Кэти Мартин из Лондона и Билли Наумэн из Нью-Йорка

На берегах озера Сенека в северной части штата Нью-Йорк некая частная инвестиционная компания приобрела угольную электростанцию, выведенную из эксплуатации, и переоборудовала ее для сжигания природного газа. Затем она снова стала ее эксплуатировать, сделав из нее так называемую «гибридную электростанцию, предназначенную для майнинга криптовалюты».

Упомянутая электростанция принадлежит компании Greenidge Generation Holdings, которая планирует выйти на биржу в конце этого года, заявив о своих планах стать «единственной публичной компанией по добыче биткойнов в США, обладающей собственным источником электроэнергии».

В презентации для инвесторов говорится, что благодаря прямым связям с газовой системой Empire Pipeline компания сможет производить биткойны всего по 3 тыс. долларов за штуку — и это огромная маржа с учетом того, что даже после недавнего резкого падения курса, случившегося из-за возможности введения жестких мер со стороны китайских регуляторов, эта криптовалюта продавалась примерно за 40 тыс. долларов.

Greenidge Generation Holdings заявляет, что гордится своим отказом от угля. Компания хотела бы купить побольше электростанций и значительно расширить свою деятельность. Однако борцы в области защиты климата пришли в ужас от того, что ископаемое топливо хотят сжигать с целью добычи криптовалюты; и они уже подталкивают регулирующие органы к пресечению этого и других подобных проектов, дабы предотвратить резкое увеличение выбросов парниковых газов.

Но до сих пор ни один из защитников климата не оказал столь сильного влияния на распространение информации о том, как биткойны влияют на увеличение выбросов углерода, как это сделал исполнительный директор Tesla Илон Маск, который так полюбил биткойны, что пополнил свои корпоративные закрома криптовалютой на сумму 1,5 миллиарда долларов.

Однако на прошлой неделе Маск вдруг завил, что передумал и отменил планы (первоначально озвученные еще в феврале) по приему биткойнов в качестве оплаты за свои автомобили. «Криптовалюта — это во многих отношениях хорошая идея, и мы считаем, что у нее многообещающее будущее. Однако криптовалюта не должна дорого обходиться окружающей среде», — сказал Маск.

Это заявление вызвало негативную реакцию сторонников биткойнов, некоторые из которых получили огромную прибыль, сделав ставку на этот класс активов, и считают, что будущее денег — это биткойны. Сторонники криптвалюты обвинили Илона Маска в незнании методов майнинга, а заодно и в стремлении защищать какие-то потаенные интересы федерального правительства. Появилась даже новая криптовалютная монета с грубым названием, намекающая на Маска, — «FuckElon».

Однако ученым, которые в течение многих лет занимались изучением энергоемкости биткойнов, Илон Маск в свойственной для него эксцентричной манере по-простому напомнил о непреложной истине. Речь идет о вопросе, который до сих пор в значительной степени игнорируется правительствами, крупными экологическими благотворительными организациями, а также банками и биржами, которые способствуют развитию обширной индустрии криптовалют.

«Один биткойн потребляет столько же электроэнергии, сколько европейская страна среднего размера, — говорит профессор Брайан Люси (Brian Lucey) из Тринити-колледжа в Дублине. — Это, просто-таки, огромнейшее количество электроэнергии. Это грязное дело. Это грязная валюта.»

И отвечающие за экономику ведомства начинают обращать на данный факт внимание. так, например, в среду Европейский центральный банк (ЕЦБ) заявил, что «чрезмерный углеродный след» от криптоактивов — это уже «повод для беспокойства». А центральный банк Италии в документе, опубликованном в начале этого месяца, сообщил о том, что в 2019 году объем выбросов углекислого газа у платежной системы еврозоны «Tips» по сравнению с биткойнами уменьшился в 40 тысяч раз.

Измерение степени «грязности» биткойна само по себе делается на коленке. Согласно последним данным по индексу потребления электроэнергии для биткойна, созданному Кембриджским университетом, при добыче (или майнинге) биткойнов потребляется 133,68 тераватт-часов электроэнергии в год (это приблизительный показатель, он неуклонно растет в течение последних пяти лет). Данный индекс немного превосходит показатель потребления электроэнергии в Швеции в 2020 году (131,8 тераватт-час — ТВтч) и немного не дотягивает до электропотребления в Малайзии (147,21 ТВтч.).

