Россия планировала, что, став страной-председателем 'Группы Восьми', она с фанфарами вернется на международную арену как одна из ведущих мировых держав. Однако саммит 'Большой восьмерки', проведение которого намечено на июль в Санкт-Петербурге, вполне может обернуться конфузом.

После того, как вице-президент США Дик Чейни (Dick Cheney) недавно выступил с резкой критикой ситуации с демократией в России и призвал президента Джорджа Буша использовать свой приезд на саммит в качестве возможности надавить на Россию, московская власть пришла в беспокойство и опасается, что трения между странами могут бросить тень на само это событие.

- Сейчас сложилась не самая лучшая атмосфера, и, по моим ожиданиям, она не слишком улучшится, - заявил на этой неделе российский уполномоченный по связям с 'Большой восьмеркой' Игорь Шувалов. По его словам, есть угроза, что в глазах наблюдателей негативный образ России на Западе затмит инициативы, выдвигаемые Москвой в таких важнейших областях, как энергетическая безопасность.

Однако, как считает Андрей Илларионов, в декабре прошлого года ушедший в отставку с поста главного советника президента Владимира Путина по экономике и с тех пор не жалеющий слов для критики Кремля, Россия во многом сама виновата в том, что происходит.

В интервью FT Илларионов, занимавший пост представителя России в 'Большой восьмерке' до Шувалова, заявил, что Москва в последние несколько месяцев развязала с США 'прохладную войну'.

Ее кульминацией стало послание президента Путина парламенту, в котором он вообще не упомянул 'Большую восьмерку', но много говорил о необходимости восстановления военной мощи России и назвал США "товарищем волком", который "кушает и никого не слушает". По словам Путина, 'говорить о конце гонки вооружений преждевременно'.

По словам Илларионова, это выступление стало логическим завершением серии публичных заявлений, сделанных представителями России. Серия эта говорит о том, что Москва взяла курс на конфронтацию.

Сначала в январе, после того, как власть пошла войной против неправительственных организаций, которые в Кремле назвали инструментом иностранных разведслужб, Сергей Иванов, министр обороны России и один из претендентов на пост президента после Путина, опубликовал статью, в которой написал, что одна из главнейших угроз безопасности России - 'вмешательство во внутренние дела России со стороны иностранных государств, напрямую либо через поддерживаемые ими структуры'.

Затем в свет вышла жесткая статья министра иностранных дел Сергея Лаврова, в которой он утверждал, что интересы России больше не совпадают с интересами США.

Сегодня трения между Россией и США уже вышли за пределы чистой риторики. В особенности это заметно по ситуации, сложившейся вокруг ядерной программы Ирана. В апреле Россия отказалась удовлетворить просьбу США воздержаться от продажи Ирану ракет ПВО 'Тор-М1', которые могут укрепить способность Ирана противостоять американским воздушным ударам, и начала процесс передачи 29 ракет (так в тексте - прим. перев.). При этом Россия всячески разжигала спор с Европейским Союзом по поводу методов использования Россией своих энергоресурсов. Начались разногласия с ЕС еще в январе, когда огромная российская газовая монополия 'Газпром', не договорившись с Украиной о ценах на топливо, отключила поставки газа в эту страну.

Представители 'Газпрома' - как и сам Владимир Путин - заявили, что в ответ на выступление председателя Европейской комиссии Жозе Мануэла Баррозу (Jose Manuel Barroso), которое президент России расцененил как угрозу того, что для ограничения доли рынка, которую будет занимать 'Газпром' в Европе, будет использовано антимонопольное законодательство, газ, добываемый сверх нынешнего объема, Россия будет продавать Китаю.

Илларионов считает, что тем самым Россия как бы говорит: саммит 'Большой восьмерки' либо будет проходить на ее условиях, либо не будет проходить вообще.

Россия, заявил Илларионов, 'хочет, чтобы другие члены 'восьмерки' приветствовали ее как новую энергетическую супердержаву, а не критиковали за отступление от демократических норм и запугивание соседних стран'.

Когда Россию пригласили войти в тогда еще 'Большую семерку', это был аванс, выданный ей за сотрудничество с Западом. Однако, судя по нынешнему враждебному поведению Москвы, Кремль, по мнению бывшего советника Путина, больше не дорожит председательством в 'Группе Восьми'.

В то же время, представители Кремля заявляют, что подготовка к саммиту продолжается по плану, и основное внимание уделяют приоритетной для России тематике.

Шувалов и руководитель администрации Кремля Сергей Собянин объясняли, что неделю назад Путин ни словом ни обмолвился о 'Большой восьмерке' потому, что его выступление было посвящено долгосрочной стратегической программе России, а не обсуждению текущих вопросов, и добавили, что в послании было немало ссылок на выдвинутые Россией в рамках 'Большой восьмерки' приоритетные проблемы, в частности энергетическую безопасность и борьбу с инфекционными заболеваниями.

Как утверждают кремлевские чиновники, слова Путина стали сдержанным ответом на речь Чейни; Собянин в беседе с журналистами сказал, что пассаж о 'товарище волке' был аллегорическим, и президент 'не имел в виду никакую конкретную страну'.

Однако, как заключает Илларионов, "в то время как для других стран председательство в 'Большой восьмерке' - это возможность для сотрудничества по вопросам общих стратегий, позиция России по отношению к этому клубу подчеркивает ее разногласия с 'Большой семеркой'".

____________________________________________________________

Россия стремится растопить "ледяную" риторику ("The Times", Великобритания)

Обед и разговор с Путиным ("The Financial Times", Великобритания)

Кончина "Большой восьмерки" ("The Washington Post", США)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.