Абдулазиз Макдад (Abdulaziz Makdad) - наставник. Он готовит террористов-самоубийц к выполнению ответственной миссии: рассказывает, как провести операцию, прикрепляет к их телу взрывчатку и молится вместе с ними. Сегодня Макдад находится в одной из израильских тюрем, где и встречается с журналистами CRONICA. Он нисколько не раскаивается в том, что помогал убивать: 'Убийство за убийство', - говорит он.

В ночь на 21 февраля Абдулазиз Макдад долго молился вместе с Заулом (Zaul): 'Это была непростая молитва, мы молились гораздо дольше обычного. Заул был очень религиозен, я - тоже, но моя вера - это не вера экстремиста. Я лишь выполняю повеления Господа: не ворую, веду порядочную жизнь. . .'.

До начала молитвы наставник со своим учеником обсудили выполнение операции до наимельчайших деталей. Макдад рассказывает об этом спокойным, отрешенным голосом специалиста, перечисляющего все тонкости своей профессии. Цели, манера поведения, внешний вид. . .

'Мы обсуждали цели будущей операции. Лучше всего для этого подходят автобусы, но годится и любое другое место большого скопления людей. Необходимо чтобы число жертв было максимальным. Конечное решение принимает сам добровольный мученик, но все зависит от воли Божьей. Я проследил, чтобы его одежда была подходящей (у полицейских всегда вызывают подозрения те, кто летом появляется, к примеру, в толстой куртке): джинсы, куртка - потому что в тот день еще было прохладно - и шляпа. Мы хотели, чтобы он был похож на еврея. Заул не боялся. Но я посоветовал ему не смотреть в глаза полицейским. Он совсем не знал иврита, и, если бы полицейский о чем-нибудь начал его спрашивать, должен был сразу взорвать себя. Однако такое случается очень редко. Детонатор был спрятан под пуговицей на куртке'.

После молитвы наставник и ученик позавтракали, после чего Заул попрощался и пошел в сторону Иерусалима. Израильская полиция говорит, что ему помогал хорошо знающий эту зону рабочий-палестинец, сумевший провести его через кольцо военного окружения рядом с Вифлеемом. О взрыве Макдад узнал из новостей, передававшихся по радио. 'Я почувствовал себя очень счастливым', - утверждает он.

В тот день, 22 февраля, в 8:37 утра Мохамед Заул взорвал себя в автобусе 14-го маршрута компании 'Egged'. Стараясь причинить как можно больше вреда, этот 23-летний палестинец-самоубийца наполнил взрывпакет кусками металла. Еще одна из рекомендаций Макдада.

В результате взрыва погибли сам террорист-смертник и восемь пассажиров, другие 50 были ранены. По свидетельству 23-летнего палестинца Раеда Швейки (Raed Shweiki), находившегося в тот день на бензоколонке вблизи места взрыва, сначала 'земля содрогнулась', а потом он увидел летящие 'куски стекла, а вместе с ними - руки и ноги'. Еще один палестинец - водитель такси, заправлявший свою машину на той же бензоколонке, рассказал, что на него упало 'несколько кусков мяса'.

Но Абдулазиз Рахман Макдад нисколько не раскаивается в том, что взрыв привел к страшным последствиям, а говорит, что испытывает 'гордость' за собственное творение. Заул был исполнителем, однако, мозгом, операции был Макдад: 'Да, это на мне лежит ответственность за организацию всех последних взрывов в иерусалимских автобусах. Надеюсь, что мои люди продолжат это дело, и мне хотелось бы, чтобы мой сын Ахмед - еще младенец - стал мучеником, если оккупация продолжится. Он еще совсем мал, но когда он подрастет, мне хотелось бы, чтобы он взорвал себя', - говорит наставник тихим голосом, не повышающимся во время всей беседы.

По иронии судьбы, тюрьма, в которой сегодня находится Макдад, заслужила себе недобрую славу в годы британского правления Палестиной: прежде здесь была Центральная тюрьма, а сегодня открыт музей памяти 'подпольных еврейских организаций, боровшихся за восстановление государства Израиль'.

В настоящее время посетители тюрьмы могут ознакомиться с обстановкой некоторых камер. В путеводителе по музею говорится, что действия подпольщиков варьировались от участия в 'исключительно оборонительных операциях' до проведения 'репрессивных мер', к примеру, организации взрыва одной из железнодорожных станций в Иерусалиме. Часть так называемого Русского Отсека и в настоящее время функционирует в качестве тюрьмы, в которой и находится сегодня Макдад.

