11 августа в Сочи состоялась встреча президентов России и Украины. Не будет преувеличением сказать, что для Виктора Януковича общение с российским коллегой имело куда более важное значение, чем для Дмитрия Медведева.

Из Сочи с пустыми руками


И речь не только о том, что украинское руководство стоит перед необходимостью срочного решения острых экономических проблем, многие из которых зависят от позиции России (цены на газ, доступ украинских товаров на российский рынок). Не менее значимой была и политическая составляющая. Ибо состояние украинско-российских отношений (а персональные контакты высшего руководства обоих государств традиционно выступают в качестве индикатора) неизменно является фактором, влияющим на внутреннюю политику Украины.

Способность выстраивать дружеские, партнерские отношения с северным соседом — важная имиджевая составляющая власть предержащих в Киеве (в глазах как элит, так и электората). А уж для президента, чьей электоральной базой являются пророссийски настроенные жители востока и юга Украины, поддержание украинско-российских отношений на должном уровне — задача первостепенная.

Тревожный звонок прозвучал для Виктора Януковича в конце июля, когда Дмитрий Медведев отменил свой визит в Севастополь по случаю Дня Военно-морского флота России, что одновременно означало отказ от ранее анонсированной встречи. Это дало основания для негативных комментариев на тему состояния украинско-российских связей. Кроме того, за полтора года президентства Януковича это был первый случай, когда его российский коллега отказывался от личной встречи, тем более что о ней предварительно объявили публично. В подобные ситуации «игнора» со стороны руководства Кремля прежде попадал только Ющенко.

11 августа Москва продемонстрировала, что еще открыта к контактам с Киевом на высшем уровне. Однако эти контакты, увы, все менее и менее продуктивные.

Вряд ли кто-то ожидал, что по итогам переговоров в Сочи будут приняты судьбоносные решения. Но можно было рассчитывать, что лидерами России и Украины будут поданы те или иные обнадеживающие сигналы, намечены пути выхода из очевидного в последнее время застоя (выскажемся мягко) в украинско-российских отношениях. В конце концов украинский лидер ведь отправлялся в Сочи не просто на Медведева посмотреть. И в Киеве должны были бы проанализировать причины отмены визита российского президента в Севастополь десятью днями ранее (а трактовать отмену иначе, как отсутствие конкретных тем для разговора на высшем уровне, было невозможно). Соответственно элементарный здравый смысл говорил в пользу того, что Виктор Федорович привезет в Сочи некие интересные для Москвы предложения.

Но о последних мы так и не услышали. То ли их не было вообще, то ли украинские идеи не заинтересовали россиян. То ли в Москве взяли время на размышление — насколько украинские предложения (если, конечно, они были) интересны.

По итогам встречи не было ни совместного выхода лидеров к прессе, ни какой-либо информации о том, что обсуждали и о чем договорились президенты в ходе 4-часового общения. Как говорят в таких случаях — красноречивое молчание. Позиции сторон, таким образом, не сблизились, результатов (положительных, которые бы можно было вынести на публику) переговоры не дали.

Судя по всему, ничего нового, кроме маловразумительной «формулы 3+1», украинская сторона предложить не смогла.

Так, непосредственно в день переговоров в Сочи, 11 августа, немецкая Handelsblatt опубликовала интервью вице-премьера Тигипко, обсуждавшего в Берлине вопросы, связанные с подписанием соглашения о зоне свободной торговли с ЕС. Тигипко заверил, что Украина Таможенному союзу с Россией, Казахстаном и Беларусью предпочитает сближение с ЕС. «Мы делаем выбор в пользу Европы из-за ее лучших экономических и демократических стандартов», — указал украинский вице-премьер. Тигипко призвал «Европу понять, что правительство Украины очень серьезно стремится к сближению с ЕС». И накануне встречи президентов премьер Азаров в ходе «круглого стола» в Киеве 10 августа подтвердил неизменность украинского подхода к сотрудничеству с ТС: «Наполнять формулу, которую выдвинул наш президент, — «3+1» конкретным содержанием. Это смысл нашей позиции».

Полагаю, нет нужды повторяться на предмет бессмысленности «формулы 3+1» (об этом мы писали в ряде последних материалов), на основе которой в принципе невозможно выстроить полноценное и эффективное сотрудничество между Россией и Украиной, в частности, решить актуальные для последней проблемы с ценой на российский газ и доступом украинских товаров на российский рынок (т. е. избежать введения защитных мер со стороны ТС).

