территориях. Это влечет за собой отличия. Далее, у истории ведомства не может быть всего одно измерение. Некоторые полицейские методики использовались в Алжире до того, как их импортировали в метрополию, в частности в пригороды. Но французскую полицию нельзя свести к одной лишь этой черте.

Была проведена реформа подготовки кадров и содержания подозреваемых, был принят деонтологический кодекс и целый спектр реформ, которые идут в сторону демократизации полиции.

В США часто говорят, что американские полицейские — расисты или даже неонацисты, которые мечтают убивать черных. На самом деле сегодня в американской полиции чрезвычайно высока доля черных и латиносов (25% в среднем). В Лос-Анджелесе на них приходится половина полицейских. Все может очень сильно варьироваться в зависимости от территории, поскольку в стране существует 18 000 полицейских служб, по большей части локальных.

К тому же, здесь есть структурный факт: когда американский полицейский (даже черный или латинос) имеет дело с чернокожим, он говорит себе, что находится в потенциальной опасности. Черные формируют бедное население, которое намного больше представлено в статистике по убийствам. Это представление в большинстве случаев не объясняется расизмом или ощущением того, что речь идет о низших существах, а связано с общим представлением о гетто и насилием в некоторых афроамериканских кварталах, которые воспринимаются как враждебные.

— Что касается Джорджа Флойда, метод его задержания, из-за которого он задохнулся, не преподается в полицейской академии. Во Франции существует похожий метод удушения, который значится в заключении о смерти Адамы Траоре и Седрика Шувиа 3 января. Существуют ли различия в подготовке, в силу которых американским полицейским свойственно применять более опасные методики, чем нашим?

— Американским полицейским запрещено применять некоторые методики из-за связанных с ними травм. Так, удушающий захват сзади был запрещен в Лос-Анджелесе. Ряд инструментов сначала использовался в США перед тем, как разойтись во Франции, например, электрошок. Как бы то ни было, обе страны объединяет большое внимание к методикам обездвиживания и задержания во время подготовки.

— Обезображенные резиновыми пулями лица, травмированные дубинками ноги, пробитые осколками от гранат со слезоточивым газом ступни — «желтым жилетам» пришлось дорого заплатить за поддержание порядка «по-французски». Возникают ли такие же травмы во время демонстраций в США?

— Беспорядки после гибели Джорджа Флойда разошлись по нескольким городам. Но в целом операции по поддержанию порядка там проводятся редко, поскольку в стране нет такой культуры демонстраций.

В Далласе и Лос-Анджелесе местная полиция может при необходимости взяться за поддержание порядка, иногда с помповым оружием, которое точнее нашего с резиновыми пулями. Но их численность невелика, и они быстро теряют контроль. В таком случае очень быстро развертывают спецназ SWAT, который наставляет на демонстрантов автоматы. Или национальную гвардию, которая представляет собой военную силу. В ходе беспорядков в Лос-Анджелесе в 1992 году погибли 55 человек. В погромах в пригородах во Франции в 2005 году — 4 человека. Французская полиция часто наносит травмы, но редко убивает.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.