Чему служит Ваша теория справедливой войны?

Это критическая теория, но, кроме того, она служит оправданием некоторых войн, например тех, что начинают в качестве самообороны. Подобное рассуждение может проводиться в обоих направлениях. Одно из излюбленных критических замечаний левых пацифистов заключается в том, что теория справедливой войны превращает войну в нравственное действие, потому как учит нас бороться в некоторых установленных границах. Мой ответ на это обвинение таков: есть войны, которые необходимы и, если борьба неизбежна, лучше, чтобы мы делали это в устанавливаемых теорией рамках. В противном случае все закончится тем, что мы начнем подражать людям, против которых боролись.

Когда война становится необходимостью?

В самой чрезвычайной ситуации, иначе говоря, в тот момент, когда человеческие ценности находятся под угрозой, массовые убийства оказались систематизированы и проводятся государством. При подобных обстоятельствах оправдано временное прекращение действия законов морали, иными словами, война.

Это можно отнести к массированным бомбардировкам германских городов во время второй мировой войны?

В данном случае аргумент имеет свои ограничения: необходимо проследить хронологию событий и понять, что те бомбардировки были морально оправданы, потому как складывалась вполне очевидная ситуация, когда англичане могли проиграть войну. Как только ситуация изменилась, и победа англичан уже не подлежала сомнению, бомбардировки городов превратились в военное преступление.

Кто решает, когда складывается упомянутая выше чрезвычайная ситуация?

Политические лидеры, действительно придерживающиеся законов морали, от которых они смогли бы отказаться именно лишь в такой чрезвычайной ситуации. Доказательством этих моральных обязательств стало бы сознание того, что они поступают плохо. Именно так можно объяснить ситуации, когда правильным будет сделать зло, но от этого оно не перестает быть злом. В адрес этого аргумента раздавалось много критики, потому как его называют противоречащим самому себе. Но при всем при том, думаю, что он прекрасно передает смысл выражения 'запачкать руки'. Даже когда речь идет о справедливой операции, это не означает, что руки останутся чистыми.

Вы подписали документ в поддержку войны в Афганистане, в котором утверждали, что любая человеческая жизнь достойна того, чтобы ее сохранили. Но во время войны умирает много людей. Не является ли это еще одним противоречием?

Во время сражения солдаты неприятеля представляют собой угрозу. Сама суть принципов справедливого (сообразного праву) ведения войны - jus in bello - служит оправданием убийства солдат во время войны. Как только солдат был ранен либо оказался в плену, его убивать нельзя, он неприкосновенен. Но во время конфликта он уязвим и лишен своего права на жизнь. В этом я не вижу никакого противоречия. Мы воевали с нацистами ради сохранения жизни, и убийство в этой борьбе солдат противника не является никаким противоречием.

Каких принципов в ходе сражения необходимо придерживаться, чтобы война была справедливой?

Исходная задача ведения боевых действий заключается в установлении военной цели. Очевидно, что некоторые снаряды не попадут в цель и могут привести к гибели людей вблизи объекта бомбардировки. И одно из правил войны заключается в том, что гибель мирного населения не может быть непропорционально высока в сравнении с ценностью военного объекта. Существует и еще один, носящий абсолютный характер, принцип ведения войны: нельзя преднамеренно убивать гражданских лиц.

Что можно сказать о справедливости иракской войны?

Эта война несправедлива. Существовали и другие альтернативы. Это не означает, что применение силы - последняя из возможных мер, как об этом в начале 2003 года заявили французы. Применение силы, например установление зон закрытого воздушного пространства, было необходимо для сдерживания режима Хусейна (Hussein). Подобные средства стоило исчерпать еще до начала войны. Начатая преждевременно война не может быть справедливой. Сегодня же, после того, как военные действия все же были предприняты, необходимо взять на себе ответственность за благосостояние иракского народа, необходимо предоставить им условия, гарантирующие безопасность, а также и восстановление страны.

Не кажется ли Вам извращенным тот факт, то после событий 11 сентября Соединенные Штаты выступают и в роли судьи, и в роли заинтересованной стороны?

Так происходит во всех случаях, касающихся самообороны. Не знаю, как это можно предотвратить. После событий 11 сентября многие заявляли, что это не война, а преступление и необходимо обратиться в ООН или Интерпол, чтобы они помогли нам найти преступников. Я описал эту ситуацию таким образом: в ответ на события 9-11 (9-й месяц, одиннадцатое число) - звонок на '911'. Подобная реакция оказалась бы справедливой, если кто-нибудь снял трубку на другом конце провода. Но никого нет. Думаю, имеет смысл создать некое международное агентство, которое могло бы действовать перед лицом гуманитарных кризисов или широкомасштабных преступлений. Но не имеет смысла притворяться, что подобное агентство уже существует.

Возможно, стоит действовать так, словно оно уже существует.

Да, такой аргумент как 'словно' действительно ценен. Так, к примеру, переговоры с террористами надо проводить так, словно различие между военными формированиями и политикой террористических организаций реально. При этом необходимо надеяться, что оно действительно станет реальным, и тогда переговоры с террористами уже можно будет вести на политическом уровне.

Майкл Уолцер - философ, профессор Institute for Advanced Studies (Принстон)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.