25 марта 2005 года. Сначала была Розовая революция в Грузии, затем ей на смену пришла Оранжевая революция на Украине.

Когда протестующая оппозиция в Киргизстане, на этот раз надевшая розовые и лимонные шарфы, взяла штурмом правительственные здания и вынудила президента Аскара Акаева бежать из страны, впал в агонию еще один коррумпированный режим на прежней советской приграничной территории.

Здесь совершенно явно сработал эффект домино, когда до Средней Азии докатилась серия мирных уличных революций, которые в начале прошлого года стартовали в Грузии, а затем переместились на Украину. Причины волнений в Киргизстане - удивительно красивом, но обедневшем среднеазиатском "стане" - аналогичны тем, которые ранее вызвали протесты в Тбилиси и в Киеве. Во всех этих трех странах недовольство снижающимся уровнем жизни в сочетании с гневом по поводу сфальсифицированных выборов обусловили появление компонентов народного восстания.

Вопрос в том, станет ли Запад приветствовать свержение президента Акаева с таким же безоблачным энтузиазмом, с каким он приветствовал перемены в Грузии и на Украине. На Украине в особенности американцы испытывали удовлетворение от падения режима, который тяготел к России, тогда как пришедший ему на смену режим, совершенно очевидно, намеревается сближаться с Вашингтоном и с Европой.

Киргизстан - другое дело. Здесь Россия и Соединенные Штаты Америки уже достигли, судя по всему, дружеского согласия о разделе влияния - символом именно такого положения дел являются военные базы двух стран, построенные всего в нескольких милях (1 сухопутная миля = 1,609 км) друг от друга. После 11 сентября (2001 года) и Россия, и США стали рассматривать эту маленькую гористую страну как жизненно важную пешку на шахматной доске Средней Азии и как важный пост подслушивания рядом с Афганистаном.

Как в Москве, так и в Вашингтоне существуют опасения, что свержение сильного лидера, который практично установил дружеские отношения с ними обоими, может дестабилизировать этот регион. Конкретно они опасаются того, что вакуум власти или период хаоса в Киргизстане пойдет на пользу остаткам движения Талибан в Афганистане и откроет двери сторонникам "Аль-Каиды", а также прочим исламским радикалам.

Некоторые из этих опасений понятны. Несмотря на всю свою красоту, эта "среднеазиатская Швейцария" представляет собой обедневшее государство, где никогда не существовало ответственного, демократического правительства и не было среднего класса, который бы дожидался за кулисами, когда такое правительство можно будет привести к власти. Как и большинство своих соседей, он этнически разделен, что позволяло режиму Акаева утверждать, что силовая тактика оправдывается необходимостью удерживать под контролем взрывоопасную коллекцию племен.

Жизненно важным является то, что подобные тревоги не позволили заглушить более широкое послание, что демократия является хорошей штукой, даже в таких уголках мира, где ее приход, возможно, стал неожиданным или неудобным.

Хотя в определенных отношениях режим Акаева был несколько лучше, чем в некоторых соседних республиках, это все же был пережиток советских времен, место которому уже много лет назад было в истории. Переизбрание Акаева в президенты ранее в этом году, по мнению большинства независимых наблюдателей, было вопиюще сфальсифицированным. Принимая во внимание авторитарный характер этого режима, оппозиции пришлось выбирать одно из двух: хранить молчание или же выходить на улицы.

Хочется надеяться, что отъезд президента из Бишкека был мирным, и что его сторонники не попытаются помешать проведению подлинно свободных и честных выборов. Запад обязан поддержать этот процесс без всяких ограничений и не разрешать никаким военным или стратегическим соображениям помешать этому.

25 марта 2005 года. Сначала была Розовая революция в Грузии, затем ей на смену пришла Оранжевая революция на Украине.

Когда протестующая оппозиция в Киргизстане, на этот раз надевшая розовые и лимонные шарфы, взяла штурмом правительственные здания и вынудила президента Аскара Акаева бежать из страны, впал в агонию еще один коррумпированный режим на прежней советской приграничной территории.

