Когда в 1967 году «Роллинг Стоунз» появились на шоу Эда Салливана (Ed Sullivan), солист Мик Джаггер (Mick Jagger) изменил слова их хита «Давай проведем ночь вместе» (‘Let's Spend The Night Together') на «Давай вместе проведем время» (‘Let's Spend Some Time Together').

Это произошло потому, что оригинальный текст с намеком на секс сочли слишком оскорбительным для ультраконсервативных американских телезрителей, которые с ним не смирились бы.

Сообщалось даже, что ведущий-пуританец Салливан сказал исполнителям: «Либо отменяем песню, либо вы уходите», после чего они согласились изменить строку в тексте.

В конце концов, цензором стал сам Джаггер — во время шоу Салливана было продано больше записей, чем в то время на телевидении подавалось что-то еще, — но когда он пел песню с измененной фразой, он закатывал глаза, всем своим видом показывая свое недовольство.

Сейчас все это кажется невероятным, ведь так?

В эпоху, когда тексты рэп-композиций наполнены не только жестким сексуальным содержанием, но и отвратительным женоненавистничеством, сексизмом, гомофобией, воображаемым изнасилованием и насилием, включая заклинания убивать полицейских, такая озабоченность по поводу чего-то такого относительно банального и неопасного кажется нелепой и смешной.

А теперь выяснилось, что «Роллинг стоунз» перестали исполнять один из своих самых знаменитых хитов «Коричневый сахар» (Brown Sugar) из-за недовольства по поводу того, что он тоже недопустимо оскорбителен.

И это не пустяк.

Эта песня, написанная в 1969 году, была неотъемлемой частью репертуара во время их выступлений по всему миру и звучала, по меньшей мере, 1136 раз.

Более того, это вторая по популярности песня во всем каталоге «Роллинг стоунз» после композиции «Попрыгунчик Джек-Молния» (Jumpin' Jack Flash).

А теперь уже нет.

На этой неделе на вопрос журналиста «Лос-Анджелес Таймс» (Los Angeles Times), почему они не исполняют эту песню во время своего нового тура, Джаггер с совершенно невинным видом ответил: «Мы исполняли „Коричневый сахар" каждый вечер с 1970 года, поэтому иногда думаешь, что мы сейчас уберем эту песню и посмотрим, как пойдет. Возможно, мы вернем ее в репертуар».

Но из ответа коллеги Джаггера по группе Кита Ричардса (Keith Richards), соавтора композиции «Коричневый сахар», было ясно, что это не было случайным решением. И что на самом деле оно было принято после жалоб на то, что текст песни является оскорбительным, поскольку в нем есть отсылки к теме рабства и, следовательно, он является расистским.

Ричардс был озадачен такой реакцией.

«Мы с ребятами пытаемся понять, в чем именно проблема — сказал 77-летний легендарный гитарист. — Неужели они не поняли, что это песня об ужасах рабства? Но они пытаются поставить не ней крест».
Затем он произнес слова, свидетельствующие о капитуляции, от которых у меня мурашки побежали по коже, когда я услышал это от человека, который никогда никому ни в чем не подчинялся: «В данный момент я не хочу ввязываться в конфликты со всей этой фигней. Но я надеюсь, что мы сможем воскресить малышку во всей ее красе где-нибудь по ходу дела».

Да неужели, Кит?

У тебя больше не хватает духу постоять за себя и бороться за то, что правильно?

Господи прости, а ведь ты был тем парнем, который был соавтором еще и «Уличного бойца» (Street Fighting Man)!

До чего же грустно.
Учитывая эту трусливую и унизительную уступку, я хотел бы сам привести убедительные доводы в защиту песни от имени «Роллинг стоунз»: в песне «Коричневый сахар» нет ничего расистского.

Это песня, как говорит Ричардс, которая подчеркивает ужасающую историческую реальность рабства, а не прославляет его.

В ней говорится рабынях юге Америки, которых продают, бьют плетьми и насилуют.

Большинство людей знают и понимают это, и не в последнюю очередь — те два человека, которые вообще-то написали ее и которые, как известно, защищали чернокожих музыкальных исполнителей больше, чем любая группа в истории.

Более того, по словам Билла Уаймана (Bill Wyman), источником вдохновения при написании этой песни была чернокожая бэк-вокалистка по имени Клаудия Леннир (Claudia Linnear), которая была девушкой Джаггера в то время, когда он написал песню, и которая сделала фотосессию в 1974 году для журнала «Плейбой» под названием «Коричневый сахар».

Хотя еще одна из Бывших подруг Джаггера, чернокожая женщина по имени Марта Хант (Martha Hunt), позже утверждала, что песня посвящена ей.