Судя по всему, Медведев в очередной раз объяснил эту простую истину Януковичу в Сочи. Как передавал 12 августа «Интерфакс-Украина» со ссылкой на источник в Кремле, в ходе переговоров «с российской стороны была подчеркнута необходимость соблюдения действующих в настоящий момент соглашений в сфере газового сотрудничества и недопустимость политизации этого вопроса».

Кроме того, с российской стороны «были даны пояснения, касающиеся возможных параметров сотрудничества между Украиной и Таможенным союзом». «Такое сотрудничество может осуществляться на принципах полноценного вступления Украины в ТС. Формула три плюс один для этих целей неприемлема», — заявили в Кремле. Что и требовалось доказать.

Или не требовалось. Ибо бесперспективность «формулы 3+1» была очевидной с самого начала.

Регулярно поступавшие сигналы из Москвы недвусмысленно свидетельствовали о том, что, по мнению Кремля, по «формуле 3+1» не то что выстраивать сотрудничество, но даже обсуждать нечего.

Ранее мы писали, что 8 июля Украина передала России предложения по сотрудничеству Украины и ТС в формате «3+1». Киев ожидал, что они будут рассмотрены на заседании Комиссии ТС 15 июля. Это не произошло.

2 августа стало известно, что и на 30-м заседании Комиссии Таможенного союза (КМС) — 16 августа — украинские «наработки» по «формуле 3+1» также рассматриваться не будут. «Мы бы очень хотели, чтобы вопрос был рассмотрен, но этого не произойдет на следующем заседании комиссии Таможенного союза», — сказал в комментарии УНИАН источник в украинском правительстве. Данный вопрос даже не вносился в проект повестки дня заседания КМС 16 августа.

По неофициальной информации, предложения Украины, после рассмотрения экспертами правительства РФ, были признаны неприемлемыми для реализации и не были переданы для дальнейшего рассмотрения в КТС. И украинские власти наверняка об этом осведомлены.

Добавим, что почти год не проводилось заседание украинско-российской межгосударственной комиссии. Последний раз данное мероприятие состоялось 26 ноября 2010-го в Москве. Проведение 5-го заседания сначала планировалось на апрель, затем на июнь с. г. В Сочи Янукович выразил надежду, что оно состоится «в ближайшее время» — «в сентябре, возможно, в октябре месяце». Судя по такой «точности» — вопрос относительно 5-го заседания по-прежнему открыт.

Итак, из Сочи украинский президент приехал с пустыми руками, в частности, ему не удалось решить главную на сегодняшний день проблему — газовую. Надежды «найти решение компромиссное» (о чем он заявлял журналистам перед переговорами) не оправдались.

«Формула 3+1» для этого непригодна. От объединения «Нафтогаза» с «Газпромом» украинская сторона отказывается.

Возможно, компромиссный вариант следует искать в соглашениях, аналогичных Харьковским? В частности, мое внимание привлекли слова Д. Медведева, сказанные в начале сочинской встречи, а именно: «Нам нужно думать и об окончательном разрешении вопроса по государственной границе. У нас много тем для разговора. Поэтому я считаю, что разговор должен быть откровенный, прямой, дружеский, как он у нас всегда и получался».

Вообще-то Москва никогда не педалировала вопросы украинско-российской границы. Обычно происходит наоборот — представители Киева поднимают указанную тему. Другое дело, если Дмитрий Анатольевич, говоря «об окончательном разрешении вопроса по государственной границе», имел в виду Азово-Керченскую акваторию.

Позиция Москвы на сей счет известна: считать Азовское море и Керченский пролив внутренними водами России и Украины (тогда отпала бы необходимость проводить границу по поверхности моря) и сообща их использовать. Не исключено, что урегулирование данной проблемы по вышеописанному сценарию было предложено Медведевым Януковичу в качестве варианта, позволяющего Украине получить очередные ценовые скидки на газ.

Письмо не по адресу...


У украинских три-плюс-один-формульщиков появились лоббисты в Москве. 4 августа группа российских экономистов и академиков опубликовала обращение к премьер-министру Путину, в котором призвала не доводить дело до торгово-экономической войны с Украиной.

Обращение подписали Олег Богомолов, почетный директор Института международных экономических и политических исследований РАН; Виктор Геращенко, председатель Центрального банка РФ (1992—1994, 1998—2002 гг.); Михаил Делягин, директор Института проблем глобализации; Николай Петраков, директор Института проблем рынка РАН; Василий Симчера, директор НИИ статистики Федеральной службы государственной статистики (2000—2010 гг.); Михаил Хазин, руководитель компании экспертного консультирования «Неокон».