Точное значение потребления электроэнергии для производства биткойнов на самом деле может оказаться намного более высоким. Так, специалисты Кембриджского университета рассмотрели наихудший сценарий (при этом сценарии предполагалось, что майнеры используют наименее энергоэффективные компьютеры на рынке, хотя процесс майнинга остается прибыльным); в результате оказалось, что при наихудшем сценарии, начиная с ноября прошлого года, когда цена биткойнов резко возросла, расчетное значение стало резко отличаться от среднего значения.

Рациональное объяснение этому факту следующее: увеличение цены биткойнов привлекает все больше и больше новых майнеров; и еще это означает, что майнинг с использованием более старого и менее производительного оборудования все-таки с финансовой точки зрения остается эффективен.

Более высокая цена криптовалюты также означает, что компьютеры, производящие биткойны, вынуждены решать все более и более сложные задачи для их добычи. Верхняя планка потребления электроэнергии для биткойнов составит около 500 ТВтч в год. Великобритания потребляет 300 ТВтч. Около 65 процентов майнинга криптовалюты приходится на Китай, причем заметим, что в структуре энергопотребления КНР уголь составляет около 60 процентов.

Естественно, есть основания по-разному относиться к этим статистическим данным, при этом, все исследования данного вопроса отчасти допускают некую неопределенность. «Как говорится, есть множество оттенков серого», — замечает научный сотрудник Мичел Раукс (Michel Rauchs), который работает над Кембриджским индексом (Cambridge index).

Раукс отмечает, что отчасти майнинг в Китае осуществляется за счет чистой гидроэлектроэнергии, в том числе с помощью компьютеров, которые ежегодно в сезон дождей перевозятся на грузовиках с севера на юг страны. Гидроэнергия не обязательно перенаправляется из каких-то других регионов страны; некоторые из этих электростанций были когда-то специально построены для подпитки заводов, которых больше не существует, говорит Мичел Раукс. В подобных случаях, как заметил Раукс, «я не вижу здесь каких-то потенциальных проблем». Как показало кембриджское исследование, около 75 процентов майнеров пользуются теми или иными возобновляемыми источниками электроэнергии, но на подобные источники электроэнергии по-прежнему приходится менее 40 процентов от общего объема потребляемой электроэнергии. Заметим, что майнинг в некоторой степени может осуществляться и вне сети, что затрудняет его отслеживание.

Все вышеупомянутые нюансы важны. Тем не менее, по словам Раукса, возможность глобального государственного вмешательства с целью сокращения энергопотребления в данной сфере является «реальной угрозой».

Компьютеры работают на полную мощь

Избыточное потребление электроэнергии — это особенность, а не дефект биткойна; напомним, что эта цифровая валюта вышла появилась 12 лет назад, благодаря человеку под псевдонимом Сатоси Накамото (Satoshi Nakamoto). Биткойн отделен от глобальной финансовой и правительственной системы — и это по-прежнему самая привлекательная черта биткойна для тех, кто стремится к анонимности или желает держаться подальше от центральных банков. Данный факт означает, что необходимо вновь установить доверие к биткойну, сделав его безопасным.

Этой цели можно добиться, если дать майнерам вознаграждение в виде койнов за то, что они интенсивно и успешно решают головоломные задачи на блокчейне; таким образом, вознаграждение в виде койнов представляет собой «доказательство выполнения работы» майнера [«доказательство выполнения работы» (англ. Proof-of-work, POW, PoW) — принцип защиты сетевых систем от злоупотребления услугами — прим. перев.]. А те задачи, которые предстоит решать, достаточно сложны; именно эта сложность не позволяет хакерам и другим злоумышленникам захватить контроль над сетью. И чем быстрее майнеры смогут сообщить случайные числа алгоритму биткойна, тем больше у них шансов получить койны. Для выполнения подобных задач требуются высокопроизводительные компьютеры, работающие на полную мощь.

К счастью для тех, кто занимается майнингом биткойнов и обладает доступом к дешевой электроэнергии и мощным компьютерам, биткойн, как правило, того стóит. Цена биткойна упала примерно на 30 тысяч долларов за штуку с того момента, как в прошлом месяце было достигнуто максимальное значение, однако с конца 2020 года выросла более чем на 200 процентов, а после 2019 года — более чем на 1000 процентов.

Биткойн — не единственная энергоемкая криптовалюта, но она, безусловно, самая значительная из всех. Среди других можно назвать такие криптовалюты, как лайткойн (litecoin), этер (ether), а также беспечный, но быстро растущий в цене доджкойн (dogecoin). Доджкойн поначалу считался интернет-мемом, который включал в себя изображение собаки породы сиба-ину.

