Отчаявшись остановить процесс развала Ирака, Соединенные Штаты, наконец, решились пойти на шаг, сделать который они всегда отказывались: предоставить Организации Объединенных наций возможность играть главную политическую роль в послевоенном устройстве этой страны. Вероятно, поздно спохватились. Оккупация страны уже была громко названа общенациональным делом Америки, и данный шаг скорее рассчитан на создание более позитивного имиджа США. Но лучше так, чем упрямо идти старым курсом.

Однако данный шаг помогает преодолеть лишь одну из двух главных ошибок, допущенных при оккупации страны. Вторая заключается в потворстве созданию вакуума безопасности в Ираке. Осада в двух городах, постоянные взрывы и заснятый на видеопленку сюжет о пленении американского солдата лишний раз напоминают о том, насколько трагичной стала ситуация. Ирак продолжает оставаться нестабильной и небезопасной страной. В том случае, если эта проблема не будет решена, ООН может сколь угодно долго пытаться установить порядок в этой стране, и из этого ничего не выйдет.

Дела могут пойти и еще того хуже. После 1 июля США придется бороться с силами сопротивления, действуя через суверенное правительство Ирака, которое будет стеснено в своих действиях и вынуждено считаться с реалиями политической жизни. В том случае, если сопротивление не будет сломлено, новое правительство будет признано слабым и не будет пользоваться уважением и авторитетом в стране. Процесс послевоенного восстановления будет ползти черепашьими шагами, так как иностранцы будут вынуждены покинуть страну.

Неприкрытая правда, которую диктует складывающаяся ситуация, заключается в том, что нам в Ираке нужно еще больше войск. Спору нет - хорошо бы иметь там иностранные войска или хорошо обученные иракские вооруженные силы. Но на настоящий момент ни то ни другое невозможно. У нас есть только один выбор - либо послать туда еще больше военных, либо допустить там еще больший хаос.

Уже не вызывает сомнений то, что Третья пехотная дивизия будет обратно введена в Ирак. Две-три дивизии, специально выделенные для участия в разрешении конфликта в Корее, могут быть переброшены в Ирак. В целом мы можем рассчитывать на 50 - 60 тыс. человек дополнительно к уже размещенному в Ираке воинскому контингенту. Увеличение численности нашего военного присутствия потребуется на срок примерно до полугода.

К июлю в Ираке будет создано правительство, взаимодействующее с Организацией Объединенных наций. В стране будет своя Конституция, и пройдут выборы. В этих условиях при верно выбранной дипломатии мы сможем добиться того, что ряд стран согласятся направить своих солдат для участия в международных силах. К тому же полугодичная усиленная военная подготовка сможет обеспечить значительное укрепление иракских сил безопасности и правопорядка.

Когда Джоржу Бушу или Дональду Рамсфельду задают вопрос о наращивании военного присутствия в Ираке, их ответ всегда один и тот же. Когда спрашивают генералы, они отвечают, что дадут им все, что потребуется. На протяжении всех последних месяцев, как в один голос заявляют президент и вице-президент, министерство обороны не запрашивало дополнительные контингенты вооруженных сил. И вдруг на прошлой неделе ситуация изменилась.

Прятаться за спины военных несолидно. Генералы-то хорошо знают, что они не должны просить у начальства подкрепления. На протяжении многих месяцев офицеры низового звена открыто признавали, что им не хватает людей, но генералы закрывали глаза на это, не желая огорчать Д. Рамсфельда и Дж. Буша.

Как бы то ни было, политическое руководство страны просто не обязано механически утверждать запросы военных. В своей книге 'Верховное командование' Элиот Коэн ("Supreme Command," Eliot Cohen) отмечает, что во время войны или военных действий политическое руководство всегда ставит под вопрос военную стратегию и тактику. Война, по известному изречению Карла фон Клаузевица, есть продолжение политики другими методами. Политики должны принимать политические решения.

В том случае, если этот аргумент вам покажется знакомым, это легко объяснимо: вы его часто слышали осенью 2002 г., когда Дж. Буша решил объявить войну Ираку. Профессиональные военные заявили тогда, что для обеспечения успеха данной кампании потребуется несколько тысяч человек. Министр обороны Д. Рамсфельд и его заместитель Поль Вулфовиц открыто проигнорировали мнение военных. Президент объявил журналистам, что он прочитал книгу Коэна, и тем самым подал сигнал генералам, что с удовольствием отклонил их предложение.

В связи с этим напрашивается вопрос: если Буш так внимателен к просьбам и пожеланиям военных, почему же он их не послушал в 2002 году? Но дело в том, что генералы всегда либо правы, либо не правы. Как заключает Коэн, хороший верховный главнокомандующий предоставит военным свободу действий, но будет постоянно держать на контроле весь ход операции, изучая поступающие предложения, выбирая оптимальные стратегические и тактические решения.

Военные, даже такие сверхобученные и современные, как в Америке, действуют на основе действующего законодательства. Например, армия ведет операции по разгрому повстанцев такими же силами средствами, что и обычную войну: задействуя при этом массированные силы для уничтожения противника. Армия США хорошо экипирована и обучена и готова к борьбе с повстанческим движением, но при этом тяготеет к тому, чему она лучше обучена и что у нее лучше получается. Проблема заключается в том, что военная стратегия имеет ужасные политические последствия. Создается широкий фронт поддержки движения сопротивления, о чем наглядно свидетельствует опыт таких стран, как Алжир, Вьетнам, Северная Ирландия и бесчисленное количество другие примеров.

Действия по поддержанию мира также не пользуются популярностью в вооруженных силах. Патрулировать улицы, бороться с преступностью, налаживать контакты с местным населением - не для этого молодежь вступает в ряды вооруженных сил! Тут еще встает вопрос об обеспечении безопасности пребывания вооруженного контингента на территории иностранного государства - понятный и законный предмет беспокойства командиров. И все же: успех в Ираке будет напрямую зависеть от успешного и эффективного проведения операции по поддержанию мира.

В настоящий момент нам нужен преданный командующий, досконально знакомый с мельчайшими деталями военной операции в Ираке, готовый внимательно выслушать генералов, но одновременно с этим направляющий их умы на достижение политических целей.

Эту миссию нельзя доверить ни военным, ни кому-то еще.