Здесь совершенно явно сработал эффект домино, когда до Средней Азии докатилась серия мирных уличных революций, которые в начале прошлого года стартовали в Грузии, а затем переместились на Украину. Причины волнений в Киргизстане - удивительно красивом, но обедневшем среднеазиатском "стане" - аналогичны тем, которые ранее вызвали протесты в Тбилиси и в Киеве. Во всех этих трех странах недовольство снижающимся уровнем жизни в сочетании с гневом по поводу сфальсифицированных выборов обусловили появление компонентов народного восстания.

Вопрос в том, станет ли Запад приветствовать свержение президента Акаева с таким же безоблачным энтузиазмом, с каким он приветствовал перемены в Грузии и на Украине. На Украине в особенности американцы испытывали удовлетворение от падения режима, который тяготел к России, тогда как пришедший ему на смену режим , совершенно очевидно, намеревается сближаться с Вашингтоном и с Европой.

Киргизстан - другое дело. Здесь Россия и Соединенные Штаты Америки уже достигли, судя по всему, дружеского согласия о разделе влияния - символом именно такого положения дел являются военные базы двух стран, построенные всего в нескольких милях (1 сухопутная миля = 1,609 км) друг от друга. После 11 сентября (2001 года) и Россия, и США стали рассматривать эту маленькую гористую страну как жизненно важную пешку на шахматной доске Средней Азии и как важный пост подслушивания рядом с Афганистаном.

Как в Москве, так и в Вашингтоне существуют опасения, что свержение сильного лидера, который практично установил дружеские отношения с ними обоими, может дестабилизировать этот регион. Конкретно они опасаются того, что вакуум власти или период хаоса в Киргизстане пойдет на пользу остаткам движения Талибан в Афганистане и отроет двери сторонникам "Аль-Каиды", а также прочим исламским радикалам.

Некоторые из этих опасений понятны. Несмотря на всю свою красоту, эта "среднеазиатская Швейцария" представляет собой обедневшее государство, где никогда не существовало ответственного, демократического правительства и не было среднего класса, который бы дожидался за кулисами, когда такое правительство можно будет привести к власти. Как и большинство своих соседей, он этнически разделен, что позволяло режиму Акаева утверждать, что силовая тактика оправдывается необходимостью удерживать под контролем взрывоопасную коллекцию племен.

Жизненно важным является то, что подобные тревоги не позволили заглушить более широкое послание, что демократия является хорошей штукой, даже в таких уголках мира, где ее приход, возможно, стал неожиданным или неудобным.

Хотя в определенных отношениях режим Акаева был несколько лучше, чем в некоторых соседних республиках, это все же был пережиток советских времен, место которому уже много лет назад было в истории. Переизбрание Акаева в президенты ранее в этом году, по мнению большинства независимых наблюдателей, было вопиюще сфальсифицированным. Принимая во внимание авторитарный характер этого режима, оппозиции пришлось выбирать одно из двух: хранить молчание или же выходить на улицы.

Хочется надеяться, что отъезд президента из Бишкека был мирным, и что его сторонники не попытаются помешать проведению подлинно свободных и честных выборов. Запад обязан поддержать этот процесс без всяких ограничений и не разрешать никаким военным или стратегическим соображениям помешать этому.

Мы также не должны пытаться ограничивать влияние революции Киргизстаном, ибо существует вероятность того, что события, которые разворачиваются в Бишкеке, окажут воздействие на всю Среднюю Азию. Диктаторский режим в Узбекистане, куда большей и более важной стране, должно быть, дрожит от страха.

Всякие колебания с нашей стороны в вопросе одобрения перемен в Киргизстане послали бы продемократическим силам во всем регионе совершенно неправильное сообщение. В Средней Азии подвергается проверке наша собственная приверженность демократии, и мы не должны потерпеть неудачу.