«Несмотря на впечатляющий рост торгового оборота между двумя странами, все чаще в средствах массовой информации появляются сообщения о намерениях России ввести те или иные ограничения на поставки украинской продукции на территорию Таможенного союза. На Украине все эти сообщения воспринимаются весьма болезненно. Представители деловых кругов, экспертное сообщество выражают тревогу в связи с возможным ухудшением торгово-экономических отношений между двумя странами... ухудшение наших отношений не идет на пользу ни одной из сторон», — говорится в указанном обращении к Путину.

Как отмечают авторы документа, в первую очередь возможная торгово-экономическая война ударит по Украине: «Там высокие цены на углеводороды вместе с ограничением экспорта мясомолочной промышленности, продукции машиностроения и традиционного приграничного экспорта могут привести к коллапсу украинской экономики».

Однако, полагают инициаторы обращения, Россию от подобных сценариев тоже не ждет ничего хорошего. Ибо, по их мнению, экономический конфликт пойдет на пользу правонационалистическим силам на Украине. Соответственно Россия может своими руками содействовать реваншу «оранжевых». Кроме того, торгово-экономический конфликт может быть использован и антироссийскими силами евробюрократии, которая спит и видит, чтоб руками Москвы свалить режим Януковича.

Авторы письма обращают внимание на то, что ссоре между Россией и Украиной будет аплодировать российская оппозиция, которая получит основания обвинить Владимира Путина в ошибочности внешней политики в отношении Украины.

В заключение эксперты призвали российские власти не допустить конфликта, а позволить авторитетным представителям деловых кругов, науки, производства создать совместную группу, которая бы разработала модель экономической интеграции Украины на основе Таможенного союза, «но с существенным лагом во времени, позволяющим украинской власти заручиться поддержкой наиболее активных слоев населения в изменении вектора развития Украины».

Цитированное обращение российских экспертов тут же было подхвачено власть предержащими на Украине. К примеру, 10 августа ссылался на него премьер Азаров: «Недавно группа ведущих российских ученых обратилась к руководству Российской Федерации с открытым письмом, в котором высказывает глубокую обеспокоенность проблемами, которые возникли в российско-украинских торговых отношениях в связи с созданием Таможенного союза. Ученые предупреждают...». И т. д. и т. п.

Безусловно, можно разделить тревогу российских ученых и экспертов относительно похолодания в украинско-российских отношениях. Нельзя не согласиться с их тезисом, что от ухудшения торгово-экономических связей в конечном итоге пострадают и Украина, и Россия. Вне сомнения, такому развитию ситуации будут радоваться на Западе и аплодировать русофобы всех мастей на Украине. Но Путин ли тому виной?

Вообще непонятна постановка вопроса о «намерениях России ввести те или иные ограничения на поставки украинской продукции на территорию Таможенного союза». Так Россия вводит ограничения или Таможенный союз (где Россия один из участников наряду с Белоруссией и Казахстаном)?

Защитные меры вводит ТС, а не Россия. И не только против продукции из Украины. Эти меры ТС (что должно быть известно подписантам обращения) касаются товаров из Китая, Бразилии, ЮАР и др. Иное дело, что масштаб торгово-экономических связей Украины со странами ТС, удельный вес России, Белоруссии и Казахстана в украинской внешней торговле настолько высок, что вводимые ТС защитные меры особо болезненны именно для Украины.

Но если ТС не будет защищать свою таможенную территорию — то в чем тогда смысл его формирования?

Вспомним заявление Путина от 16 марта с. г. на пресс-конференции по итогам заседания межгосударственного совета ЕврАзЭС: «Мы знаем, что Украина ведет переговоры по созданию с Евросоюзом зоны свободной торговли. Уровень таможенной защиты, который Украина оговорила себе при вступлении в ВТО, более чем в два раза ниже, чем наш единый таможенный тариф... Это означает, что если Украина создаст зону свободной торговли с Евросоюзом и вынуждена будет уступить по многим позициям, чувствительным для украинской экономики, то она, разумеется, будет рассчитывать на то, что эти товары пойдут на российский рынок. А мы не сможем этого позволить себе сделать». В чем не прав Путин? По-моему, абсолютно понятная и логичная позиция.

В чем смысл предоставления особых условий торговли на пространстве ТС для Украины? Зачем тогда Белоруссии с Казахстаном участвовать в ТС, беря на себя определенные обязательства, не всегда простые для Минска и Астаны?
Подписанты предупреждают об угрозе «оранжевого реванша». Но суть ведь не в цвете политического флага, а в реально проводимой украинскими властями политике. В этом плане за «оранжевый реванш» можно не беспокоиться: при нынешнем руководстве Киев продолжает вполне «оранжевую» политику, в т. ч. выражающуюся в отказе от интеграции с Россией, Белоруссией и Казахстаном в пользу создания ЗСТ с Европой.

