Это момент кризиса, но также и момент ясности. Города Америки полыхают, бушует эпидемия, четверть американцев остались без работы — это исторический момент, и мнения разделились.

Ясно видно, кто убивает, а кто спасает жизни. Полицейский, который девять минут спокойно сидел, навалившись коленом на горло Джорджа Флойда, пока тот не скончался от удушья, — из тех, кто убивает. Трое его коллег, которые ни слова не сказали против, не оттащили его от лежащего на земле мужчины, — из тех, кто убивает.

Вместе с тем врачи и медперсонал по всей Америке борются за каждую отдельную жизнь, сами рискуя заразиться коронавирусом.

Становится видно, что в Америке есть два разных вида полицейских. Одни люди в форме, как случилось в Миннеаполисе, внезапно начинают стрелять краской в людей, которые виноваты лишь в том, что сидели на веранде собственного дома. Также в Миннеаполисе полицейские, не долго думая, без видимой причины задержали группу журналистов CNN (позднее они были освобождены).

Но есть и полицейские, и даже начальники полиции, которые присоединились к мирным демонстрациям, полицейские, которые — как в Портленде или Орегоне — преклонили колено в знак смирения, протеста и солидарности.

Шериф в Мичигане снял шлем, отложил дубинку и сказал протестующим, что они с коллегами здесь ради граждан.

Протестующих в Америке тоже два типа. Одни наслаждаются беспорядками, они — погромщики и мародеры. Другие же учились на примере Мартина Лютера Кинга и других героев ненасильственного сопротивления.

В Миннеаполисе чернокожие мужчины возразили нескольким белым подросткам, которые хотели выступить против полиции. «Мы здесь живем, — сказал один из мужчин. — Мы просыпаемся утром, и мы все еще черные, и мы в Америке».

В разных американских городах после первой ночи, когда горели машины и покрышки, на улицы вышли люди, вооруженные ведрами, швабрами и пакетами для мусора. Они убирали мусор и осколки.

Вот четкое различие между теми, кто хочет видеть мир полыхающим, и теми, кто пытается его снова объединить.

Из Америки можно отчетливо различить и два вида зарубежной реакции. С одной стороны, демонстранты в Лондоне, Сиднее, Париже, перед Бранденбургскими воротами отреагировали с обоснованным возмущением и указывали на схожие случаи полицейского насилия в их странах.

Злорадство, насмешка и издевка

С другой стороны, злорадство, насмешка и издевка. Злорадствовали, например, официальные китайские ведомства, которые тут же обнаружили взаимосвязь с демократическими протестами в Гонконге.

Ху Сицзинь, главный редактор газеты Global Times, издаваемой коммунистической партией КНР, написал: «У меня серьезные подозрения, что погромщики из Гонконга внедрились в американские штаты. Нападают на полицейские участки, громят магазины, блокируют улицы, наносят урон официальным учреждениям — на их протестных акциях это обычное дело».

Если перевести с китайского на недипломатический язык: прекратите требовать от нас соблюдения прав человека и делайте со своими демонстрантами, что хотите.

Издевка последовала и от президента Исламской Республики Иран Хасана Рухани. Исламская республика жестоко подавляет демонстрации, отправляет диссидентов в тюрьму «Эвин» и безжалостно преследует меньшинства. Рухани же написал в Твиттере: Black Lives Matter. Наверное, он смеялся, когда нажимал на «Отправить».

В конце концов, отчетливо видно, что в Америке сегодня есть два сорта политиков.

Никто не забудет обращение мэра Атланты Кейши Лэнс Боттомс. Она смотрела на кадры хладнокровного убийства Джорджа Флойда глазами матери — матери четырех чернокожих сыновей.

И она призывала сторонников погромов идти домой.

«Это не демонстрация, — сказала она. — Это хаос. У демонстрации есть цель. Когда был убит Кинг, мы не творили подобного в нашем городе. Если вы любите свой город, город с традицией чернокожих мэров и чернокожих глав полиции…, город, где более половины всех магазинов в центре принадлежит этническим меньшинствам…, тогда идите домой… Если вы хотите перемен в Америке — внесите себя в списки избирателей и идите голосовать. Вот перемены, которые нужны нам в Америке»

По другую сторону стоял Дональд Трамп. Он в лучших традициях автократов грозил вооруженными силами, приказал применить слезоточивый газ и резиновые пули против мирных демонстрантов перед Белым домом, пешком отправился в епископальную церковь Святого Иоанна, в которой американские президенты молились со времен Джеймса Мэдисона, и сфотографировался перед церковью с Библией в руках.

Епископ Епископальной епархии Вашингтона Мэриэнн Бадд была крайне возмущена. Ее не поставили в известность о мероприятиях заранее. И она была не согласна с тем, как Дональд Трамп использовал церковь в качестве декораций.

«Нам нужно моральное руководство»

«Все, что он сказал и сделал, служило тому, чтобы подогреть насилие, — сказала епископ Бадд. — Нам нужно моральное руководство. Он сделал все, чтобы расколоть нас».

И вместе с тем вовсе не Мэриэнн Бадд адресовался снимок американского президента. Сигнал направлялся скорее американским евангелистам, и он был четким: Америка — белая христианская страна, и такой она останется.

Не так далеко расположен памятник Аврааму Линкольну — как напоминание о том, что США переживали и худшие времена.

На пьедестале большими буквами высечен текст его Геттисбергской речи: «… что наша нация с Божьей помощью возродится в свободе, и что власть народа волей народа и для народа не исчезнет с лица Земли».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.