Бишкек (Кыргызстан). - Тысячи протестующих, многие из которых приехали с юга на автобусах, а некоторые вооружены камнями и палками, обратили в бегство президента, который правил ими 14 лет, и последовали примеру Украины и Грузии, совершив еще одну преимущественно мирную революцию на задворках Москвы.

 

Невероятно быстрая смена режима повергла столицу центрально-азиатской республики в нестабильное состояние хаоса и эйфории, удивив даже самих протестующих. Некоторые праздновали на седьмом этаже президентского дворца, сидя в кресле президента Аскара Акаева, попивая вино из его кухни и примеряя его галстуки. Изменения немедленно стали проблемой для шаткого союза оппозиционных лидеров, которые отчаянно пытались организовать правительственную власть, в то время как мародеры воспользовались отсутствием на улицах полиции.

 

События в Кыргызстане встревожили власти близлежащего богатого нефтью региона, расположенного к югу от России и западу от Китая, где лидеры-автократы Казахстана, Узбекистана и других стран тоже столкнулись с народной оппозицией различной степени. В результате эта страна, населенная пятью миллионами человек, преимущественно мусульманами, нанесла новый удар по влиянию президента России Владимира Путина на постсоветском пространстве.

 

Падение еще одного правительства, пользовавшегося молчаливой поддержкой Москвы, указывает на неспособность Кремля угнаться за демократическими движениями в своем тылу. Киргизская революция лишь усилит опасения Кремля, что восстания в бывших советских республиках приведут к дестабилизации самой России.

 

Дополнительной сюжетной линией стала роль неправительственных организаций, спонсируемых в основном США. Некоторые из них связаны с украинскими и грузинскими объединениями. Они помогли оппозиции, предоставив доступ к независимым СМИ и наблюдателей, прошедших подготовку на Западе.

 

Ситуация необычна тем, что у США и России в киргизской столице есть военные базы, причем американская является основным центром снабжения войск в Афганистане и была создана с разрешения Акаева. Скорее всего, любой преемник президента попытается наладить хорошие отношения и с Москвой, и с Вашингтоном.

 

Вчерашние события стали драматичным окончанием правления президента Акаева, который сам пришел к власти в результате так называемой 'шелковой революции' в 1990 и считался лучшей демократической надеждой молодого государства. Сначала он провел в Кыргызстане важные экономические преобразования и принес стране свободы, равным которых не было в авторитарных соседних государствах. Но постепенно сам Акаев становился все более авторитарным, и в обществе росло недовольство им и его семьей, которая, как полагают, контролировала многие прибыльные компании и отрасли.

 

Возмущение его правлением достигло критической отметки в этом месяце, когда в результате парламентских выборов, которые те же наблюдатели, что критиковали выборы на Украине, назвали фальсифицированными, в законодательный орган прошли в основном проправительственные кандидаты и возникла вероятность того, что Акаев останется на посту и после октября этого года, когда истекает конституционный срок его пребывания у власти. Прошлой ночью было неясно, куда он бежал с семьей. В различных сообщениях говорилось, что он прилетел то ли в Казахстан, то ли в Россию, а США заявили, что доказательств его отъезда нет.

 

Тем временем национальный суд распустил недавно избранный парламент и восстановил прежний состав, который избрал лидера ведущей оппозиционной группы, бывшего премьер-министра Курманбека Бакиева, и.о. премьер-министра и человеком, наиболее способным объединить протестующих. Феликс Кулов, выдающийся лидер оппозиции, которого администрация Акаева в 2000 году бросила в тюрьму по сомнительным обвинениям в коррупции, был освобожден и возглавил правоохранительную систему.

 

США не отважились приветствовать события. Но после доклада президенту Бушу госсекретарь Кондолиза Райс (Condoleezza Rice) заявила, что демократия в Кыргызстане может добиться успеха, если политические перемены не будут сопровождаться насилием. 'Это не произойдет в один день, - сказала она. - Если мы нормализуем ситуацию. . . подтолкнем различные партии Кыргызстана к процессу, который затем приведет к избранию правительства и продвижению демократии вперед, это будет очень хорошо'.

 

День начался обманчиво спокойно. В 9 утра протестующие начали собираться у наркологического диспансера на окраине столицы. В самом диспансере, доктор Женишбек Назаралиев, известный критик режима, сидел в своем кабинете, прислонив к стене автомат. 'Мы должны применить шок и сделать упор на объединении нации', - заявил он, используя медицинскую терминологию.

 

Тем временем лидеры оппозиции собирались на крыше диспансера, а люди с желтыми и розовыми знаменами - на улице. Многие приехали с юга страны, где силы оппозиции после столкновений с полицией захватили власть в двух ключевых городах. Протестующих собралось несколько тысяч, и они отправились в 40-минутное шествие к главному правительственному зданию в центре города.

 

Там уже стояли полицейские в шлемах и со щитами. Толпа начала швырять большие камни и палки. Несколько человек с той и другой стороны получили травмы, но убитых не было. Полиция так и не открыла огонь, несмотря на озвученные ранее предупреждения некоторых правительственных чиновников о возможности применения силы. Позже стражи порядка сообщили, что у них не было соответствующего приказа.