И уж абсолютно наивным выглядит прожект авторов письма относительно интеграции Украины в ТС «с существенным лагом во времени», после того, как удастся «заручиться поддержкой наиболее активных слоев населения в изменении вектора развития Украины».

Разве сейчас нет такой поддержки? Разве соцопросы не свидетельствуют о том, что большинство украинского населения выступает за интеграцию именно на постсоветском пространстве? Разве не благодаря преобладанию таких общественных настроений (подкрепленных обещаниями интеграции Украины в ЕЭП и ТС) Виктор Янукович стал президентом?

О каком «существенном лаге во времени» для подготовки к вступлению в ТС может идти речь, если уже в декабре текущего года Украина планирует подписать соглашение о создании ЗСТ с Евросоюзом — т. е. институционально перекрыть себе все пути для интеграции в Таможенный союз с Россией, Белоруссией и Казахстаном?

Наверняка авторам письма известны и расчеты, свидетельствующие о положительном эффекте от вступления Украины в ТС (неоднократно звучали на страницах «2000», не будем повторяться). Но если экономические доводы для украинской власти не аргумент, то неужели не ясно, что подходы к интеграции (в т. ч. в выборе европейского, прозападного вектора), мотивы официального Киева — сугубо политические. А если так, то какие совместные группы ни создавай — из ученых ли, деловых кругов и т. д. — сути дела это не изменит.

Показательно, что некоторые авторы обращения к Путину довольно критически высказались относительно евроинтеграционного курса нынешних украинских властей. Так, 4 августа Михаил Хазин назвал недальновидной политику на интеграцию ЕС: «В Евросоюзе никто не ждет Украину».

А 10 августа другой подписант, Михаил Делягин, на «круглом столе» в Киеве выразил сомнение в целесообразности курса на интеграцию Украины в Евросоюз. «Плюс для элиты, но их народ входит как обслуживающий персонал»,— сказал он, — «Рынок России — это законный и естественный рынок Украины... Россия импортирует половину продовольствия, но ничтожную часть из Украины».

Более того, далее г-н Делягин опроверг самого себя (те мысли, которые были изложены в обращении к Путину), заметив... что введение ограничительных мер внутри ТС вполне объяснимо. «Казахстану и Белоруссии не нужны украинские конкуренты за российский рынок», — пояснил Делягин («Новый Регион»). Логично.

К слову, и в Киеве размышляют в том же ключе. Премьер Азаров, например, 10 августа на заседании правительства заявил о планах по импортозамещению. «Главное — всячески стимулировать внутреннее производство и внутреннее потребление. Каждую строку расходов нужно досконально проанализировать: как это увеличит производство в Украине? Как это увеличит потребление украинских товаров и услуг? Как обеспечить достойную замену импортных товаров товарами, произведенными на Украине?», — сказал он, добавив, что с 2012 г. начнется реализация программы замещения импорта.

Все верно: «Главное — всячески стимулировать внутреннее производство». Почему же страны ТС не должны стимулировать свое внутреннее производство в угоду украинскому импорту?

Авторам письма от 4 августа следовало бы не перекладывать с больной головы на здоровую, а обращаться к руководству Украины — Виктору Януковичу, Николаю Азарову и далее по списку. Именно представителей официального Киева следует увещевать насчет того негатива, который влечет за собой отказ от участия Украины в ТС и создание ЗСТ с ЕС (защитные меры ТС есть всего лишь следствие решений, принятых в Киеве относительно украинского интеграционного вектора).

В целом же рекомендации, изложенные в письме российских ученых и экономистов Путину, представляют собой не что иное, как «заманчивое» предложение российским властям оплатить украинский курс «геть від Москви!», переложить на плечи России бремя украинских проблем, которые возникли (либо возникнут в скором времени) вследствие создания ЗСТ с Евросоюзом.

Ужи и ежи Азарова

Хотя на Украине, конечно, были бы не против, чтобы Москва выступила спонсором украинской евроинтеграции.

На 9-м заседании украинско-российского форума «Вторая волна мирового кризиса и перспективы украинско-российских экономических отношений» 10 августа Азаров посетовал на слишком дорогой российский газ. Пожаловался, что «российская сторона прибегает к ограничению поставок на территорию Таможенного союза таких чувствительных для Украины товаров, как продукция металлургии, трубы, мясо, молоко, сахар» (почему «российская сторона», когда защитные меры вводит ТС? — прим. автора).

