10 августа 2004 года. На прошлой неделе правительство США предоставило политическое убежище Ильясу Ахмадову, который был министром иностранных дел в законно избранном, умеренном, сепаратистском правительстве Чечни и с 1999 года находится в ссылке. Пожалуй, было бы более правильным сказать, что в прошлом месяце одна часть правительства, Министерство внутренней безопасности, отказалась от своей апелляции к другой части правительства, а именно к Иммиграционному суду в Бостоне, который много месяцев назад предоставил убежище г-ну Ахмадову. Апелляция Министерства внутренней безопасности была слабо обоснованной. Выслушав доводы г-на Ахмадова, иммиграционный судья заявил, что у него почти нет сомнений в том, что этот чеченский лидер в случае, если бы его вернули России, был бы "расстрелян, не получив возможности защитить себя в суде, как это случилось с другими членами чеченского правительства". Последующая апелляция, как считают многие, была подана не по обстоятельствам дела, а как уступка российскому правительству, которое считает г-на Ахмадова террористом.

Не удивительно, что российское правительство было недовольно этим решением. "Подобные акты не отвечают дружественному духу российско-американских отношений и не содействуют совместной борьбе против международного терроризма", сказано в заявлении Министерства иностранных дел РФ. Российская пресса была еще более недовольна недавним решением Национального фонда за демократию (National Endowment for Democracy) выдать г-ну Ахмадову престижный грант. "Грант для антироссийской деятельности", таким был один кричащий заголовок.

Но решение администрации Буша-младшего (George W. Bush) отозвать апелляцию было правильным, хотя и политически трудным. Официальное разъяснение таково: не удалось установить связей г-на Ахмадова с международным терроризмом. Более того, известно, что г-на Ахмадов осуждает терроризм, выступает против самоубийственных взрывов и за то, что он именует "миром, достигнутым путем переговоров" в своей стране. Передать его российскому правительству, которое его арестует, станет допрашивать и, возможно, казнит, значило бы согласиться с российским определением всех лидеров независимой Чечни как террористов - а это определение просто не подтверждается фактами.

В противоположность российским обвинениям, это решение не отражает каких-то радикальных перемен в российско-американских отношениях: никто и нигде не выступает за активное американское военное или политическое вмешательство в Чечне. Это, однако, не означает, что правительству США нужно соглашаться с каждым высказыванием российской пропаганды относительно этого региона или, что еще важней, менять американские законы относительно политического убежища в угоду России.