Майкл Ослин, профессор истории Северо-Восточной Азии в Йельском Университете, руководит проектом по изучению отношений между США и Японией

25 февраля 2005 года. Может показаться, что нынешнее потепление отношений между Токио и Москвой сигнализирует о конце более чем двухсотлетнего периода недоверия и конфликтов, а также предполагает, что былые распри в Азиатско-Тихоокеанском регионе вскоре исчезнут. Но реалия заключается в том, что новая дружба между Россией и Японией является реакцией на вырисовывающуюся угрозу Китая и напоминанием о соперничестве великих держав, которое все еще является наказанием для Восточной Азии.

В этом году исполняется не только 100 лет со дня победы Японии в русско-японской войне, но также 60 лет со дня поражения Японии во второй мировой войне. Пожалуй, это неподходяще время для потепления отношений между двумя странами, но именно это, кажется, и происходит.

В декабре прошлого года Россия приняла решение о строительстве стоящего 10 млрд. долл. США трубопровода из нефтяных месторождений Сибири к побережью Японского моря, предпочтя тем самым Японию Китаю как своего будущего крупного покупателя нефти. За этим последовал саммит между высшими японскими и российскими региональными военачальниками, в дополнение к продолжающимся контактам российского и японского военно-морских флотов. Хотя вопрос о принадлежности нескольких островов Курильской гряды остается нерешенным, его политическая значимость падает по мере того, как сокращается численность населения военных лет и, кажется, улучшаются широкие двусторонние отношения, в особенности экономические.

Однако геополитическая обстановка в Восточной Азии, пожалуй, скорее напоминает часы, стрелки которых движутся в обратном направлении. Русско-японское сближение отражает медленную, но тревожную тенденцию маневрирования великих держав, которая заставляет вспомнить 1930-е годы. Главной движущей силой является Китай, а крупные региональные державы реагируют в соответствии с их восприятием стратегии Пекина по установлению регионального господства.

Самым тревожным в долгосрочной перспективе является подпольное течение экономической конкуренции. Российский нефтепровод может оказаться критически важным для продолжения экономического восстановления Японии в момент, когда Токио наблюдает за ростом нефтяного аппетита Китая. В прошлом году Китай превзошел Японию и стал вторым в мире после Соединенных Штатов импортером нефти. И Пекин, и Токио неустанно лоббировали выгодную им сделку по строительству нефтепровода; Япония выиграла потому, что согласилась финансировать значительную долю этого стоящего многие миллиарды долларов проекта.

Однако нефть - всего лишь часть общей картины, и экономическая конкуренция такого рода только лишь станет еще более острой в предстоящие десятилетия. Потребность Китая в сырье ведет к росту мировых цен на все, начиная с меди и кончая углем. И даже с учетом роста товарооборота между Японией и Китаем, который в 2003 году достиг почти 140 млрд. долл. США, они тоже оказались участниками игры с нулевой суммой в вопросе о доступе к перспективным ресурсам и рынкам. Эти две страны продолжают ссориться из-за контроля над островами Дяоюйдао/Сенкаку (Diaoyu/Senkaku) с их крупными месторождениями природного газа, и Токио в прошлом году обвинил Китай в нелегальном бурении газовых скважин в эксклюзивной экономической зоне Японии.

Япония следует в фарватере Китая, когда Пекин стремится нарастить свое экономическое влияние в Азии. В декабре прошлого года Китай подписал соглашение с Ассоциацией стран Юго-Восточной Азии (АСЕАН), в состав которой входят 10 стран, в интересах создания к 2010 году третьей по величине в мире зоны свободной торговли. Торговля Китая со странами Азии сейчас приближается к 100 млрд. долл. США, в то время как предлагаемая зона свободной торговли будет включать территории с населением почти два миллиарда человек и с совокупным валовым внутренним продуктом (ВВП) порядка 2 трлн. долл. США. В ответ Япония, которая стреножена политическим весом лобби своих фермеров, смогла только лишь предложить создать зону свободной торговли с Сингапуром, и даже это предложение компрометируют некоторые исключения, связанные с продукцией сельского хозяйства.

Как эта экономическая конкуренция может однажды усугубить экономические и военные трения? Восточная Азия, если она столкнется с двусторонними или многосторонними проблемами, не будет иметь готовых региональных структур безопасности, к которым могут прибегнуть ведущие мировые державы, а только специальные конкретные договоренности. Таким образом, этот регион является заложником военных балансов, которые сами подвергаются все более сильному воздействию напряженности в экономике и в вопросах безопасности. Этим объясняется, почему очень незначительное число наблюдателей не испытывает волнений по поводу русско-японского сближения.

Именно растущее стратегическое присутствие Китая, в придачу к экономическим заботам, тревожит Японию. Пекин является главным для России покупателем оружия, поскольку он осуществляет долгосрочную модернизацию своих вооруженных сил, включая и военно-морские силы. Это угрожает не только Тайваню, но и Японии, о чем было заявлено в прошлом году, когда военно-морские силы Японии обнаружили и прогнали из своих территориальных вод китайскую подводную лодку, которая там пряталась в течение нескольких суток.

Токио дал понять, что не останется пассивным перед лицом угрозы со стороны Китая. Новая директива "The National Defense Program Guideline" (Руководящие указания по программе национальной обороны) предостерегает, что Японии следует "оставаться внимательной" к будущему военному курсу Китая. Недавно Управление сил самообороны Японии раскрыло планы обороны самых южных островов Японии от сил вторжения, которые могут прийти только из Китая. В этом свете шаги, направленные на снижение вызванной спорными Северными территориями напряженности в отношениях с Россией, позволят Японии приобрести более значительную стратегическую гибкость в ее противостоянии с Китаем.

Однако стратегической реалией в Восточной Азии является то, что подобные события неизменно и почти сразу же вызывают ответные шаги. Не прошло и нескольких недель после завершения сделки по нефтепроводу, как Москва объявила о крупномасштабном военном учении с Китаем в 2005 году, первом таком учении для двух стран. Это напомнило Европу конца 19-го века с ее множеством конкурирующих, перекрывающих друг друга военных альянсов и связей. Тогда причиной этого был распад Союза Европы (Concert of Europe); сейчас причиной является первым делом отсутствие согласия. Соединенным Штатам, возможно, удается избегать конфликта между великими державами на протяжении более полувека, однако их военное присутствие не позволяет найти длительное решение проблемы. То, что большинство стран региона чувствует себя неуютно при виде того, как растет тень Китая, повышает вероятность создания жизнеспособной региональной структуры безопасности.

В настоящее время не наблюдается последовательного продвижения к порядку в Восточной Азии; скорее, мы отмечаем приглушенные шумы великих держав, которые начинают поиски стратегических преимуществ и потенциальных партнеров. Хотя вероятность взрыва завтра очень мала, как в случае со всеми аккуратно уложенными вместе пороховыми бочками, искра может прийти с любого из множества направлений. И тогда нынешнее русско-японское потепление однажды вспомнят как затишье перед бурей.