Посокрушался, что «задекларированные масштабные проекты кооперации и интеграции в авиастроении, машиностроении, транспортной инфраструктуре, высоких технологиях до сих пор не вышли из стадии обсуждения». Не объяснил, правда, почему так происходит — во что упираются задекларированные масштабные проекты в указанных областях. Не в украинскую ли позицию, когда-то сформулированную Президентом Украины: «Есть такая угроза, допустим, поглощения экономики Украины Россией... Но мы следим. И Россия это понимает»? Расшифровывая слова Януковича: украинские олигархи видят угрозу «поглощения экономики Украины Россией». Приход российских инвесторов выгоден украинской экономике, т.к. это крупные капиталы, дешевое сырье (включая природный газ), рынок сбыта (российский) — но невыгоден отдельным лицам из числа т.н. «эффективных собственников», которым пришлось бы, что называется, подвинуться.

Николай Янович даже пофилософствовал: «Хочу заявить, что экономические отношения между Украиной и Россией — это фактор намного больший и глубокий, нежели экономическая конъюнктура. Наше взаимосвязанное экономическое развитие — ценность высшая, нежели политическая и торговая конъюнктура». Видимо, имелось в виду, что Россия должна поступиться и невзирать на торговую конъюнктуру (например, что касается текущих мировых цен на энергоносители) во имя высших ценностей.

Наконец, сказал украинский премьер и о возможной второй волне мирового финансового кризиса. По его мнению, «в этой ситуации взаимоподдержка и взаимопомощь наших двух серьезных экономик была бы чрезвычайно важной». Однако не приходилось встречать заявлений высокопоставленных украинских чиновников с призывами к Евросоюзу о взаимоподдержке и взаимопомощи в условиях мирового кризиса — что было бы куда более логично, чем подобные воззвания к России в свете непоколебимой позиции Украины по созданию ЗСТ с ЕС.

По мнению Николая Яновича, Украина могла бы более тесно сотрудничать с Россией и другими странами ТС в рамках ЕЭП в отдельных отраслях экономики, в частности в агропромышленном комплексе. «Наш экспортный потенциал приблизительно 24 млн. тонн зерна. В России, насколько мне известно, порядка 35 млн. тонн. Казахстан имеет экспортные возможности 15 млн. тонн. Сложим — и получим очень серьезную долю мирового рынка. Так возникает вопрос: как легче выходить на этот рынок — вместе или по отдельности?» — задался вопросом Азаров.

Ответ как бы очевиден: конечно же, вместе! И почему только «на этот рынок» (зерновой)? Почему не поставить вопрос шире — о совместном выходе на мировой рынок российской, украинской, белорусской, казахской экономик: «Так возникает вопрос: как легче выходить на мировой рынок — вместе или по отдельности?». Это т.с. мой вопрос на засыпку г-ну Азарову.

Однако это все риторика, ибо чтобы вместе (Украине, России, остальным странам ТС) выходить хоть на мировой, хоть на зерновой рынок — официальному Киеву сначала необходимо откорректировать свои интеграционные приоритеты.

Озвученная Азаровым идея «зерновой ОПЕК» с участием России, Украины и Казахстана не нова. Ей как минимум лет пять. Но дальше разговоров на эту тему дело не шло. Почему? Потому что Европа — в случае участия Украины в переговорах на эту тему — неизменно грозила заморозить процесс создания.

Можно вспомнить, как 7 июня 2009 г. на Всемирном зерновом форуме в Санкт-Петербурге тогдашний министр аграрной политики Украины Юрий Мельник заявил, что Украина готова войти в зерновой пул вместе с РФ и Казахстаном для совместной работы на мировом рынке (т.е. в русле высказываний Азарова от 10 августа с.г.). Но уже 15 июня 2009-го комиссар Европейской комиссии по вопросам сельского хозяйства и развития сельской местности Марианн Фишер Боэль объяснила г-ну Мельнику, что Украине — если она желает иметь ЗСТ с ЕС — ни в каких «зерновых ОПЕК» с Россией и Казахстаном участвовать нельзя. Можно не сомневаться, что и сейчас — заяви Киев позицию Азарова в качестве официальной — из Брюсселя последует строгий окрик: «нельзя!» Как не вызывает сомнений и то, что официальный Киев (тот же Азаров) возьмет под козырек.

Так что объединение экспортных потенциалов Украины, России и Казахстана на мировом рынке зерна и создание ЗСТ Украины с ЕС — вещи несовместимые. Это как пытаться скрестить ужа и ежа. Иное дело, если бы Украина взяла курс на вступление в Таможенный союз. Тогда азаровский вопрос — «как легче выходить на этот рынок — вместе или по отдельности?» — автоматически перешел бы из риторической плоскости в практическую.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.