Маша Лимпан является редактором журнала "Pro et Contra", издаваемого Центром Карнеги в Москве

21 марта 2004 года. Переписывание истории являлось важной составляющей большевистского проекта перестройки мира. На протяжении многих десятилетий коммунистического правления СССР был страной с непредсказуемым прошлым: коммунистические идеологи непрерывно переписывали историю России и, если хотите, всего мира.

События давних и недавних времен постоянно интерпретировались заново, искажались или стирались так, чтобы лучше соответствовать марксистской теории и гарантировать политическое господство Коммунистической партии.

Перестройка эпохи Михаила Горбачева была в значительной степени связана с возвращением истории. Его политика гласности принесла с собой лавину открытий: тайных и ужасных историй из тоталитарного прошлого. И хотя эта политика была инициирована сверху, советские интеллектуалы отреагировали с энтузиазмом.

За выступлениями и газетными статьями, которые никто не подвергал цензуре, последовали архивные исследования, научные труды и учебники по истории. Чувство обретенной свободы было подлинным, и хотя декоммунизация так никогда и не была кодифицирована, в конце 1980-х годов казалось, что антикоммунистические настроения разделяет солидное большинство российской нации.

Но даже после того, как этот ранний энтузиазм поутих, после того, как суд над Коммунистической партией не дал никаких существенных результатов, а коммунистическая оппозиция процессу демократизации консолидировалась, личность президента Бориса Ельцина оставалась символом победы над советским прошлым.

Однако этот символизм не нравится Владимиру Путину. Он вернул стране старый советский государственный гимн, который был впервые введен Иосифом Сталиным, а также стиль и некоторые методы коммунистического правления. Было только вопросом времени, когда вновь появится нужда в переписывании истории.

Не так давно министерство образования обещало пересмотреть все 107 учебников по истории, которыми пользуются в российских средних школах, и сделать так, чтобы по всей стране выбор учителей был ограничен не более чем тремя учебниками для каждого класса.

Либеральные учители, издатели и историки открыто высказались против этого начинания, но к ним, по большей части, никто не собирается прислушиваться. В то время как они стремятся защитить интеллектуальную свободу, у министерства есть непобедимый аргумент: пересмотра учебников хочет президент.

В конце прошлого года внимание Путина было обращено на то обстоятельство, что в одном из российских учебников истории 20-го века высказывается критика действующего режима. Вскоре после этого Путин заявил, что в учебниках по истории должны излагаться факты, "способствующие воспитанию в учащихся гордости за свою историю и свою страну".

Министерство отреагировало тем, что избавилось от неподходящего учебника: его вычеркнули из списка рекомендованных для чтения в школе. Вдобавок министерство обещало "выработать общую концепцию, которая позволит объективно излагать критические периоды российской истории".

"Объективность" сегодня означает такое изложение, которое способно удовлетворить Путина и новый политический режим. Нет никакой возможности - да и желания тоже - воспроизвести старую советскую систему, строго соответствовавшую идеологии и имевшую десятки специалистов, чтобы формулировать мнения, которые потом распространялись в обществе для идеологической обработки населения. Не стремится российское правительство и к тому, чтобы курсы истории были полностью возвращены к своему советскому аналогу. Но бюрократическое государство с его иерархией и угодничеством снова возвращается к былым реакциям.

Общий смысл путинского послания очевиден. Это призыв к возврату к патерналистскому государству, в котором практически не будет политической конкуренции, а возможности для высказывания независимых мнений будут ограничены. Это послание хорошо усвоил министр образования, который обещал, что не оставит места "псевдолиберализму, направленному на искажение истории".

Министерство выбрало свой первый учебник по российской истории 20-го века.

В этом труде, которому, скорее всего, суждено стать первым и единственным учебником по данному предмету, рекомендованным школьным учителям, не упоминается о сталинских этнических депортациях (возможно, с тем, чтобы избежать "искажающей" связи с нынешней чеченской войной), период Красного террора в основном сводится к 1936-38 г.г., а годы правления Путина описываются в восхваляющих тонах. Если история и не была переписана более тщательно, то только потому, что на это не хватило времени: нужно было какое-то время, чтобы составить книгу, а за это время в России заметно усилились патерналистские и авторитарные тенденции. Нет никакого сомнения в том, что, если бы авторы писали свой труд сегодня, то уклон был бы еще более заметным.

Путинский режим вытащил на поверхность орды политических оппортунистов, старых и новых. Новые просто стремятся отыскать спрособ быть полезными для государства. Старые же хотят отомстить за время демократизации, которое сделало их отвергнутыми и оттесненными на обочину. В зависимости от своей прежней карьеры и занимаемого ныне положения, некоторые обрушиваются с нападками на "шпионов", в то время как другие переклассифицируют советские архивы и переписывают историю.

До недавних пор эта авторитарная тенденция больше всего сказывалась на политике. Ослабление демократических институтов, ограничения свободы прессы, уголовное преследование и притеснения политических противников, запугивание потенциальных соперников - все это в совокупности создавало удушающую политическую атмосферу, в которой оставалось лишь выбирать между лояльностью и угодливостью, с одной стороны, и между маргинальной деятельностью, которая связана с неясной опасностью, с другой. Но, если вы оставались вне политики и государственной службы, ваша свобода была более или менее неограниченной.

Путинский режим, ныне переписывающий историю и навязывающий единообразие мнений школам, учителям и ученикам, посягнул на личные свободы. Возвращение непредсказуемого прошлого является громадной преградой на пути модернизации России.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.