Несмотря на недавнюю встречу между президентами Бушем и Путиным, российско-американские отношения остаются весьма непрочными

Сегодня, через 15 лет после окончания Холодной войны, постсоветскую Россию и Соединенные Штаты по-прежнему никак не назовешь союзниками.

Эйфория 1990х - братская любовь между 'Борисом и Биллом' - ушла в прошлое, когда место Бориса Ельцина занял Владимир Путин, а Билла Клинтона сменил Джордж У. Буш. Российско-американские отношения перешли на прагматический уровень. Их можно было бы считать благополучными, если бы не одно: Россия с ее мощным и эффективным ядерным арсеналом, остается единственной страной в мире, способной представлять смертельную опасность для Соединенных Штатов. Именно с этим простым фактом и связана нестабильность и нервозность в отношениях между Москвой и Вашингтоном. В последние месяцы эти отношения заметно ухудшились. Влиятельные силы в обеих странах проталкивают идею о том, что поддерживать российско-американскую дружбу просто незачем. Кое-кто в Вашингтоне считает, что процесс распада СССР еще не завершился. В одном из докладов ЦРУ содержится прогноз о том, что к 2015 г. на месте нынешней России будет существовать шесть-восемь независимых государств. Неясно, насколько этот прогноз влияет на разработку политической стратегии США, но Буш подвергается серьезному давлению со стороны определенных сил, требующих от него ужесточить позицию в отношении России.

Затем, накануне недавнего саммита, и Москва и Вашингтон объявили об увеличении расходов на создание современного, высокоэффективного оружия. Российский министр обороны Сергей Иванов заявил, что в ближайшем будущем российская армия будет оснащена новыми типами ядерного оружия, что послужит обеспечению безопасности и территориальной целостности Российской Федерации. Почти одновременно в американских СМИ появились сообщения о начале разработки ядерных вооружений нового поколения, более надежных и менее уязвимых, чем существующие.

Взаимное раздражение сторон не лишено оснований. Вашингтон рассматривает Россию как слабую страну, которая, вместо того, чтобы послушно ограничиваться решением внутренних проблем, осмеливается выступать против политики США. Москва, в свою очередь, не может избавиться от 'сверхдержавной' психологии, а потому мессианский гегемонизм США вызывает у нее особую аллергию. Эти принципиальные разногласия, судя по всему, только углубляются.

Недавно американские СМИ вместе с официальными представителями администрации развернули масштабную антироссийскую кампанию, критикуя президента Путина за 'авторитарные' и 'антидемократические' методы управления. Госсекретарь Кондолиза Райс (Condoleezza Rice) - кстати, специалист по бывшему СССР - заявила, что российское государство, несмотря на конструктивные действия во многих областях, слишком централизовано, что 'концентрация власти в руках Кремля в ущерб другим институтам представляет собой реальную проблему'. В России, отметила Райс, 'демократия развивается неровно, и успех этого развития отнюдь не гарантирован'. Далее она подчеркнула, что 'защита демократии в России имеет жизненно важное значение с точки зрения будущего американо-российских отношений'.

Тем временем американская пресса продолжает нагнетать страсти вокруг арестованного в 2003 г. главы нефтяной империи 'ЮКОС' Михаила Ходорковского, хотя всем известно, что Ходорковский не только искусно уклонялся от налогов, но и планировал продать 'ЮКОС' американцам. Подобная сделка фактически лишила бы Россию экономической независимости. Другим 'коньком' американских СМИ остается Чечня, хотя ситуация в этой республике несколько улучшилась.

В качестве других вопросов, вызывающих озабоченность США, называются ограничение свободы СМИ и возрождение антисемитизма в России, хотя в действительности ситуацию в российских СМИ, по сравнению с самой Америкой, можно назвать образцом плюрализма, а многие ведущие российские бизнесмены, да и нынешний премьер-министр Михаил Фрадков - евреи по национальности.

В ответ Москва обвиняет Вашингтон во вмешательстве во внутренние дела суверенных постсоветских государств под прикрытием демократизации, и указывает на сомнительные 'достижения' самих США в области демократии. На пресс-конференции, состоявшейся пару месяцев назад, президент Путин не выбирал выражений: 'Мы тоже не в восторге от всего того, что происходит в США. Вы что, считаете, что избирательная система США лишена всяких изъянов? Что, нужно напомнить, как проходили выборы, что ли, те или другие в Штатах?'

Путин, отказавшийся присоединиться к антииракской коалиции в 2003 г., в последнее время называет американский контингент в Ираке 'оккупационными войсками'. Напряженность достигла такого уровня, что российскому министру иностранных дел Сергею Лаврову пришлось опровергать предположения о начале 'новой Холодной войны'. Даже в вопросах, не вызывающих разногласий, между Москвой и Вашингтоном появились первые трещины.