 

Когда демонстранты прорвались за забор здания, они столкнулись с армией. 'Успокойся, сестра!' - сказал командующий гарнизоном генерал Абдигул Чотбаев демонстрантке, которая предложила ему уйти в отставку. Несколько минут спустя солдаты отступили перед неукротимой толпой, которая пробилась к главному входу и бросала камни в окна. Многие начали мародерствовать, забирая все, от печенья и солдатских котелков до компьютеров и сувениров на память о режиме; кто-то пытался остановить хаос, напоминая, что они грабят и разрушают собственность, которая понадобится новому правительству.

 

К президентскому дворцу людей привели разные причины - растущая нищета, недовольство президентом, который, казалось, все больше отдалялся от своего народа, чистое любопытство и адреналин революции. Один из протестующих, инженер из Бишкека Бакыт Мурзалиев, сказал, что восемь месяцев не получал свою мизерную зарплату, 40 долларов в месяц.

 

На седьмом этаже в хорошо обставленном офисе Акаева люди по очереди фотографировались в кресле президента. 'Хотите вина?' - спросил молодой мужчина, держа в руках две бутылки. Сотрудник президентской администрации, оставшийся после бегства коллег, сказал, что полиции и армии были даны специальные указания не открывать огонь. 'У нас достаточно боеприпасов, чтобы убить тысячи, - заявил охранник Евгений Разинкин, дежуривший у кабинета Акаева. - Но мы присягали народу, конституции, а не президенту'.

 

Массовое отступление полиции выманило на улицы мародеров. В популярном супермаркете 'Бета-Сторес', торгующем всем, от продуктов до турецких ковров и кухонных плит, сотни мародеров выбили стекла и начали выносить товары. Кругом витал запах разлитых моющих средств и растоптанного печенья. 'Хотите трусы, оптом?' - спросил мужчина, держа в руках ворох нижнего белья. Внутри магазина Максуд Мамбеков с друзьями тщетно пытался остановить грабеж. 'Мы никогда не думали, что дойдет до этого, - сказал он. - Мы только хотели отставки Акаева'.

 

Тем временем лидеры оппозиции, включая Бакиева и бывшего министра иностранных дел Розу Отунбаеву, провели чрезвычайное заседание. В отличие от похожих революций в Грузии и на Украине, в Кыргызстане нет единого лидера оппозиции, способного сплотить нацию. Но Бакиев считается умеренным, он по-прежнему общается с членами правительства Акаева и, вероятно, может объединить политические фракции страны и восстановить общественный порядок. Парламент назначил другого оппозиционера, Ишенбая Кадырбекова, и.о. президента. В соответствии с прежним государственным устройством страны больше всего полномочий было у президента. Как будут распределены функции в новой системе, пока неясно.

 

Прошлой ночью лидеры оппозиции обратились к полиции и военным, надеясь, что к утру те вернутся на улицы, чтобы положить конец мародерству.

 

В прошлом месяце Бакиев посетил Москву, чтобы заверить Кремль, что киргизская оппозиция не настроена против России. В отличие от Грузии и Украины весь политический спектр Кыргызстана в целом согласен с необходимостью поддерживать дружеские отношения с Россией, исторической союзницей, где сейчас работают многие киргизы. Недавно Бакиев заявил в интервью, что поддерживает идею двойного гражданства для Кыргызстана и России, за которую выступают и некоторые сторонники Акаева.

 

Но революция в Бишкеке еще больше повредила репутации Путина, пришедшего к власти с обещанием восстановить величие России, но застигнутого врасплох движениями, свергшими правительства в Грузии и на Украине. Во вторник российский МИД выразил беспокойство по поводу нарастающих протестов в Кыргызстане, заявив, что 'экстремистским силам' нельзя позволить подорвать власть киргизского правительства.

 

Но, очевидно, украинский опыт несколько вразумил Кремль, и он не пытался так же сильно вмешиваться в дела Кыргызстана. Путин публично не комментировал и не одобрял результаты выборов, которые привели к протестам. Недавно Путин попытался возродить слабеющий авторитет Москвы в бывших советских республиках, предложив создать Единое экономическое пространство, в которое должны войти Казахстан, Россия, Белоруссия и Украина. Киев на предложение ответил холодно.

 

Директор российского Центра политических технологий Игорь Бунин считает, что сейчас Москва может отказаться от попыток повлиять на события на постсоветском пространстве. Но свержение киргизского правительства может сказаться и на самой России, поскольку все более страдающий паранойей Кремль старается подавить и без того агонизирующую отечественную оппозицию. 'Путин может начать наступление на демократию в России, чтобы помешать повторению здесь [украинской] 'Оранжевой революции' и ее последствий', - говорит он.

 

В написании статьи участвовали Алан Каллисон (Alan Cullison), Нил Кинг (Neil King) и Гай Чазан (Guy Chazan).