Отделение, называемое 'Московия' также является центром для проведения допросов. Палестинцы считают, что здесь по-прежнему ощущается недобрая аура британского присутствия. В мире практически не прекращаются обвинения в адрес израильских властей, устроивших там пыточный застенок.

Пытки

В октябре 2003 года 'Московию' посетила израильская организация 'Врачи за права человека', которой позволили осмотреть лишь ту часть отделения, в которой находятся 'уголовники'. В своем докладе упомянутая организация заявила, что руководство тюрьмы применяет к заключенным пытки, например, связывает их в позе 'банана': руки и ноги скрепляются веревками за спиной осужденного, вынужденного длительное время пребывать в подобном положении, кроме того, арестованных заставляли спать на полу.

Та зона, где содержатся заключенные, представляющие собой угрозу 'безопасности', находится под контролем Шин-Бет - службы внутренней безопасности Израиля. Здесь заключенных водят на допросы в очках, напоминающих водолазные, через которые не видно ничего происходящего вокруг.

Но на Макдаде нет даже наручников или каких-либо следов физических пыток. Напротив, создается впечатление, что у него установились практически дружеские отношения с ведущим допросы сотрудником Шин-Бет. На протяжении всей беседы они обмениваются шутками и замечаниями на арабском языке. Макдад говорит совсем спокойно и повышает голос один только раз, когда отказывается признавать себя террористом: 'Почему вы называете нас террористами? Почему вы не говорите о терроризме, когда израильские танки обстреливают Газу? Они так же убивают детей и женщин. Именно потому мы совершаем неселективные преступления. Убийство за убийство. Мы убиваем мирных людей, потому что только так может продолжаться наша борьба'.

Абдулазиз Рахман Макдад. 28 лет. Женат, имеет сына Ахмеда пяти месяцев от роду. Его семья прежде жила в районе Ашкелона, однако Макдад родился в Египте, где и прожил до 14 лет, после чего перебрался в Ливию. Там он вступил в ООП и приобрел первые знания о взрывчатых веществах. Вплоть до своего ареста - 6 марта - являлся сотрудником национальной безопасности Палестины и телохранителем губернатора Вифлеема.

Израильские службы безопасности инкриминируют ему участие в нескольких боевых операциях, а также участие в подготовке взрывов автобусов в Иерусалиме 29 января и 22 февраля: 'На его совести смерть 19 израильтян', - сообщает офицер Шин-Бет.

После беседы с Макдадом становятся ясны некоторые страшные особенности конфликта, охватившего Ближний Восток: механизм взаимодействия террористов-самоубийц и их наставников, таких как Макдад. Своим спокойным голосом он объясняет, что сегодня 'найти добровольцев для проведения подобной операции - самая легкая часть задачи. В Палестине их тысячи. Их не надо убеждать, потому что они уже приходят со своими убеждениями. В действительности мы сначала готовим план, разрабатываем всю операцию, а уже затем берем добровольца. Это не как в армии, где есть звания, но каждый выполняет свою задачу. Один выбирает добровольца, другой готовит взрывчатку, третий - провожает его к цели'.

Заул пришел к Макдаду в твердом убеждении, что хочет умереть. 'Всю ночь мы готовились к операции, ни один из нас не спал. Я подготовил взрывчатку, хорошо упаковал ее и положил в рюкзак. Проследил, чтобы он удобно лежал на спине. Затем я помог Заулу написать прощальное письмо, после чего мы сняли на камеру его последнее послание'. Макдад получил от своего брата Махера (Maher) - активиста группировки 'Бригада мучеников Аль-Аксы' - 3000 шекелей (600 евро) на организацию операции. Впоследствии подобная компенсация позволила 'Бригаде' взять на себя ответственность за организацию взрыва. 'Это всего лишь сотрудничество. Они не арендуют наши операции. Они занимаются финансовой стороной, мы организуем взрывы'.

По словам Макдада, операция с участием террориста-смертника обходится в 1000 шекелей (200 евро) и может быть подготовлена в течение недели.