Так называемое 'стратегическое партнерство' между двумя странами основывается на сотрудничестве по двум направлениям, вызывающим у них озабоченность: борьбе с терроризмом и распространением оружия массового поражения. Хотя и Буш, и Путин были переизбраны на второй срок отчасти благодаря 'антитеррористической' риторике, они по-разному используют борьбу с этой угрозой. Путин, пользуясь страхом перед террористами, укрепляет собственную власть. Буш, однако, эксплуатирует антитеррор для усиления однополярного миропорядка. Несмотря на сходство формулировок, цели сторон вступают в явное противоречие друг с другом.

По вопросу о нераспространении ОМП особенно жаркие споры вызывает Иран. Критика этой страны - кстати, граничащей с Ираком - со стороны Вашингтона усиливается с каждым днем. Недавно глава ЦРУ Портер Госс (Porter Goss) обвинил Иран в продолжении работ по созданию баллистических ракет большого радиуса действия, а госсекретрарь Райс недвусмысленно заявила, что Тегеран 'стремится уничтожить Израиль и поддерживает терроризм'. По словам официальных представителей Израиля, Иран уже через полгода будет иметь ядерное оружие. Улучшению российско-американских отношений явно не способствовало соглашение - о нем было объявлено в выходные - о поставках российского топлива для строящегося иранского ядерного реактора в Бушере, даже несмотря на включенный в него по настоянию Москвы пункт о возвращении в Россию отработанного ядерного топлива, которое в противном случае можно было бы использовать для изготовления ядерного оружия.

Война против Ирана - к которой подстрекают США - стала бы для России 'последней каплей'. Иран находится недалеко от России. В результате военной акции США боевые действия развернулись бы вблизи границ Российской Федерации. Более того, война США против Ирана привела бы к дестабилизации обстановки во всей Центральной Азии и на Кавказе - с непредсказуемыми последствиями. Наконец, Москва рассматривает Тегеран как предсказуемого и надежного партнера, и, соответственно, развивает с ним экономические, политические и даже стратегические отношения. Товарооборот между двумя странами достиг 2 миллиардов долларов в год - 90% от этой суммы составляют российские поставки самолетов, автомобилей и передовых технологий. Если в иракской войне Россия не принимала никакого участия, то начало боевых действий против Ирана может вынудить Москву вмешаться - и не на стороне США.

'Последние действия со стороны Ирана убеждают нас в том, что Иран действительно не намерен производить ядерное оружие, а это значит, что мы будем продолжать сотрудничество во всех сферах, в том числе в сфере ядерной энергетики', - заявил Путин после встречи с секретарем Высшего совета национальной безопасности Ирана Хасаном Роухани (Hassan Rouhani). На этой встрече обсуждались текущие и будущие планы сотрудничества между двумя странами. Успокоило ли Вашингтон заявление секретаря Совета безопасности Российской Федерации Игоря Иванова о том, что Москва намерена придерживаться всех существующих международных норм и обязательств - речь в нем, пусть и косвенно, шла о нераспространении - неизвестно.

Другой болезненный аспект российско-американских отношений связан с будущим стран, входящих в Содружество независимых государств (СНГ). Первая попытка американцев посадить 'своего человека' в президентское кресло одного из таких государств была с успехом осуществлена в Грузии в ноябре 2003 г. Американские политтехнологи умело поставили зрелищный спектакль под вдохновляющим названием 'революция роз', в результате которого бывшего министра иностранных дел СССР Эдуарда Шеварднадзе на посту главы государства сменил 36-летний проамериканский политики Михаил Саакашвили. СМИ раструбили это событие по всему миру как торжество демократии.

Тот же сценарий 'смены режима' повторился прошлой осенью в ходе президентских выборов на Украине. На сей раз все было организовано еще лучше и обставлено еще искуснее. По рекомендации западных специалистов по предвыборным кампаниям украинская оппозиция выбрала своим цветом оранжевый: после этого все заговорили об 'оранжевой революции', и власть в стране досталась проамериканскому кандидату Виктору Ющенко.

В связи с тем, что страны СНГ традиционно представляют собой российскую сферу влияния, попытки американцев создать марионеточные режимы в этих государствах, с их нефтяными богатствами и важным стратегическим расположением, особенно бесят Москву. До сих пор между Москвой и Вашингтоном существовало неписаное соглашение о том, что Россия не будет распространять свое влияние на страны Западного полушария, а США воздержатся от подобных действий на территории бывшего СССР. Утрата влияния в странах СНГ подрывает способность России сохранять за собой статус даже не глобальной, а региональной державы.

Встреча Буша с Путиным в Братиславе, где оба лидера 'обменялись' определениями демократии и свободы, показала, что двум странам еще предстоит договариваться по очень многим вопросам международной политики.