После Второй мировой войны в международной политике наступил период холодной войны. Финляндия и Швеция были вынуждены искать баланс между Востоком и Западом.

Нейтралитет обеих стран едва ли был абсолютным: у Финляндии был Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи с СССР, Швеции же ради разработки новой техники для военно-воздушных сил своей страны пришлось обратиться за помощью к американцам.

Швеция готовилась отражать атаку со стороны Балтийского моря — и в роли агрессора шведы представляли совсем не Финляндию. Для обороны страны Швеция создала мощную систему военно-воздушных сил. Кроме этого, Швеция хотела разрабатывать военные технологии самостоятельно. Главными участниками этого процесса были компании Saab, Volvo и Bofors.

Сотрудничество шведских производителей самолетов с американцами началось еще до Второй мировой войны. Созданная в 1936 году компания Saab в военные годы построила много самолетов по собственным проектам, но с началом эпохи реактивных самолетов собственных средств компании уже было недостаточно.

«Помощь США и Великобритании понадобилась и для разработки реактивных снарядов. Шведы, конечно, изучили упавшие на их территорию снаряды нацистской Германии, но разработать собственные на основе этих данных не удалось», — говорит исследователь истории технологий Стокгольмского университета Микаэль Нильссон (Mikael Nilsson).

Нильссон выступил на организованном в Хельсинки симпозиуме, участники которого анализировали сотрудничество стран в области инновационных разработок в годы холодной войны.

Доверие надо было заработать

При поддержке американцев Saab за несколько лет разработал четыре типа шведских истребителей. Одним из них стал Draken, который также использовался в военно-воздушных силах Финляндии.

«Saab пришлось приложить много усилий, чтобы убедить американцев в своей надежности. Сначала отношение было очень холодным, поскольку деятельность шведов в годы войны вызывала у США подозрения», — рассказывает Нильссон.

Страна тайно присоединилась к Координационному комитету по экспортному контролю (CoCom), который препятствовал поступлению прогрессивных технологий в руки стран социалистического лагеря.

В конце 1940-х годов это вызвало проблемы. Швеция очень нуждалась в получении каменного угля из Польши, а в качестве бартера поляки хотели получить подшипники шведской машиностроительной компании SKF. После долгих переговоров американцы сошлись со шведами на том, что полякам можно будет передать «второсортные» подшипники.

«Когда эти подшипники обнаружили в советских танках, использовавшихся в Корейской войне, американцы устроили настоящий скандал».

600 погибших пилотов

Но постепенно Швеция получила право на приобретение американских военных технологий. Начиная с 1959 года Швеция начала размещать на своих истребителях американские реактивные снаряды.

Официально нейтральная Швеция вряд ли смогла бы сохранить нейтралитет в случае войны. Если бы однажды американские самолеты были сбиты купленными у самих же США снарядами, они вряд ли бы продолжили их продавать.

Было ли решение Швеции разработать и построить свои собственные истребители разумным?

«Идея для бизнеса точно неудачная. У американцев было право вето на экспорт техники, что не препятствовало заключению важных сделок. Например, идея продать Индии истребители Saab 37 Viggen не была реализована именно поэтому».

Кроме этого, за собственные разработки Швеция заплатила очень дорогую цену.

«С 1945 по 2000 годы в авиакатастрофах погибло более 600 шведских летчиков. В Швеции крушений произошло значительно больше, чем, к примеру, в США. Самолеты особенно часто падали в 1950-е годы. Парадоксально, но на несчастные случаи начали обращать больше внимания, когда стоимость истребителей возросла. Задумались о порче дорогой техники», — рассуждает Нильссон.

Для Saab ja Volvo государственные заказы были очень выгодны. Они гарантированно получали от военных заказов 10% прибыли. Volvo смог использовать разработанные технологии в производстве гражданской техники, Saab укрепил свой имидж.

Для «управления системой кондиционирования»

Финляндия и Эстония вполне законно сотрудничали в вопросах информационных технологий — по крайней мере, в годы холодной войны.

«Это сотрудничество основывалось на личных контактах исследователей и специалистов. С финской стороны важную роль играли Ханс Андерсин (Hans Andersin) и Юсси Туори (Jussi Tuori). Самым известным среди советских контактов был Анатолий Дородицын. Впоследствии правительства стран одобрили неофициальные договоренности исследователей», — рассказывает Сампса Каатая (Sampsa Kaataja), исследователь истории науки и технологий из Университета Тампере.

В 1970-е годы обойти ограничения Координационного комитета по экспортному контролю было еще довольно легко. Например, Австралия активно продавала информационные технологии странам восточного блока.

В начале 1980-х центр кибернетики в Таллине приобрел компьютеры Apple Lisa для «управления системой кондиционирования». Едва ли техника использовалась именно для этих целей.

По оценкам Каатая, финско-эстонская сеть контактов начала действительно активно работать только после того, как Эстония обрела независимость в 1990-е годы.

«В годы холодной войны мотивом советской стороны было получение информации, в то время как у финнов было искреннее желание помочь братскому народу. Также было любопытно наблюдать за развитием науки в советской системе».

Финны действительно хотели сотрудничать и заключать сделки с СССР в вопросах информационных технологий, но негибкая и подозрительная советская система стала препятствием. Ведущим экспертам не разрешалось свободно общаться с западными специалистами. Приезжавшим в Москву финским экспертам порой приходилось общаться совсем не с теми людьми, на встречу с которыми они приехали".

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.