Нужно ли бояться Китая? В индустриально развитом мире растет страх перед растущей мощью этой страны. Все чаще о Китае говорят как о главной «мировой мастерской». Сегодня Китай экспортирует больше продукции, чем Франция. В 2001 году китайский экспорт составил 326 млрд. долларов, в то время как экспорт Франции не превышал 291 млрд. долларов. Экспорт Китая составляет 5 % от уровня мирового экспорта, что впрочем относительно немного, если учесть, что в этой стране проживает 21 % населения планеты. В 2002 году объем китайского экспорта увеличился на 15 %, в то время ВВП страны возрос лишь на 7 %. Впрочем, и объем ВВП за период с 1990 по 2000 гг. и, как ожидается, до 2020 года увеличится в четыре раза.

Кошмар, который преследует промышленно развитые страны, связан с опасением, что гиганты международной индустрии переместят производство своей продукции в Китай, где рабочая сила намного дешевле, чем в европейских странах. К примеру, французская компания Alcatel уже разместила в Китае свои научно-исследовательские лаборатории. Такое опасение индустриальных стран связано даже не столько с тем, что китайский рынок становится все более открытым. Главная проблема состоит в том, что правила "игры в глобализацию" имеют политическую подоплеку. Они неизбежно изменятся. Чтобы ответить на серьезный вызов, который бросает рост могущества Китая в 21 веке, нужно решить две проблемы.

Первая задача состоит в том, чтобы добиться утверждения более справедливых правил на мировом уровне, и этого можно добиться путем согласования политики двух стратегических партнеров - Китая и Европы. Решение второй задачи зависит только от европейцев. Китай выработал политический подход к глобализации. Мы в Европе также должны выработать стратегию, позволяющую извлечь выгоду от более тесного сотрудничества с Китаем. Усиление могущества Китая выгодно Франции и Европе в целом, так как сильный Китай необходим для равновесия мира. То есть нужно смотреть на Китай не с точки зрения Америки, а под углом зрения европейцев. Давайте преодолеем идеологические предрассудки, которые не позволяют оценить стремление китайского общества к стабильности и процветанию.

Относительный рост китайского национализма очевиден, но он больше связан с проблемой территориальной целостности Китая, чем с экспансионизмом, который исторически не присущ этой стране. Более того, нынешний Китай находится на стадии пересмотра своих ценностей, доставшихся в наследство от коммунистической идеологии времен культурной революции. Несомненно, правящая в стране Компартия пытается установить баланс в отношениях страны с Западом и со странами третьего мира. В Китае развиваются наука и технология, развивается система социального страхования.

При этом китайские власти знают, что они не смогут диктовать правила игры в «глобализацию». США при желании могут использовать широкий выбор средств воздействия на Китай, в частности, оказать давление в рамках ВТО, чтобы вынудить Пекин открыть свой рынок продовольственному импорту из Америки. США также могут заставить Китай пересмотреть курс юаня. Американцы также могут развязать против Китая пропагандистскую кампанию. К примеру, недавняя шумиха вокруг вспышки «атипичной пневмонии» нанесла китайской экономике огромный ущерб. Кроме того, в арсенале США - рычаги дипломатического и военного давления. Так, разработка в США системы «противоракетного щита» может вынудить Китай включиться в гонку вооружений, которая истощит экономику страны.

В то же время нельзя забывать, что положительное торговое сальдо Китая в торговле с США превысило в 2001 году 50 млрд. долларов. В 21 веке Китай собирается стать сверхдержавой, но эта страна уже находится под прицелом США, которые намерены добиться открытия огромного китайского рынка для американского экспорта. Вашингтон также стремится подорвать контроль Компартии Китая над всеми сферами жизни страны. В краткосрочной перспективе Китай и США могут иметь общие интересы: доля Китая в экономике США растет, а американцев привлекает дешевая рабочая сила Китая. Вашингтон также стремится добиться покрытия своего внешнеторгового дефицита счет расширения торговли с Китаем.

Но правительство Пекина постепенно приходит к пониманию того, что ему необходимы союзники в Европе. Совпадение интересов Европы и Китая состоит в том, чтобы добиться новых "правил игры" в глобализации, в противном случае мы будем свидетелями возвращения к политике протекционизма. Нужно пересмотреть правила финансирования мировой экономики. Всемирный банк должен заявить о приоритете финансирования первостепенных потребностей развивающихся стран в развитии сельского хозяйства, инфраструктуры, здравоохранения и жилищного строительства. Надо побудить Китай к развитию системы социального страхования и использованию собственных энергетических ресурсов.

Наконец вопрос о "правах человека". Я убежден, что Китай должен намного смелее идти по пути постепенного разделения функций партии и государства и сильной децентрализации страны. Французская республиканская модель показывает, что государство при желании может существовать в условиях децентрализации без ущерба для территориальной целостности. Республиканская модель - это наилучший путь демократизации Китая, так как она сохраняет ее фундаментальные интересы. Одно ясно: Франция и Европа при участии России должны разработать стратегию технологического и промышленного сотрудничества с Китаем, отвечающего интересам наших компаний.

Пришло время, чтобы Еврокомиссия уделила больше внимания макроэкономическим параметрам (процентная ставка, обменный валютный курс, ослабление правил, касающихся бюджетного дефицита), и прекратила пренебрегать промышленной политикой, стремящейся сохранить и развить европейские компании. Политика Европы в сфере экономики, валютной политики и промышленности должна быть основательно пересмотрена. Развивая технологические мощности в Европе, мы сможем добиться развития сотрудничества с Китаем.

Стратегическое партнерство между Европой и Китаем отвечает взаимным интересам с целью создания многополюсного мира. Китай играет очень важную роль в судьбе человечества. В январе 2004 года будет отмечаться 40-я годовщина признания Китая генералом де Голлем. И это хороший повод, чтобы подумать об установлении стратегического партнерства между Европой и Китаем.

* Жан-Пьер Шевенман - почетный председатель партии «Движение граждан Франции», бывший министр внутренних дел Франции.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.