Несмотря на свои заявления, Макдад говорит, что был в его жизни период, когда он верил в возможность мира между Палестиной и Израилем. Шел 1994 год, эпоха эйфории, эпоха Осло. Макдад в то время жил в Ливии, но вернулся на палестинские территории вместе с тысячами палестинцев, сопровождавших лидера ANP Ясира Арафата (Yasser Arafat). 'Когда я возвращался, я верил в мир. Женился в Вифлееме. Но скоро понял, что Израиль не хочет мира. Происходило накопление наших страданий: то, что происходит с нами ежедневно, проверки на постах, смерть друзей. . . И случился взрыв: страдания вылились в интифаду. Я говорю с вами для того, чтобы вы имели реальное представление о нашей борьбе. Смерть за смерть (эту мысль Макдад неоднократно повторяет во время беседы). Операция 22 февраля стала ответным действием на убийство 11 февраля в Газе 15 палестинцев'.

После часа беседы, волей-неволей вырывается вопрос: 'Почему Вы сами не хотите стать смертником?'. Ни секунды не раздумывая, Макдад отвечает: 'Моя главная задача - готовить добровольцев. Когда их больше не останется, пойду я. В операции 22 февраля с взрывчаткой должен был пойти я сам, но появился Заул. На мне лежит подготовка багажа (взрывпакета) и потому я должен оставаться в живых, чтобы наши операции не прекращались'.

Встреча с Макдадом произошла после убийства лидера ХАМАС, шейха Ахмеда Ясина (Ahmed Yasin). Макдад заявил журналистам, что ответная реакция радикальных группировок 'запаздывает, потому что на этот раз операция будет огромной, на этот раз ее проведет не одна группировка, а несколько сотрудничающих организаций'.

Приводящая в отчаяние беседа подходит к концу. Палестинец говорит, что не видит выхода из идущего противостояния. 'Конца этому не будет до тех пор, пока будет продолжаться оккупация. Она порождает желание стать мучеником. Они (израильтяне) должны бояться'. В путеводителе по музею Русского Отсека говорится, что заключенные евреи всегда требовали считать себя 'политическими заключенными', находившиеся в тюрьме 'герои подпольных организаций' постоянно помнили о 'своих друзьях, которые на свободе вели борьбу за независимость государства Израиль'. Еще одна гримаса истории: перед тем как вернуться в камеру Макдад приводит те же самые аргументы в пользу правильности выбранного пути. 'Я спокоен, потому что не сделал ничего плохого. Я не отошел от борьбы. Меня лишь задержали. ANP считает меня не преступником, а политическим заключенным'.

Мораль наставников

По мнению израильского криминолога Анат Берко (Anat Berko), наставники самоубийц 'бесконечно опаснее' самих террористов-смертников. 'Самоубийцы - лишь пуля, но кто ее выпускает? Это они, организаторы операций, мозг этих терактов. Именно они являются ключом к пониманию этого феномена'.

Существование подобной тенденции привело к появлению многочисленных исследований этой темы. Согласно некоторым из них, позиция 'наставников' значительно отличается от позиции самого 'самоубийцы', которые зачастую являются людьми отверженными своим окружением. 'Наставники более сентиментальны, они очень переживают, рассказывая о своих семьях. И способны видеть в жертвах людей', - говорит Берко.

Даже бывший министр обороны Беньямин Бен-Элизер (Benjamin Ben-Eliezer) встречался с двумя несостоявшимися самоубийцами, захваченными израильскими службами безопасности. На вопрос, почему он хочет покончить жизнь самоубийством, один из террористов ответил: 'Речь идет не об этом. Я хотел умереть как мученик, а не покончить жизнь самоубийством'. После этого Бен-Элизер спросил палестинца: 'Почему ты так ненавидишь евреев?'. 'Я не ненавижу евреев, - ответил тот ему. - Дело в другом. Я хотел принять участие в национальной освободительной борьбе. Это священная война за освобождение Палестины'.

Израильтяне и палестинцы совершенно по-разному смотрят на этот феномен. По мнению Берко, израильтяне 'не считают важной причину подобных терактов'. Наставник Макдад полагает, что именно в этом и коренится проблема: 'Убийство за убийство', - постоянно повторяет он. Другой наставник, с которым Берко общалась во время подготовки своего исследования, сказал сокрушительную по своей откровенности фразу: 'Когда какая-нибудь мать плачет здесь (на палестинской стороне), другая мать должна плакать там (среди израильтян)'.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.