ДУБЛИН — Новый премьер-министр Японии Есихидэ Суга выдвигает ряд амбициозных политических идей, включая планы по оцифровке государственных услуг и возрождению региональных банков страны. Остается придумать тему, которая затронет за живое абсолютно все слои населения. Например такую: к 2030 году Япония сможет самым лучшим образом использовать свой единственный природный ресурс — народ.

Еще в 1980-е годы, когда весь остальной мир с восхищением смотрел на Японию, учась у нее методам управления экономикой, считалось, что ключ к могуществу страны лежит в ее способности находить и использовать источники талантов. В итоге к тому времени Япония превратилась в высокооплачиваемое, высокоэффективное, хорошо защищенное общество с одной из лучших систем образования в мире. В обмен на лояльность выпускники средних школ и университетов получали там от своих работодателей систему пожизненного обучения и развития. Но это, конечно, распространялось только на мужскую половину населения.

Четыре десятилетия спустя в Японии все еще существует великолепная система образования, которая значительно сгладила гендерное неравенство. В 1980-х годах большинству японских женщин приходилось довольствоваться двухлетним университетским образованием. На четырехлетние университетские курсы зачислялось менее 15% девушек, в то время как юношей — 35-40%. Этот «разрыв в образовании» объясняет, почему в Японии до сих пор так мало женщин-руководителей.

Однако за последние 30-40 лет доля японских девочек, окончивших среднюю школу и поступивших в четырехлетний университет, возросла до 50% по сравнению с 55% мальчиков. Сейчас численность резерва будущих женщин-руководителей значительно увеличилась. Однако, несмотря на массовый рост японского «человеческого капитала» (имеющих образование и талант), эффективность его использования отстает, даже по некоторым позициям ухудшается, причем как для мужчин, так и для женщин. В настоящее время наблюдается большое несоответствие между достижениями в образовании японской рабочей силы и ее занятостью.

Корни этого парадокса уходят в период 1990-1992 годов, когда произошел обвал цен на акции и недвижимость, вызвавший значительный социальный и экономический стресс, а вскоре последовало превращение Китая в источник конкурентного давления. С тех пор сменявшие друг друга японские правительства, подстрекаемые крупным бизнесом, отошли от практики поддержки принципа высокой заработной платы и высокой гарантии занятости в пользу принципа дешевой рабочей силы (они, конечно, так его не назвали, но суть именно такова).

В 1990 году 80% японских рабочих были наняты на постоянные, высоконадежные контракты. Но к 2019 году почти 40% из них работали по ненадежным краткосрочным контрактам из-за ослабления трудового законодательства за последние три десятилетия. Более того, по мере сокращения численности трудоспособного населения миллионы женщин и пенсионеров были приняты на работу для поддержания уровня занятости. Среди этих групп более половины женщин и почти все пенсионеры работают по краткосрочным контрактам, причем многие из них получают минимальную заработную плату (одну из самых низких среди стран ОЭСР).

В то время как эта стратегия дешевой рабочей силы помогла поддержать уровень корпоративных прибылей, она также стала единственным важнейшим фактором, повлиявшим на слабый экономический рост страны в последние десятилетия. Потребление домашних хозяйств хронически низкое, потому что заработная плата не выросла, несмотря на новые жесткие условия на рынке труда. А поскольку у работодателей мало стимулов вкладывать средства в человеческий капитал занятых неполный рабочий день и краткосрочных работников, корпоративные расходы на обучение и развитие сократились, а относительный уровень бедности вырос, что ставит Японию по этому параметру гораздо ближе к Соединенным Штатам Америки, чем к таким эгалитарным (равноправным) странам, как Дания.

Принцип дешевой рабочей силы, возможно, был уместен в качестве чрезвычайной меры для предотвращения массовой безработицы после финансового кризиса 1990 года в Японии, но он не имеет смысла в качестве долгосрочной стратегии для высокообразованной стареющей страны на передовом технологическом фронте. Более того, когда речь идет о женщинах, это просто лицемерие.

На ежегодном собрании Всемирного экономического форума в январе 2014 года Синдзо Абэ, длительное время работавший предшественник Суги, бесстрашно говорил о том, что надо сделать Японию «местом, где сияют женщины». А после 2015 года его правительство часто хвасталось, что уровень участия женщин в рабочей силе Японии обогнал аналогичный в США, что отражает политику правительства по увеличению государственных расходов на детские учреждения. Но поскольку стратегия дешевой рабочей силы остается неизменной, качество рабочих мест женщин не поспевает за их количеством.

В результате выгоды от достижений в области образования, которые женщины получили в 1980-х годах, оказались недостаточными. Конечно, новое поколение женщин, получивших высшее образование в 1990-е и 2000-е годы, достигло этапа служебной зрелости, и некоторые из них вскоре займут более высокие посты. Но условия продвижения на рынке труда для большинства японских женщин остаются крайне ограниченными.

Хотя эта проблема отчасти отражает стойкое женоненавистничество и жесткие корпоративные установки, корнем зла является стратегия дешевой рабочей силы. Слишком многие мужчины и женщины страдают от нестабильности работы и низкой заработной платы, что почти наверняка способствует низким показателям по числу заключаемых браков и рождаемости в Японии. А это, в свою очередь, поддерживает упадок уровня жизни населения и ограничивает экономический рост.

Вступив в должность в прошлом месяце, Суга пообещал «создать кабинет министров, который работает для людей». Чтобы это что-то значило, он должен поставить японский народ в центр своей национальной экономической стратегии. Япония отчаянно нуждается в развитии и увеличении использования человеческого капитала, заложенного в ее населении, с тем чтобы она могла сменить 30-летний принцип главенства дешевой рабочей силы восстановленным видением общества с высокой заработной платой и высокой производительностью труда. Япония должна быть Швейцарией Азии, а не ее США. 

Билл Эммотт, бывший главный редактор журнала The Economist, автор книги "Будущее Японии за женщинами".

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.