Мы встретились с Борисом Акуниным в его красивом подмосковном доме. Автор исторических детективов, переводимых во всем мире, признался, что теперь он боится. Настоящее имя Акунина - Григорий Чхартишвили, он грузин по происхождению, сын советского офицера, служившего в Москве после окончания Второй мировой войны. Новая антигрузинская истерия, развязанная Кремлем, не может его не беспокоить. 'Я никогда не чувствовал себя грузином, а сейчас меня заставляют вспомнить о моем происхождении. Я даже допускаю, что при царящей ныне атмосфере какой-нибудь дурак примется за меня или за мои книги', - вздыхает Акунин, чей издатель недавно был вызван для беседы в правоохранительные органы.

- Кому принадлежит Ваше сердце в этом конфликте?

- В Грузии я провел всего один месяц после рождения и взрослым был там лишь один раз. Я прожил всю свою жизнь в Москве, я русский, принадлежу к русской культуре. Спрашивать меня про Грузию - все равно, что просить у Александра Дюма прокомментировать политическую ситуацию на Гаити. Но именно как русский человек я хочу сказать, насколько я обеспокоен и встревожен одиозной политикой, проводимой Москвой. Из бутылки выпустили джина ксенофобии, и теперь не просто будет заточить его обратно. А государство, которое должно сдерживать распространение этого микроба расизма и межнациональной розни, сегодня только подливает масло в огонь. Противно смотреть, с каким усердием российская милиция пользуется предоставленным ей карт-бланшем, чтобы дать волю своей ксенофобии, осуществлять рейды на рынках и придираться к грузинам, чтобы получить с них бакшиш. Таким образом создается атмосфера протофашизма.

- Для Вас это явилось неожиданностью?

До сегодняшнего дня я хотел оставаться в стороне от политики. Я не вмешивался во время Норд-Оста (захват чеченскими боевиками заложников в московском театре в 2002 году - прим. Liberation), во время процесса 'ЮКОСа' (и олигарха Ходорковского, который осмелился противостоять Путину - прим. Liberation). Этот процесс ярко продемонстрировал, что уважению к закону пришел конец. Администрация Путина с помощью дела 'ЮКОСа' наглядно показала, как можно разграбить предприятие. С тех пор это стало национальным видом спорта: на всех уровнях можно наблюдать беззаконные рейды, совершаемые с целью завладеть имуществом тех, кто не подчиняется правилам. . . Но на этот раз я не могу молчать, потому что разжигается межнациональный конфликт. Создается образ 'гадкого грузина', который вскоре может распространиться на всех кавказцев в целом. ..

- Как бы Вы объяснили этот кризис?

- После ампутации какой-либо части тела человек все еще продолжает чувствовать, как она болит. Россия никак не может привыкнуть к мысли, что Грузия для нее потеряна (присоединенная к Российской империи в 1801 году Грузия обрела независимость в 1991 году благодаря распаду СССР - прим. Liberation), что сама она уже больше не империя, не одна из двух великих мировых держав. Путин ведет себя, как император Калигула, который предпочитал, чтобы его больше боялись, чем любили. Примитивнейший инфантильный 'мачизм' в действии. Мы перекрываем газ, мы перекрываем дороги. . . и мы покажем этим грузинам и всему миру, что самые сильные - это мы! Трагедия заключается в том, что эта политика еще больше отталкивает от нас Грузию и других соседей. С такой политикой в друзьях у России останутся только авторитарные режимы - Туркменистан, Узбекистан, Беларусь.

- Провокации со стороны президента Грузии сыграли в этом конфликте какую-нибудь роль?

- Я бы не сказал, что я особенно симпатизирую грузинской политике. Но Грузия - маленькая страна, которая не претендует на членство в 'большой восьмерке' и на роль великой мировой державы, которой является Россия. Чем больше страна, тем большую ответственность ей приходится брать на себя. К сожалению, поведение Соединенных Штатов также нельзя назвать конструктивным. Поскольку они играют роль мирового жандарма, складывается такое ощущение, что Россия говорит себе: я тоже хочу быть шерифом, мы же не хуже американцев. . .

- Почему Вы взяли русский псевдоним?

- Свои романы я издаю под именем Бориса Акунина, а мои эссе - под именем Григория Чхартишвили. До сегодняшнего дня в России к грузинам хорошо относились. В советскую эпоху трудности были у евреев или немцев, но у грузин проблем не возникало. Все-таки этой страной в течение тридцати лет руководил грузин, Сталин. Без сомнения, он в первую очередь был приверженцем идеи Великой России, но под его влиянием вся советская пропаганда, особенно фильмы, представляли грузина как симпатичного малого, который любит петь и танцевать. Я не могу припомнить ни одну классическую советскую кинокартину, где бы грузин был отрицательным персонажем: в этом бы сразу же усмотрели выпад против Сталина. Договор 1801 года о вхождении Грузии в состав Российской империи позволил грузинской знати стать частью русского дворянства, благодаря чему в России появилось много грузинских князей. . . Россию и Грузию исторически связывают тысячи нитей, которые сегодня бессмысленно разрушают.

______________________________________________________

Борис Акунин: 'В России невозможно заставить уважать свои права' ("Le Figaro", Франция)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.