Журналисты Svenska Dagbladet приехали на площадь в районе Хаммаркуллен, где преступники останавливали и допрашивали автомобилистов. «Все хотят говорить об этом, но никто не осмеливается», — заявляет одна женщина.

Время обеда, и немногочисленные прохожие неспешно пересекают площадь Хаммаркуллена, направляясь к парикмахеру или в один из местных магазинов. Возле табачной лавки на площади стоит Абди Юсуф, председатель Сомалийского объединения Гётеборга.

«Позвольте угостить вас чашечкой кофе, и я вам кое-что расскажу», — говорит он многообещающе.

Большинство жителей Хаммаркуллена не хотят говорить о бандах и перекрытых улицах. И Абди Юсуф, как оказалось, тоже. Зато он с удовольствием делится своими идеями по поводу того, что стоило бы сделать в таких районах Гётеборга, как Ангеред на северо-востоке города.

«Наше объединение пытается запускать программы для всех сомалийцев, которые здесь живут. У многих нет работы, многие нуждаются в помощи, особенно дети. Мы, например, помогаем им делать домашние задания, боремся с вербовщиками „Аш-Шабаб" и наркоманией», — рассказывает он.

«Мы вполне со всем эти справляемся, но у нас слишком маленькие помещения. Мы общаемся с политиками и приглашаем их туда, но хорошего помещения у нас так и нет. В нашем объединении 345 человек, а комната совсем маленькая», — сетует Абди Юсуф и показывает на стену в десяти метрах от него.

Он ведет нас в Народный дом, который считает важным местом встреч жителей Хаммаркуллена. Там мы знакомимся с единственным оставшимся сотрудником Хампусом Киленшерной (Hampus Kuylenstierna). Не так давно троих его коллег уволили, поскольку организация, занимающаяся Народным домом, не уверена, что муниципалитет продолжит ее субсидировать.

«Думаю, такие организации, как Народный дом, очень много значат для городских районов вроде Ангереда. Если бы только нам выделили более долгосрочную помощь, чтобы мы перестали каждый год волноваться, продлят ее или нет, мы могли бы добиться очень хороших результатов», — говорит он.

Блокпосты на дорогах он называет «катастрофой», но в остальном считает, что обсуждать их нужно с местными жителями. Но от них добиться хоть слова нелегко.

Один продавец, с которым поговорила Svenska Dagbladet, рассказывает, что наблюдал за тем, как банды закрепляются в районе.

«Из-за сегрегации так всегда и бывает. Заканчиваешь девять классов без аттестата (с неудовлетворительными оценками — прим. перев.), у тебя низкая самооценка и, возможно, неполная семья. И тебя привлекает ощущение единства, которое, как может показаться, есть в этих бандах. Поверьте мне, я сам это пережил. Я смог выбраться, потому что меня семья поддержала. Но сейчас требуется очень много ресурсов, чтобы помочь другим молодым людям, которые, возможно, хотят покончить с этим», — рассказывает мужчина, отказавшийся назвать свое имя.

«Нельзя сказать, что у нас тут какая-то культура замалчивания, типа как с мафией в Италии, где есть некие правила поведения, которым люди предпочитают следовать. У нас люди просто боятся, не хотят, чтобы, например, после разговора с полицией под угрозой оказались их дети. Я знаю людей, которым давали 24 часа на то, чтобы уехать из района», — говорит он.

В другой части Хаммаркуллена мы встречаемся с женщиной, которая живет в районе более 20 лет.

«Здесь очень много криминальных элементов, а от полиции никакой помощи. Она просто не обращает на них внимания — либо задерживает, а потом отпускает, ссылаясь на то, что нет доказательств или что-то еще в этом роде. А ведь они тут постоянно принимают наркотики и торгуют ими. Я хочу переехать в другой район, но это не так просто», — говорит она.

Представиться она тоже не захотела.

«Говорить об этом хотят все, но никто не осмеливается».

Дан Виндт (Dan Windt) — начальник штаба специальной операции полиции Гётеборга. Он рассказывает о перекрытых дорогах. По информации полиции, их блокируют молодые люди и подростки, связанные с различными преступными группировками.

«Это произошло вечером на северо-востоке Гётеборга. Мы полагаем, что впервые это случилось в воскресенье или понедельник. Группы молодых людей в возрасте от 15 до 20 лет останавливали незнакомые им автомобили на перекрестках в темноте. Они светили в салон фонариками, чтобы посмотреть, кто едет».

Пару десятков человек из нескольких криминальных группировок задержали, но потом отпустили. Сейчас полицейские юристы разбираются, по какому обвинению их можно привлечь к ответственности.

«Вероятнее всего, речь пойдет о нарушении общественного порядка, но за это полагается лишь штраф», — говорит Дан Виндт.

Поздно вечером мы встречаемся с Йерри Моком (Jerry Maack), который живет в Хаммаркуллене вот уже 27 лет.

«Я про эти блокпосты на дорогах читал в новостях — о том, что они останавливают людей и задают разные вопросы. Это вообще не их дело, таким должна заниматься полиция. Все это действительно гадко», — сказал он.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.