В данной серии материалов, которая предназначена для совершеннолетнего читателя, будет достаточно откровенных рассказов, обсценная лексика, неприятные с точки зрения морали истории и мнения. Мы не принимаем ничью точку зрения, а только являемся ретранслятором наших героев. Вся их речь сохранена в изначальном виде. Имена и даты изменены в целях безопасности наших респондентов. Единственная наша реплика вне текста — не ищите в этих рассказах романтики. Ее в них нет. 

Перед вами материал, которым "Телеграф" открывает серию из трех частей о современных способах заработать на жизнь сексом или его имитацией. В первой части вы узнаете о веб-моделинге, работе на студии, о том, как влюбиться в клиента и что можно делать на камеру под тяжелую музыку в чатах для взрослых. 

Почему решили об этом поговорить? Дело в актуальности темы. Украина была на первых местах среди стран с наибольшим числом вебкам-моделей. Девушек, которые на камеру за деньги демонстрируют свои прелести или же в приватном видеочате исполняют желания клиента по ту сторону экрана.

Нашу первую героиню зовут Юлия. Около года она работала вебкам-моделью. Далее все слова без изменений от первого лица.

— Сколько тебе было лет, когда ты начала? 

— Начала я, когда мне было 20. Я только переехала в Харьков и искала вторую работу. Не знаю, насколько активно сейчас вербуют новеньких моделей через Вконтакте, но тогда мне писали в ВК. Уже тогда он работал через ВПН. 

Мне предложили работу, но не сказали прямо. Писала брачка (брачное агентство — ред.)

— Они увидели, что ты красивая? 

— Да, у меня там в профиле были хорошие фотографии плюс знание английского. А в объявлении и было что-то подобное. И работа в офисе. Хантинг (поиск новых работников — ред.) у них хорошо работал. 

Но вряд ли мое знание английского было основополагающим в предложении мне такой работы. Со мной работали девочки с таким базисным уровнем, что они общались с иностранцами через гугл-переводчик. Важную роль играет позиционирование. То есть, если в ее профиле написано, что она может говорить на английском перепиской или вживую, то она будет общаться. Если нет, то это будут всякие односложные штуки типа "ok, thank you", "so nice", вся фигня. 

Впоследствии, когда мне писали другие люди, говорили, что работа именно вебкам.

— Как ты в это пришла? 

— Я пришла на собес (собеседование — ред.), там мне на кухне за кофе и сигаретами довольно приятная барышня вежливо и тактично объясняет, что к чему и где произошел обман. Конечно, я в какой-то момент несколько зажалась. Не знаю, как такие собеседования проходят у других людей, но меня очень раскрепостил один факт. В какой-то момент девчонка из офиса, не зная, что на кухне проходит собес, выбежала из своей комнаты в одних стрингах, с двумя розовыми бантиками на хвостиках и здоровенным фаллоимитатором в руках и начала размахивать руками и что-то активно рассказывать (смеется).

Итак, мне сдали тестовый аккаунт. У меня на тот момент не было загранпаспорта и это усложнило создание профиля. Сайты в основном американские, но есть и русскоязычные площадки. Кстати, есть ресурсы, где требование, чтобы девушкам было не меньше 21 года. 

На те ресурсы, где я была, практически не заходили русскоязычные пользователи, а что еще прикольно — там можно поставить ВПН-фильтр на страны. 

— Не было беспокойства, что кто-то запишет и выложит тебя на порносайт? Pornhub, например…

— Было конечно. Но, ты же вправе для себя решать, что ты показываешь в чате, а что нет. Кроме моих сисек в общем чате записывать было нечего. Я не боюсь, что вообще где-то видео может всплыть. 

— А что-то большее тебе приходилось делать или показывать? 

— Во-первых, это отчасти можно симулировать, если для тебя это некомфортно. А во-вторых, такого требования не стояло. Может, мне повезло с агентством, но нас никто не принуждал делать некомфортные вещи. 

На просьбы иностранцев раздвинуть ноги и прочее ты можешь соглашаться или нет и блокировать пользователей. 

— Сколько тебе платили? 

— По зарплате зависит отчасти от везения — понравишься/не понравишься. Также важно не количество часов, которые ты там сидишь, а внимание клиентов. То есть, зовут ли тебя в приватный чат, кидают ли тебе какие-то чаюхи (чаевые — ред.) и все остальное. Зависело от месяца к месяцу. Сильно много я там не получала. Агентство забирало где-то половину. 

В среднем получалось до 10 тысяч гривен за две недели (около 26 тысяч рублей — прим.ред.). В долларах деньги я не получала, сразу выдавали гривну. Но стабильным заработком я это не назову. 

— Получается, во время месячных каждая из вас выпадала на неделю?

— Нет, нужно просто вовремя успевать менять тампоны. Плюс, есть требование в общем чате — никаких домашних животных в кадре, а также чтобы все гигиенично и по-классике, никаких аморальных фетишей. Но были клиенты, которых заводили эти дни и они сразу звали в приват. Я отказывала, для меня это слишком интимно. 

— Ты каждый день в "офис" ездила? 

— График был плюс-минус свободный, вне зависимости, хочу ли я работать ночью или днем. Смена длится 8 часов. Я могла взять больничный, а могла и несколько дней там провести. Поспать, поесть, сходить в душ… 

— Как выглядело рабочее пространство? 

— Мы сидели по закрывающимся комнатам в трехкомнатной квартире. А потом агентство сняло бывшую кальянную и, судя по интерьеру, бывший бордель. Это место находилось в районе Паркового квартала Харькова. Сейчас там опять открылась то ли кальянная, то ли кафе. 