_________________________________________________________

Спецархив ИноСМИ.Ru

Революция тюльпанов в Средней Азии ("Christian Science Monitor", США)

Пожар в Средней Азии ("Liberation", Франция)

Революция в разгаре ("The Times", Великобритания)

Прорыв в Бишкеке ("The New York Times", США)

Еще одно мусульманское домино ("The Wall Street Journal", США)

Прилив демократии ("El Pais", Испания)

В постсоветском видении мира Путина обнаружилась еще одна прореха ("The Guardian", Великобритания)

Подбросьте дров в костер революции ("The New York Sun", США)

Киргизия: 'революция тюльпанов' добралась до столицы ("Liberation", Франция)

Что-то происходит в Средней Азии ("El Mundo", Испания)

Стал автократом - и оказался в положении вне игры ("Berliner Zeitung", Германия)

Беспорядки в Кыргызстане потрясли Среднюю Азию ("United Press International", США)

Власть народа в Киргизстане ("The Economist", Великобритания)

Власти Киргизии пытаются остановить распространение конфликта ("The Wall Street Journal", США)

Киргизский кризис ("Frankfurter Rundschau", Германия)

Милиция усиливает давление на сторонников лимонной революции ("The Times", Великобритания)

Воля народа победит? Возможно ("The Economist", Великобритания)

Киргизия: Массы, которые трудно удержать ("Frankfurter Allgemeine Zeitung", Германия)

Кыргызстан не готов к революции ("The Baltimore Sun", США)

Когда "власть народа" выплескивается наружу ("The Wall Street Journal", США)

Киргизия: Протесты без участия демократов ("Die Tageszeitung", Германия)

Ариэль Коэн: Ждать больше нельзя ("The Wall Street Journal", США)

Киргизская революция движется вперед ("Liberation", Франция)

Еще одно восстание на постсоветском пространстве ("The Washington Post", США)

Киргизия: Восстание отверженных ("Frankfurter Rundschau", Германия)

Уличные протесты ("The Financial Times", Великобритания)

Страх Кремля перед демократией ("Die Presse", Австрия)

Пойдет ли Киргизия по пути Украины? ("Christian Science Monitor", США)

'Режим в Киргизии не способен реформироваться' ("Liberation", Франция)

Спокойная революция ("Liberation", Франция)

А теперь Кыргызстан! ("The Wall Street Journal", США)

_________________________________________________________

Спецархив ИноСМИ.Ru

Революция тюльпанов в Средней Азии> ("Christian Science Monitor", США)

/www.inosmi.ru/translation/218339.html>Пожар в Средней Азии ("Liberation", Франция)

Революция в разгаре ("The Times", Великобритания)

Прорыв в Бишкеке ("The New York Times", США)

Еще одно мусульманское домино ("The Wall Street Journal", США)

Прилив демократии ("El Pais", Испания)

В постсоветском видении мира Путина обнаружилась еще одна прореха ("The Guardian", Великобритания)

Подбросьте дров в костер революции ("The New York Sun", США)

Киргизия: 'революция тюльпанов' добралась до столицы ("Liberation", Франция)

Что-то происходит в Средней Азии ("El Mundo", Испания)

Стал автократом - и оказался в положении вне игры ("Berliner Zeitung", Германия)

Беспорядки в Кыргызстане потрясли Среднюю Азию ("United Press International", США)

Власть народа в Киргизстане ("The Economist", Великобритания)

Власти Киргизии пытаются остановить распространение конфликта ("The Wall Street Journal", США)

Киргизский кризис ("Frankfurter Rundschau", Германия)

Милиция усиливает давление на сторонников лимонной революции ("The Times", Великобритания)

Воля народа победит? Возможно ("The Economist", Великобритания)

Киргизия: Массы, которые трудно удержать ("Frankfurter Allgemeine Zeitung", Германия)

Кыргызстан не готов к революции ("The Baltimore Sun", США)

Когда "власть народа" выплескивается наружу ("The Wall Street Journal", США)

Киргизия: Протесты без участия демократов ("Die Tageszeitung", Германия)

Ариэль Коэн: Ждать больше нельзя ("The Wall Street Journal", США)

Киргизская революция движется вперед ("Liberation", Франция)

Еще одно восстание на постсоветском пространстве ("The Washington Post", США)

Киргизия: Восстание отверженных ("Frankfurter Rundschau", Германия)

Уличные протесты ("The Financial Times", Великобритания)

Страх Кремля перед демократией ("Die Presse", Австрия)

Пойдет ли Киргизия по пути Украины? ("Christian Science Monitor", США)

'Режим в Киргизии не способен реформироваться' ("Liberation", Франция)

Спокойная революция ("Liberation", Франция)

А теперь Кыргызстан! ("The Wall Street Journal", США)