'Люди ничего не знают о моей республике. Они не знают ее правильного названия. Они даже не знают, что такая существует', - жаловалась Роза Отунбаева, когда стала послом своей страны в Вашингтоне. Киргизстан (Кыргызстан или Киргизия) был на географических картах белым пятном, и за более чем десять лет в этом мало что изменилось. Киргизстан был, пожалуй, одним из самых вероятных мест для свершения демократической революции в Средней Азии уже по той причине, что никто не обращал внимания на небольшую страну, расположенную между Китаем и Казахстаном. Однако Отунбаева теперь входит в число лидеров оппозиции, которые после продолжавшихся неделю протестов против последних парламентских выборов взяли в результате дерзких действий власть в столице республики Бишкеке и совершили переворот, который вызовет шок у автократических режимов Средней Азии.

Между тем, эта 'киргизская весна' стала третьим этапом демократизации в бывших советских республиках. Киргизия после 'Революции роз' в Грузии в ноябре 2003 года и 'Оранжевой революции' спустя год на Украине стала ареной пока в целом бескровного демократического бунта. События в Киргизстане окончательно подтверждают, что революции в СНГ, Содружестве независимых государств, которым дирижирует Москва, можно экспортировать. Народный протест против сфальсифицированных выборов ширился при масштабной поддержке западных средств массовой информации настолько стремительно, что название нового бунта стало известно еще до того, как в Киргизстане раздался первый возглас недовольства: 'Революция тюльпанов', так она должна называться, если исходить из эмблемы и желтого цвета, используемого спешно созданной молодежной организации протеста КелКел (KelKel).

В конечном счете, цветы не сыграли никакой роли: слишком быстро пал режим клана главы государства Аскара Акаева, слишком разрозненными были акции протеста в городах, очень не хватает политической индивидуальности оппозиционным группам, которые, совершенно иначе, чем в Грузии и на Украине, не смогли договориться о едином лидере. Но лидеры оппозиции - почти все они бывшие министры и люди из близкого окружения свергнутого главы государства - нашли своего самого верного помощника в лице самого Акаева. Если бы в начале недели Акаев попытался начать переговоры со своими политическими противниками, и, что не менее важно, подал бы сигнал готовности пойти на уступки демонстрантам, отрезанным от оппозиции в столице, то он, быть может, сохранил свой пост.

Для соседей Киргизстана, автократов Ислама Каримова (Узбекистан), Сапармурата Ниязова (Туркменистан), Нурсултана Назарбаева (Казахстан) и Имомали Рахмонова (Таджикистан), свержение Акаева - плохая новость. И тем более для их подданных, которых теперь могут ожидать еще более жесткие репрессии. Поскольку из примера 60-летнего Акаева, отнюдь не коммунистического функционера, а бывшего врача, который долгое время возглавлял сравнительно либеральный режим в регионе, автократы могут извлечь только один урок: даже ограниченный политический плюрализм и международные неправительственные организации в состоянии вызвать переворот.

Но это не вся правда. Акаев растерял свой первоначальный капитал, поскольку за 14 лет правления так и не смог вывести свою страну из состояния стагнации, зато позволил наживаться на приватизации бывших советских предприятий своему семейному клану. Оппозиционные политики протестовали в столице против фальсификации результатов парламентских выборов, народ - против нужды.

Какое правительство теперь поставит революционеров на ноги, неизвестно. Во всяком случае, режиссеры имеются: Россия и США в рамках негласного кондоминиума закрепились в стране и содержат там военные базы. И Россия, и США будут оказывать влияние на 'киргизскую весну' в своем духе.

_________________________________________________________

Спецархив ИноСМИ.Ru

Эдил Байсалов: Народ был вынужден захватить власть ("Liberation", Франция)

Испытание для демократии ("The Independent", Великобритания)

Революция тюльпанов в Средней Азии ("Christian Science Monitor", США)

Пожар в Средней Азии ("Liberation", Франция)

Революция в разгаре ("The Times", Великобритания)

Прорыв в Бишкеке ("The New York Times", США)

Еще одно мусульманское домино ("The Wall Street Journal", США)

Прилив демократии ("El Pais", Испания)

В постсоветском видении мира Путина обнаружилась еще одна прореха ("The Guardian", Великобритания)

Подбросьте дров в костер революции ("The New York Sun", США)

Киргизия: 'революция тюльпанов' добралась до столицы ("Liberation", Франция)

Что-то происходит в Средней Азии ("El Mundo", Испания)

Стал автократом - и оказался в положении вне игры ("Berliner Zeitung", Германия)

Беспорядки в Кыргызстане потрясли Среднюю Азию ("United Press International", США)

Власть народа в Киргизстане ("The Economist", Великобритания)

Власти Киргизии пытаются остановить распространение конфликта ("The Wall Street Journal", США)

Киргизский кризис ("Frankfurter Rundschau", Германия)

Милиция усиливает давление на сторонников лимонной революции ("The Times", Великобритания)

Воля народа победит? Возможно ("The Economist", Великобритания)

Киргизия: Массы, которые трудно удержать ("Frankfurter Allgemeine Zeitung", Германия)

Кыргызстан не готов к революции ("The Baltimore Sun", США)

Когда "власть народа" выплескивается наружу ("The Wall Street Journal", США)

Киргизия: Протесты без участия демократов ("Die Tageszeitung", Германия)

Ариэль Коэн: Ждать больше нельзя ("The Wall Street Journal", США)

Киргизская революция движется вперед ("Liberation", Франция)

Еще одно восстание на постсоветском пространстве ("The Washington Post", США)

Киргизия: Восстание отверженных ("Frankfurter Rundschau", Германия)

Уличные протесты ("The Financial Times", Великобритания)

Страх Кремля перед демократией ("Die Presse", Австрия)

Пойдет ли Киргизия по пути Украины? ("Christian Science Monitor", США)

'Режим в Киргизии не способен реформироваться' ("Liberation", Франция)

Спокойная революция ("Liberation", Франция)

А теперь Кыргызстан! ("The Wall Street Journal", США)