Вопрос: О стране, в которой Вы не собираетесь побывать на следующей неделе: России. Действительно ли Соединенные Штаты, администрация Буша-младшего (George W. Bush) занята пересмотром своей политики в отношении России? И что реально может сделать правительство США, чтобы помешать Кремлю повернуть вспять демократические реформы, не дать ему вмешиваться в дела своих соседей, а также преследовать в уголовном порядке г-на Ходорковского, что представляется политически мотивированным?

Ответ: Никакого систематического пересмотра, нового систематического пересмотра нет. Мы постоянно изучаем нашу политику и пытаемся определить, куда нужно двигаться дальше. И, разумеется, вскоре президент Буш-младший встречается с президентом Путиным, а потому, понятное дело, в этой связи мы пытаемся определить, каковы наши отношения.

Ситуация с Россией, конечно, сложная. С одной стороны, мы имеем с россянами продуктивные отношения по ряду фронтов. Мы имеем продуктивные отношения с россиянами в войне с терроризмом, в контртерроризме. Мы хорошо сотрудничали с россиянами в Афганистане, чего, как я считаю, быть может, не стоило ожидать, принимая во внимание историю этой страны. Мы продолжаем работать с россиянами или рассчитываем начать работать с россиянами по некоторым из более трудных ситуаций на Кавказе, как, например, по Нагорному Карабаху.

Таким образом, есть множество областей, в которых у нас имеются продуктивные отношения. Мы хотим поддержать усилия россиян по вступлению во Всемирную торговую организацию (ВТО), когда они выполнят условия, потому что мы полагаем, что либерализация российской экономики в соответствии с правилами ВТО станет добрым делом для мирового сообщества.

Очевидно, с другой стороны, и то, что нынешний период является трудным в плане продвижения России к демократии. Это движение неравномерное. Россия - не Советский Союз, и это хорошо. Это не возврат к Советскому Союзу. Тем не менее, мы очень четко заявляем россиянам, что сосредоточение власти в руках Кремля, за счет ослабления других институтов, является проблемой, поскольку нужно - при демократическом развитии - нужно иметь уравновешивающие институты. Нельзя иметь только сильного президента.

Наша цель - продолжать говорить об этом с россиянами и откровенно заявлять, что укрепление отношений, на которое мы все надеемся, возможно лишь на основе общих ценностей. Это не значит, что у нас не может быть продуктивных отношений, однако такие отношения, в которых станет возможным реальное углубление связей, потребуют от России более сильной демократизации.

Мы также делаем все, что можем, чтобы поддержать развитие в России гражданского общества, потому что слабость участников гражданского общества является одной из проблем России. И мы заявляем россиянам, что вопросы, касающиеся главенства закона, разумеется, важны с точки зрения демократии, но они важны также и с точки зрения развития деловых отношений. И поэтому мы пытаемся выработать всеохватывающий взгляд на американо-российские отношения, чтобы работать в тех областях, где существуют проблемы, и продолжать продуктивные отношения там, где мы можем.

Вопрос: Ваш диалог с ними пока что, однако, кажется, дает в действительности не очень много, если вообще что-то. Возьмем для примера дело Ходорковского, или расчленение "ЮКОСа", или решение относительно выбора областных дум и назначения правительств и т.д., или отношения России с соседями. Я имею в виду сказать, что президент Путин чуть ли не обнимал г-на Януковича, поздравляя его с победой на выборах, которые в действительности были сфальсифицированы. Я имею в виду вернуться к вопросу, что Вы действительно можете сделать, если мягкое убеждение не дает эффекта?

Ответ: Ну, безусловно, можно занять принципиальную позицию. И в случае Украины принципиальная позиция сработала. И теперь, я думаю, вы увидели, что Россия начала признавать, что то, что случилось на Украине, было победой для украинского народа, а г-н Ющенко готов протянуть руку россиянам, и они тоже тянутся к нему. Мы хотим, чтобы Россия и Украина имели добрые отношения, они ведь соседи. У них была очень долгая общая история.

И это хорошо, что Соединенные Штаты и Европа, заняв принципиальную позицию и отказавшись признать результаты мошеннических выборов, добились (на Украине) результатов, с которыми, как мы думаем, россияне согласились.

А поэтому я не стала бы говорить, что мы не способны влиять на некоторые из этих результатов. Совершенно ясно, что мы и Европа, а также, что всего важнее, украинский народ сумели повлиять на исход борьбы на Украине.

Вопрос: Могу я задать вопрос о. . .

Ответ: Ну, что касается внутренней ситуации в России, очевидно, что здесь приходится выдвигать убедительные аргументы и продолжать это делать, рисуя тень будущего, которое станет возможным, если положение дел не улучшится. Но мы делаем, что можем, и я думаю, что содействие развитию в России демократических сил, например, гражданского общества, в конечном счете, возымеет эффект, как и либерализация российской экономики и развитие класса предпринимателей малого бизнеса, что, как я думаю, могло бы оказать очень серьезное влияние на российскую политику.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.