Новые усилия администрации США убедить Россию согласиться на отказ от Договора об ограничении систем противоракетной обороны от 1972 года встретили в Москве прохладный прием. Россия опасается, что когда-нибудь американский противоракетный щит станет достаточно эффективным, чтобы нейтрализовать ее возможности сдерживания путем устрашения потенциальных агрессоров.

Лондон, 29 мая 2001 года. Неудивительно, что новые усилия администрации Буша-младшего (George W. Bush), преследующие цель убедить Россию выбросить в мусорную корзину Договор об ограничении систем противоракетной обороны (Договор по ПРО) от 1972 года, встретили прохладный прием в Москве. Эти усилия не сумели устранить главную причину озабоченности России, которая хочет иметь гарантии точно установленных - или по меньшей мере четко сформулированных - ограничений на разработку и развертывание противоракетных систем. Только в этом случае Россия перестанет опасаться, что когда-нибудь американский противоракетный щит станет достаточно эффективным для того, чтобы нейтрализовать ее ядерные силы устрашения, и Москва получит гарантии, что будут существовать хоть какие-то ограничения на использование технических и экономических преимуществ Соединенных Штатов Америки.

Однако в последних по времени предложениях администрации Буша-младшего об этом ничего не говорится. Вместо новых ограничений на оборонительные системы России предлагаются менее важные приманки: совместные учения сил ПРО, закупки вооружений и фонды на восстановление российской системы раннего предупреждения о ракетно-ядерном нападении. Немногие из этих предложений можно считать новыми, а некоторые уже осуществляются.

Вышесказанное не означает, что с Москвой невозможно достичь взаимопонимания в вопросе ПРО или что предложения американской администрации не окажутся плодотворными. Но можно предположить, что предложения американской администрации в лучшем случае являются лишь частью решения для достижения компромисса, позволяющего Соединенным Штатам Америки развернуть ограниченную систему ПРО территории страны. "Самое важное для России - это чтобы противоракетная оборона обязательно была ограниченной, - замечает старший ассоциированный сотрудник Фонда Карнеги за международный мир Джозеф Циринционе (Joseph Cirincione). - Они не могут согласиться на ничем не ограничиваемую оборону, которая потенциально способна нейтрализовать их возможности устрашения".

Когда администрация Буша-младшего пришла к власти, казалось, что она не проявляет заинтересованности в ухаживании за Москвой. Высшие помощники президента США сигнализировали, что решение о строительстве национальной системы противоракетной обороны (НПРО) принято, давая понять, что Москве не удастся да и не следует пытаться что-то предпринять в этой связи. Вполне возможно, что администрация все еще действительно так думает. Но внутри- и внешнеполитическая обстановка диктует, чтобы Белый дом предпринял - или по крайней мере сделал вид, что предпринимает, - определенные дипломатические шаги.

Если Вашингтон не попытается договориться с Москвой, то, принимая во внимание, что сегодня в сенате США берут верх демократы, а во главе сенатских комиссий по иностранным делам и по делам вооруженных сил становятся люди, скептически относящиеся к планам администрации в области противоракетной обороны, мало кто поддержит выделение денег на НПРО.

Что касается союзников, то они, очевидно, готовы, хоть и с неохотой, согласиться на планы строительства НПРО США, но только в случае, если будут найдены пути поддержания рабочих отношений с Россией и сохранения хотя бы минимального контроля над вооружениями. На сегодняшней встрече министров иностранных дел стран НАТО в Будапеште со всей очевидностью была продемонстрирована озабоченность союзников в связи со все еще не ясными планами администрации Буша-младшего в области противоракетной обороны и по-прежнему не до конца проработанной стратегией контроля над вооружениями, которая призвана подкрепить эти планы. К разочарованию американской администрации, союзники отказались даже формально признать, что существует "общая угроза" ракетного нападения.

Один высокопоставленный чиновник Белого дома, кажется, согласился с новыми политическими реалиями, когда признал: "Если мы хотим чего-то достичь, необходимо добиться согласия России на наш план". Парадокс заключается в следующем: признавая, что сегодня становится все важнее заручиться поддержкой или по меньшей мере молчаливым согласием Москвы, американская администрация в своих предложениях не сделала достаточно большого шага к сближению позиций сторон".

Возьмем для примера предложение о проведении совместных учений сил тактической ПРО, которая решает задачи борьбы с баллистическими ракетами средней и малой дальности стрельбы. Эта идея ненова, а соответствующая программа уже осуществляется. Проведены две компьютерные игры, в Москве и в Колорадо-Спрингс соответственно, а в феврале с.г. в США приезжала группа русских офицеров с целью подготовки к проведению в следующем году в Форт-Блисс, штат Техас, совместного командно-штабного учения с ограниченным участием войск.

Другое предложение касается обмена данными, получаемыми от национальных систем раннего предупреждения о ракетно-ядерном нападении. Но вспомните, что в 1998 году администрация Клинтона (Clinton) и Кремль заключили именно такое соглашение, а в Москве должен быть создан соответствующий центр.

Администрация Буша-младшего готова также финансировать модернизацию российской системы раннего предупреждения о ракетно-ядерном нападении, но этого недостаточно, чтобы завоевать сердца и умы российских военных, о чем свидетельствует следующий пример. Администрация Клинтона в свое время предложила России помощь в деле строительства радиолокационной станции раннего предупреждения в Восточной Сибири. В обмен команда Клинтона надеялась получить право на строительство ограниченной системы ПРО. Москва это предложение отвергла. Сейчас команда Буша-младшего повторяет план Клинтона, но хочет получить право на строительство куда более масштабной системы НПРО, чем планировалось администрацией Клинтона.

Наконец администрация Буша-младшего предлагает купить русские зенитно-ракетные комплексы С-300, которые Россия предлагала установить в Европе. Эти комплексы могли бы обеспечить защиту от баллистических ракет средней и малой дальности стрельбы, не выходя за жесткие рамки ограничений Договора по ПРО. Поскольку продажа комплексов С-300 первоначально была предложена самой Россией, Москва едва ли станет возражать против этого. Но едва ли закупка этой системы оружия станет решающим фактором преодоления озабоченности России в связи с планируемой многоэшелонной системой НПРО США. Ключевые для россиян - равно как и для конгресса США, а также для американских союзников - проблемы сейчас очевидны. Какую именно систему противоракетной обороны собираются создавать Соединенные Штаты Америки? Будет ли это система сухопутного или морского базирования, или же некоторые ее элементы будут размещены в космическом пространстве (последнее обстоятельство очень сильно беспокоит Москву, которая опасается, что система НПРО с элементами космического базирования может быть в дальнейшем расширена до значительно больших масштабов)? И когда именно эта программа натолкнется на ограничения Договора по ПРО? И, если Договор по ПРО будет аннулирован, намерена ли администрация Буша-младшего договариваться о новых ограничениях в отношении систем противоракетной обороны и стратегических наступательных систем оружия? Короче, какова новая стратегическая основа, к которой призывает президент США Буш-младший (но которую он так и не захотел определить)?

До тех пор, пока администрация Буша-младшего не даст ответы на эти вопросы, будет очень трудно не только добиться согласия, но даже провести серьезные обсуждения по проблеме противоракетной обороны. "Для того чтобы провести переговоры, нужно иметь предмет переговоров, план и конкретное понимание того, чего хочет другая сторона, - заявил министр обороны России Сергей Иванов. - Пока таких планов нет".

Перевод: Виктор Федотов

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.