Как бы ты там ни было на самом деле, «Коричневый сахар» — это явно песня, направленная на защиту и поддержку чернокожих женщин, а не на то, чтобы унизить их или преуменьшить значение проблемы рабства.
Но теперь риторика, разжигаемая ярыми борцами за социальное равенство и против расизма из числа представителей движения «пробудившихся», будет заключаться в том, что песня расистская, поэтому группа «Роллинг стоунз», следовательно, расистская, и ее участники отказались от ее исполнения, потому что они согласны с этими утверждениями.

Полнейший бред.

Предполагаю, что, как и в случае со многими другими подобными кампаниями, это приведет к многочисленным негативным последствиям.
Большинство разумных людей не разделяют этого постоянного истерического желания отменить все и вся, что даже в общих чертах вызывает споры или «проблематично».

Когда несколько лет назад на волне движения #MeToo была снята с эфира песня «Детка, на улице холодно» (‘Baby It's Cold Outside') якобы за пропаганду сексуального насилия (что не соответствует действительности) и «Сент» Джон Ледженд (‘Saint' John Legend) трогательно переписал текст в угоду вызывающим такое же раздражение лицемерам, на словах отстаивающим добродетели, публика отреагировала так, как я и думал — подняла песню на верхние строчки музыкальных чартов.

Точно так же, как когда компания «Джилетт» (Gillette) отказалась от своего «мужского» бренда, чтобы внезапно заставить всех мужчин стыдиться того, что они мужчины, их продажи рухнули.

В результате я теперь с уверенностью предсказываю, что из-за этого дикого «запрета» композицию «Коричневый сахар» будут покупать в больших количествах, и группа «Роллинг стоунз» скоро снова начнет ее исполнять использовать из-за огромного спроса публики.

Но здесь есть более широкая картина, и она касается нелепых двойных стандартов в отношении того, что приемлемо в текстах музыкальных произведений.

Никто не осмеливается преследовать рэперов, опасаясь, что их сочтут «расистами».

Однако по иронии судьбы многие тексты рэп-композиций сами по себе являются ужасающе расистскими.

После гибели подростка от рук сотрудника корейского магазина в 1991 году рэпер Айс Кьюб (Ice Cube) записал композицию под названием «Черная Корея» (Black Korea), в которой были такие слова: «Так что не ходи за мной по своему рынку/Иначе твоя забегаловка станет мишенью/общенационального бойкота/Сок с людьми — вот что получил этот мальчишка/Так что уважай Черный кулак/Иначе мы сожжем твой магазин до хрустящей корочки/И тогда мы увидимся/Потому что ты не можешь превратить гетто в Черную Корею».

Текст этой песни песен пока не запрещен цензурой и не отредактирован.

А еще рэперы «извергают» невероятно оскорбительные тексты о женщинах.

Снуп Догг (Snoop Dogg) пел: «С.. и — это не дерьмо, а шалавы и шлюхи, лижут эти я… и сосут».

Канье Уэст (Kanye West) исполнял композицию с таким текстом: «Я знаю, что ей нравятся шоколадные мужчины, у нее было больше ниггеров, чем у Кокрейна».

А вот, что пел Эминем (Eminem): «Шлюха, ты думаешь, я не буду душить шалаву, пока голосовые связки в ее горле не перестанут работать».

А что касается сотрудничества Фаррелла Уильямса (Pharrell Williams) с Робином Тиком (Robin Thicke) в песне «Размытые линии» (Blurred Lines), то с тех пор он признал, что текст песни, в том числе слова «Я ненавижу эти размытые линии, я знаю, что ты этого хочешь», были о «насилии».

Где кампании, проводимые против этих парней активистами движения «пробудившихся»?

Очень обидно видеть, как Мик Джаггер, единственный из всех людей, вот так идет на поводу у толпы.

Он не скрывал своей насмешки еще в 1967 году, когда Эд Салливан приказал ему подвергнуть цензуре текст песни «Давай проведем ночь вместе».
Но теперь он капитулирует гораздо худшим образом.

Весь смысл творчества «Роллинг стоунз» заключался в том, что они демонстративно раздвигали границы и бросали вызов общепринятому мышлению, а не вели себя как испуганные жалкие трусы каждый раз, когда кто-то начинал нать: «У-у-у, меняя так оскорбили».

Будь мужиком, Мик (не собираюсь извиняться ся ни перед кем из этих «пробудившихся», оскорбленных этой фразой), не прогибайся перед этими «пробудившимися» воителями, и на остальных своих концертах пой свой «Коричневый сахар» — во весь голос и с гордостью.

Или «Дайте мне убежище» (Gimme Shelter), спрячьте от удовлетворения, которое ты доставил бригаде «пробудившихся», которые сегодня поют о тебе «У меня под каблуком» (‘Under My Thumb').
Может, это и новый рок-н-ролл, но мне он не нравится.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.