— Были случаи, когда на камеру девушки не симулировали? 

— Да, у меня начальство такое было. Аннушка, слегка за 30 годиков. Шикарная барышня! Мать двоих детей. У нее был постоянный клиент из России, к которому она даже ездила лично. Как-то в личной беседе рассказывала, что в приватных чатах она ничего не исполняла. 

— Что было самым отвратительным и самым замечательным за время твоей работы?

— Замечательным было то, что я познакомилась и пообщалась с массой интересных людей. 

Дело вот в чем, большинство барышень на фоне включали какую-нибудь попсовую музычку, танцевали, улыбались, все дела. Я вообще не улыбалась! Мне не хотелось. Ты же можешь делать, что хочешь. Видимо, поэтому у меня и был небольшой заработок в этой сфере.

У меня на фоне играл тяж (тяжелая музыка — ред.). Некоторые ребята со мной общались именно по интересам. Мне подкинули очень неплохого музла в плейлист. И это была крайне приятная часть работы.

Есть даже один чувак из Вашингтона, с которым мы до сих пор общаемся в Фейсбуке. Во время работы он заходил на пару часов. Я в отдельной вкладочке открывала его профиль. И мы тупо общались между собой голосом — трындели и перекидывались музлом. И чувак меня вдохновлял на работу. Я сижу, общаюсь с клиентами в чате, а сама рядом наблюдаю, как чувак с офигенно богической фигурой мастурбирует. Интересный опыт.

— Ваш реквизит покупался за свои деньги? 

— Да, за свои. Но, на неинтимные вещи периодически подгонял офис. Корсеты, кофточки, гетры какие-то были в общем доступе. То, что, пардон, к гениталиям не прилегает, можно брать. У нас был склад общих вещей, из которых можно брать и добавлять что угодно. 

— Есть личные истории у вебкамок с хеппи-эндом или наоборот? 

— Была еще одна офигенно любопытная барышня. Бывшая ММАшница с классной фигурой, натурально рыжая, абсолютно взрывной характер. Она работала в веб-моделинге для того, чтобы обеспечить семью. У нее была мама, которая осталась в маленьком городе Харьковской области. Так вот, она заработала целиком на ремонт, полное обновление гардероба. Но она работала как проклятая и деньги не успели ее поменять. 

Была еще одна барышня, Сова. Имени ее я не помню, да и ты все равно его не напишешь (смеется). Девочка влюбилась в парня из Германии, очень по нему страдала, писала ему стихи, верила каждому обещанию, которое он ей давал. Человек обещался к ней приехать. В итоге это взаимодействие закончилось грандиозной плюхой — чувак пропал из сети. Я не знаю, что у него была за ситуация. А у барышни был маленький ребенок. Она мать-одиночка и работала для того, чтобы обеспечить свою семью.

Я очень хорошо понимаю, что такое влюбляться в человека через интернет. Это психологически может быть очень тяжело. В общем, девочку было откровенно жалко. 

Она же даже не может ему просто посмотреть в глаза и лично задать все свои вопросы. 

Очень важный момент: когда начинает откровенно переть (везти, — ред.), есть база клиентов и барышни начинают зарабатывать приличные суммы, то очень портится характер. К сожалению, у подавляющего большинства из них я это наблюдала. Общаться с этими девушками после того, как они начинали зарабатывать от 20 тысяч гривен за неделю, становилось невозможно. 

— Кто за всем этим стоит? Кто владелец? 

— Я не знаю, кто стоит. Был мужчина, его называли "директор", его я видела. Он приезжал несколько раз к нам, всегда на такси. Жил он не в Харькове или снимал, по его словам, отдельно здоровенную квартиру. Адрес не помню.

У него был прикол забирать некоторых барышень бухать (выпивать, — ред.). И вот ты спрашивал, что самое неприятное было в работе? Так вот — это не клиенты, так как ты всегда можешь его заблокировать, а тут нет. 

Нас один раз потащили выпить. И большинство ребят офлайн как-то корректно себя вели в основном. Возможно, из-за ментальности. А тут ужратый (изрядно выпивший, — ред.) человек пытался придушить меня ремнем, к чему-то склонить. Я от него отбилась и свалила. 

На следующее утро он вроде как ничего не помнил. Меня после этого случая с работы не поперли. Но было очень неприятно. Через три недели я уволилась сама, так как позвали в IT-контору. 

Я не жалею о работе в этой сфере, как и не жалею, что ушла. Мне кажется, что этим сейчас можно заниматься не через студию. 

— Ты же феминистка и очень независимая барышня. Если все-таки с тобой всплывет видео и на тебя, например, накинуться радфемки, что ты будешь делать? 

— Это мое личное дело. И это был мой метод заработка, алё? Феминизм вот как раз в том, что женщина вправе сделать со своим телом все, что хочет. Если бы меня совсем коробила работа в веб-моделинге, то я бы туда не пошла. Проституткой я себя не считаю за работу в этой сфере. Мне совсем не стыдно за свой аккаунт на OnlyFans (социальная платформа, которая позволяет популярным авторам и блогерам монетизировать свой контент (в том числе для взрослых), делясь им с другими пользователями, которые платят ежемесячную абонентскую плату, — ред.). Также, как и не стыдно за свои полуоткровенные фотографии в Инсте. Мое тело — мое дело, мое право. Если кто-то считает, что выкинутое из этих чатиков — это компромат на меня, то он плохо искал. 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.