Согласно исследованию, проведенному в марте 2020 года журналом «Joule» («Джоуль»), который занимается исследованиями в области энергетики, выяснилось, что на биткойны (из общего количества — 500 цифровых валют) приходится около 80 процентов рыночной капитализации койнов с «доказательством выполнения работы», и около 2/3 расхода электроэнергии. «На малоизвестные валюты приходятся другие почти 50% [энергопотребления] в дополнение к энергетическому голоду, вызванному биткойнами. И эта ситуация уже сама по себе способна нанести значительный ущерб окружающей среде», — говорится в исследовании.

Некоторые криптовалюты стремятся перейти к менее энергоемкой модели с «доказательством выполнения работы», когда система распределяет койны среди верификаторов, подобных майнерам, которые выставляют монеты в качестве средства обеспечения. В случае мошенничества верификаторы рискуют потерять свою долю. Криптовалюта под названием «этер», родственная для сети блокчейнов Ethereum, уже более двух лет переходит на использование этой модели, но проект сталкивается с техническими трудностями. Илон Маск также высказал предположение, что он смог бы поддержать и другие койны, не тратя на их генерацию слишком больших объемов электроэнергии.

Теоретически возможна более зеленая версия биткойна. Биткойновский код может переключиться на менее энергоемкий механизм консенсуса, в соответствии с которым новый раздел реестра блокчейнов, лежащий в основе данной криптовалюты, будет следовать иным правилам. Однако и каждый майнер тоже вынужден будет переключиться на новый способ работы. Как сообщили информированные источники в области криптовалютных операций, трудно представить, что данный план будет поддержан всем биткойн-сообществом, в котором постоянно наблюдаются разногласия.
Другие методы, такие как маркировка отдельных биткойнов в качестве «чистых» или «грязных» (в зависимости от того, какая электроэнергия пошла на их майнинг), также будет трудно верифицировать; в этом случае получится двухуровневая система биткойнов, которая, вероятно, не получит поддержки.

«Биткойн может стать первым примером того, как инновационная технология порождает неэффективный продукт, — говорит доктор Лариса Яровая (Larisa Yarovaya), преподаватель Саутгемптонского университета. — Ради блага всей нашей планеты он должен умереть; его следует заменить новой моделью. Он потребляет больше электричества, чем отдельно взятое государство. Все остальное — детали».

Лариса Яровая — бывшая российская паралимпийская спортсменка, пловчиха. Она часто подвергает критике аргументацию сторонников биткойна. Однако ее это не пугает. «Нужно прислушаться к здравому смыслу, — говорит она. — [Потребление электроэнергии] не оправдывается высокой ценой биткойнов. Это спекулятивный актив. Значительного количества рабочих мест он не создает. Он широко не используется для транзакций».

Однако подобные опасения не вызвали каких-либо громких и широко освещаемых кампаний со стороны экологических групп. Экологическая группа «Friends of the Earth» (Друзья Земли) заявляет, что она все еще пытается решить проблему [высокой энергозатратности биткойна] — точно так же, как это пытается сделать и Гринпис, чье американское подразделение начало принимать пожертвования в биткойнах еще в 2014 году. После запроса «Financial Times» представители Гринпис сообщили, что эта организация теперь откажется от данной криптовалюты, которая, к тому же, интенсивно не используется. «По мере того, как мы все больше и больше осознаем, насколько велики объемы электроэнергии, которые придется задействовать для генерирования биткойна, данная стратегия перестает быть для нас приемлемой», — заявляет Гринпис.

Проблемы, связанные с подтверждением

Забота об окружающей среде также не помешала группе инвестиционных банков войти в криптовалютный сектор, несмотря на их публичные заверения в том, что они будут стремиться к достижению целей устойчивого развития. Так, Citigroup недавно заявила, что изучает вопрос о том, какую роль Citigroup мог бы играть в криптосервисах; Goldman Sachs возобновил торговлю деривативами за биткойны; а Morgan Stanley планирует предложить клиентам доступ к биткойн-фондам. Но ни один из этих банков не пожелал комментировать вопрос об энергопотреблении.

По заявлению Яровой, публичные компании, занимающиеся криптовалютами, помогли «поддержать» данный класс активов, взвинчивая цены и, тем самым, косвенно увеличивая потребление электроэнергии. «Пусть они прокомментируют свои действия», — говорит Яровая, добавив, что ответственность за всё это должны нести также и покупатели криптовалюты.

