Он вездесущ, как 'Биг-Мак'.

Европейские дела не трогают колченогого ковбоя, смотрящего вперед из-под слишком большой ковбойской шляпы, и стоящего согнув руки как бы готовясь проголосовать. Эта политическая карикатура все еще актуальна даже при том, что произошло значительное улучшение отношений между США и Старым светом, по сравнению с тем временем, когда год назад началась Иракская война. В то время злословия и насмешек было гораздо больше.

За год изменилось многое. Пока США занимались обеспечением безопасности в Ираке, Европа выбрала свой курс. Возможно даже лучше, чем сами США, европейцы осознают, что террористические акты 11 сентября изменили приоритеты Соединенных Штатов, и что старые друзья Вашингтона теперь часто отходят на второй план, заслоняемые новыми стратегическими партнерами.

Террористический акт в Мадриде, совершенный на прошлой неделе, и, возможно, организованный исламскими экстремистами для того, чтобы наказать Испанию за поддержку американцев во время войны в Ираке, вынуждает некоторые европейские страны пересмотреть свои партнерские отношения с США. Так, например, новый лидер Социалистической Рабочей партии Испании поклялся вывести 1300 военнослужащих Испании из Ирака, что подорвет усилия США по созданию в завоеванной стране многонациональной коалиции.

Призрак терроризма и различные подходы к пониманию мировой безопасности превращают друзей времен Холодной войны в чисто прагматичных партнеров. Старый свет испытывает двойственное чувство в отношении США. Хотя большинство населения Лондона, Парижа, Берлина и других столиц и чувствуют свою особую близость с простыми американцами, они никоим образом не распространяют свои чувства на Белый Дом, который они считают безрассудным и милитаристским в то время, как весь мир нуждается в терпении и дипломатии.

'Последние четыре года были сущим адом, - заявил Франсуа Хейсбург (Francois Heisbourg), эксперт по международной политике при Фонде стратегических исследований в Париже. - Позиция администрации Буша проста: 'Ты либо с нами, либо против нас'. И кажется, Буши ничего не забывают'.

Такие широко распространенные среди европейцев настроения смягчаются ностальгическими воспоминаниями о том, как войска США освободили их полвека назад от немецких захватчиков.

'Если пойти на американское кладбище в Кассино или около Анцио, - говорит 40-летний официант-итальянец Дарио Ди Тиелло при упоминании об участии его страны во Второй мировой войне, - можно увидеть, как много там похоронено американцев, которые пришли, чтобы спасти нас от ада. Мы всегда об этом забываем. Для меня американский народ всегда был великим народом, и я не изменил своего мнения сейчас'.

Поток обзывательств, которые использовали политики с той стороны Атлантики, - Евронюни и культурные бабы - иссяк. Однако европейцам напомнили, что они отличаются от американцев гораздо сильнее, чем они думали. Различия в отношении к свадьбам гомосексуалистов, смертной казни и другим социальным проблемам обозначают ту глубокую пропасть, которая простирается между либеральной Европой и консервативной Америкой.

А увязывание в один узел религии и политики, к которому прибегает администрация Буша - например, когда президент Буш призывал Бога, собираясь начать войну - очень ослабляет позиции европейских секуляристов.

'В жизни американцев очень силен фактор фундаментальности религии', - говорит Роджер Даклауд-Вильямс (Roger Duclaud-Williams), профессор кафедры политологии в Уорвикском университете Великобритании, и добавляет, что был поражен тем шумом, который вызвала грудь Джанет Джексон, случайно оголившаяся на матче по Супер-Болу. 'Это своего рода христианский Пуританизм, к которому наш образованный правящий класс не испытывает большой симпатии'.

Европейцы пытаются не выражать своей затаенной антипатии при обсуждении политики Вашингтона. Разговор всегда ведется пристойно и размеренно, как при чайной церемонии на берегах Темзы. Случается, что порой проскальзывают лицемерные замечания о том, что Европе приходится нести высокую моральную ответственность, и о том, что в Ираке так и не было найдено ОМП. Однако когда в приемной разливается бренди, или в барах пьется пиво, европейцы всячески выражают свое восхищение Джоном Керри - новым парнем с плаката для Старого Света.

'Европа голосует за Керри', - гласит заголовок в журнале Economist.

В Financial Times Deutschland так написало о Керри: 'Его двоюродный брат - майор Франции. Его отец - дипломат. Школу он заканчивал в Швейцарии. Он считает, что смертная казнь - это плохо, а Киотский Протокол, защищающий окружающую среду, - хорошо. Если бы европейцы могли голосовать на президентских выборах США в ноябре этого года, кандидат от демократов Джон Керри победил бы безоговорочно. В Европе никогда не испытывали такой антипатии к американским президентам, какую испытывают к Джорджу Бушу-младшему'.

Некоторые европейцы к этому быстро добавляют, что Керри, может, и будет неплохо смотреться в кресле президента, однако терроризм и постоянно вспыхивающие горячие точки планеты не позволят ему значительно изменить внешнюю политику США.

Теракты в Мадриде быстро показали Европе, что бывает с теми, кто действует не только лишь в своих интересах. В результате возник вопрос: 'Не приведет ли поддержка Соединенных Штатов к тому, что исламские террористы придут бомбить европейские города? Если Испания выведет свои войска из Ирака, то с каким же давлением придется столкнуться властям Великобритании, Италии и Польши со стороны своего народа, который будет требовать сделать то же самое?'.