Найджел Топпинг (Nigel Topping), назначенный правительством Великобритании для координации действий с бизнес-сектором в области климата в преддверии переговоров на 26-й Конференции ООН по изменению климата (или сокращенно COP26), запланированной на конец этого года в Глазго, заявил, что биткойн вряд ли будет стоять на повестке дня при обсуждении на межгосударственном уровне вопросов климата, но в более широких политических дискуссиях биткойн превращается в реальную проблему. «Он [биткойн — прим. перев.] становится одним из климатических злодеев, — утверждает Топпинг. — Все те, кому небезразличны проблемы климата, немного встревожены. Это просто глупая идея. Так называемый принцип POW — это свидетельство того, что продолжают сжигаться большие объемы [ископаемого топлива]. Всё это противоречит нашим намерениям».

По словам Найджела Топпинга, ООН пытается найти способы, с помощью которых можно было бы предотвратить рост числа криптовалют, чтобы они не свели на нет все усилия по борьбе с изменением климата; кроме того, ООН также оказывает поддержку инициативе «Crypto Climate Accord» («Крипто-климатическое соглашение»), возглавляемую Институтом Роки-Маунтин (RMI). Здесь речь вовсе не идет о стремлении затормозить инновационную активность в области цифровых финансов; наоборот, цель заключается в том, чтобы предоставить гарантии того, что будущие проекты на основе блокчейнов станут потреблять меньшее количество электроэнергии.

По словам бывшего банкира и основателя платформы для торговли криптовалютой B2C2 Макса Бунена (Max Boonen), сектор криптовалют «наносит ущерб» окружающей среде, правда отчасти этот недостаток восполняется теми преимуществами, которые несут с собой биткойны — «защиту от вмешательства посторонних» [т. е. вмешательства банков — прим. перев.].

Беспокоит ли самих участников крипторынка такой вопрос, как избыточное энергопотребление при генерации криптовалют? «Ни в малейшей степени, — утверждает Бунен. — Любой на этом рынке достаточно спокойно относится к экологическим издержкам. Если кто-то озабочен экологической проблемой, тогда пусть не участвует». В то же время Бунен по его собственным словам считает себя защитником окружающей среды. Он отчасти оправдывает углеродное загрязнение, которое вызывают криптовалюты, «эффективным альтруизмом», например, благотворительностью.

Сторонники биткойна по-прежнему убеждены, что преимущества в этой сфере перевешивают затраты; они утверждают, что криптовалюты закладывают фундамент финансовой системы будущего. Некоторые из таких сторонников, например, компания Square, образованная Джеком Дорси (Jack Dorsey), и компания Ark Investment, созданная Кэти Вуд (Cathie Wood), утверждали в своих официальных документах, что на самом деле сеть биткойнов вполне способна стимулировать ускоренное развитие возобновляемых источников электроэнергии. «Увеличение мощностей ради майнинга биткойнов может позволить энергетическим компаниям „оптимизировать" солнечную энергетику без потерь электроэнергии», — говорится в документе.

Стремясь удовлетворить спрос клиентов на криптоуслуги, банки и организации, управляющие активами, взялись рассматривать вопрос о том, как именно можно было бы компенсировать выбросы углерода. Решить эту проблему можно только в том случае, если сделать более сильный акцент на использовании возобновляемых источников электроэнергии. Но все же и здесь нашлось место для критиков, поскольку в данном случае чистая электроэнергия не достанется другим частям общества. После протестов жителей и «зеленых» неправительственных организаций проект Greenidge в штате Нью-Йорк объявил о намерении сделать выпуск своих биткойнов углеродно-нейтральным [т. е. с нейтральным уровнем эмиссии углерода — прим. перев.] за счет покупки так называемых углеродных кредитов. Компания заявляет, что она «стремится изучать проекты, предусматривающие выработку возобновляемой энергии по всей стране, и инвестировать в них».

Мэнди ДеРош (Mandy DeRoche), представитель организации под названием «Земное правосудие» (Earthjustice), которая ведет кампанию против подобных проектов и возрождения, как она это называет, «зомби» электростанций, работающих на ископаемом топливе, утверждает, что, учитывая объемы выбрасываемых парниковых газов, покупка углеродных кредитов для Greenidge «неактуальна»; кроме того, пришло время для серьезного изучения вопросов, связанных с перспективами регулирования этой области.

«Людей могут занимать, к примеру, такие вопросы: „Что такое биткойн и для чего он нужен?" Честно говоря, меня не волнует предназначение биткойна. Однако мне совсем небезразлично, что биткойн очень энергозатратен. Возможно, есть какие-то другие, более эффективные способы майнинга биткойнов, нежели тот крайне неэффективный и крайне энергоемкий процесс», — утверждает Мэнди ДеРош.

 

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.