'Все объясняется фундаментальной разницей наших обществ', - заявил Бернхард Мей (Bernhard May), аналитик немецкого Совета по международным отношениям. 'Американское общество больше увлечено идеями, это общество миссионеров. А европейцы не хотят ходить по свету и учить людей, как надо жить.

Что на самом деле сейчас происходит между Европой и Америкой, так это выработка новых отношений на эпоху после окончания Холодной войны. Нам надо было бы затронуть этот вопрос еще в 1990-х, но мы не сделали этого. Основной вопрос сейчас - какой мировой порядок мы хотим иметь?'.

Образы техасского ковбоя, выхватывающего пистолет, помогли изменить политику Старого Света. Антивоенные настроения усилились на оси Берлин-Париж. Однако это создало напряженность в отношениях со странами, поддержавшими войну, такими как Испания и Польша, а также осложнило ситуацию с расширением Европейского союза с 15 до 25 членов в этом году. Несмотря на цель Евросоюза объединиться, Старый Свет начинает все больше осознавать, что он больше похож на джаз-банду, в которой каждый музыкант хочет играть соло, нежели на стройный хор.

Премьер-министр Великобритании Тони Блэр, который поплатился за поддержку Буша своим рейтингом в общественном мнении, сейчас уже хочет быть известен в качестве политика 'в сердце Европы'. Многие члены либеральной Лейбористской партии Блэра считают, что оставаться в данный момент с Бушем чересчур рискованно, с политической точки зрения.

'Нужно, чтобы Буша не было в Белом Доме', - заявил на последнем заседании лейбористов Энтони Гидденс (Anthony Giddens), неофициальный советник Блэра. Даже консервативные Тори, которые так крепко дружили с Рональдом Рейганом (Ronald Reagan), рассматривают Буша в качестве помехи трансатлантическим отношениям.

'В некотором смысле данная ситуация сложилась в связи с разочарованием, которое мы испытали, когда, наконец, после Билла Клинтона пришел Буш, которого мы считали своим парнем в Белом Доме, а оказалось, что это совсем не так, - считает Джордж Осборн (George Osborne), депутат от Тори, поддерживающий Буша. - Просто Тори не приняли манеры ведения беседы Бушем'.

Собственные проблемы Европы часто затмевали озабоченность по поводу отношений с США. Экономики Франции и Германии находятся в тяжелом положении. Реформы в сферах здравоохранения и социальной вызывают недовольство электората. Проблема иммиграции захлестнула страны. Многим интересно, что случится с Евросоюзом, который ранее был привилегированным западным клубом, когда в мае в него войдут Чехия и другие страны советского блока.

'Вопросы взаимоотношений с США не должны нас так сильно беспокоить сейчас, - заявил Жан-Лук Туркуин, французский пенсионер. - Нам бы со своими проблемами разобраться, с выборами, евро, безработицей и терроризмом. Вот, о чем надо волноваться'.

Однако США сейчас - это новая супердержава, и европейцы признают, что жесткие высказывания в отношении военной политики Буша на должны принести вред трансатлантическому альянсу. Канцлер Германии Герхард Шредер (Gerhard Schroeder), например, отклонил предложение президента Франции Жака Ширака (Jacques Chirac) сформировать в Европе противовес Вашингтону. Аналитики заявляют, что США и Европа нужны друг другу, особенно на Ближнем Востоке и в борьбе с терроризмом.

В решении всех прежних проблем Европа и США часто дополняли друг друга. Европейская дипломатия, завуалированно поддерживаемая военной мощью США, помогла разрешить ядерный кризис в Иране, и сподвигла Ливию отказаться от программы разработки химического оружия. Старый Свет и Вашингтон сотрудничают по вопросу придания новой роли НАТО, расширив ее стратегические интересы на восток. А Париж - самая холодная к Вашингтону столица Европы - тесно сотрудничает с администрацией Буша в Гаити.

'Мы пришли к выводу, что в деле о разводе зашли слишком далеко', - заявил Доминик Моиси (Dominique Moisi), аналитик французского Института международных отношений.

Возможно, пылкой любви больше не будет. Европа и Америка за 200 лет имели богатую практику перепалок и плевков друг в друга. Америку считали амбициозным выскочкой, менее озабоченным вопросом культуры, чем зарабатыванием денег, в то время как к Европе относились, как к реликту, который умеет красиво говорить, но чрезмерно застенчив, когда дело доходит до драки. Во время Холодной войны Европа и США проложили мост через трещину, разделявшую их, чтобы сразиться вместе с общим врагом. Теперь же враги стали какими-то неясными, как подтвердил последний теракт в Мадриде. Поэтому старые клятвы в дружбе пересматриваются.

Моиси добавил, что Европа и США в ближайшие годы могут опять стать ближе, по иронии истории. При президенте Путине Россия становится все более автократической и своенравной державой, тогда как Европа объединяется и становится экономической сверхдержавой. Эти тенденции беспокоят чиновников в Европе. Некоторым из них уже видятся призраки Холодной войны.

'Вдруг начинаешь волноваться, - сказал Моиси, - и начинаешь нестерпимо желать того, чтобы США и Европа вновь стали тесно сотрудничать'.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.