Текст публикуется с любезного разрешения редакции 'Project Syndicate'

Существует мудрая американская поговорка: 'Если вы находитесь в яме, перестаньте копать'. Правительства шести стран, рассматривающие сегодня следующие шаги по предотвращению разработки Ираном ядерной бомбы - пять постоянных членов Совета Безопасности ООН и Германия - должны прислушаться к этому совету. В противном случае они могут потерять все рычаги контроля над ядерной программой Ирана и оказаться перед лицом единственного и бесполезного варианта - военного удара.

Однако правительства шести государств, похоже, твердо намерены продолжать свою нынешнюю стратегию. Их условием для переговоров с Ираном является остановка деятельности по обогащению урана. Только в обмен на полный отказ Ирана от обогащения урана они готовы предложить значительные компенсации от снятия санкций и торговых ограничений до гарантий безопасности.

Эта стратегия не была и не будет успешной. Согласно Договору о нераспространении ядерного оружия, из которого Иран пока еще не выходил, страны имеют право заниматься обогащением урана в гражданских целях, и Иран утверждает, что именно это он и делает. Надо отметить, что полная остановка Ираном своей программы обогащения урана была бы желательна, особенно принимая во внимание то, что его правительство скрывало эту деятельность от инспекторов в течение двух десятилетий, что предполагает наличие не только гражданских целей.

Но вопрос обогащения оказался раздут до такой степени, что превратился в символ национального суверенитета в Иране, и теперь ни одно правительство, а не только нынешняя администрация Ахмадинежада, не сможет отступить от него. Действительно, когда Совет Безопасности ООН формально потребовал остановить программу обогащения урана и наложил мягкие санкции в декабре прошлого года, ответом Ирана было расширение деятельности по обогащению урана.

Так что же можно сделать сейчас? Администрация Буша, как и можно было ожидать, настаивает на новых более жестких санкциях на основе предупреждения, содержащегося в предыдущей резолюции ООН, и утверждает, как и перед вторжением в Ирак, что на карту поставлено доверие к ООН. Но единственным настоящим тестом доверия к ООН в этом конфликте будет успех действий по ограничению ядерной программы Ирана исключительно гражданскими целями.

Если Совет Безопасности не сможет достичь соглашения по новым санкциям, что вполне вероятно, принимая во внимание возражения Китая и России, он покажет себя 'бумажным тигром'. Если, с другой стороны, он выработает соглашение о дополнительных экономических и возможно даже военных мерах, доверие к ООН будет зависеть от того, заставят ли эти шаги Иран пойти на уступки.

Последнее, однако, маловероятно. Более жесткие экономические санкции не заставят Иран выполнить требования Совета Безопасности. Наоборот, санкции только ударят по торговым партнерам этой богатой нефтью и газом страны. Дальнейшие угрозы только направят международное сообщество по спирали эскалации и, возможно, подтолкнут его к военным действиям.

В окружении Буша однако есть те, кто только этого и желает. В то время как даже массированный воздушный удар не сможет уничтожить все ядерные установки Ирана и, более того, оставит нетронутыми новые технологии, он может замедлить программу на некоторое время и послужить предупреждением другим потенциальным распространителям ядерного оружия. Но это рискованная игра.

Сегодня Иран заявляет, что желает соблюдать Договор о нераспространении ядерного оружия и что не намеревается создавать ядерную бомбу. После военного удара со стороны США, эти обещания станут историей.

Если правительства шести стран желают избежать спирали эскалации и сдержать динамику распространения ядерного оружия, они должны изменить свою стратегию и цели. Вместо того, чтобы делать остановку программы обогащения урана своей главной целью, их основной задачей должно стать установление как можно большего контроля над деятельностью Ирана: если Иран хочет продолжать обогащение, то так тому и быть, но он должен согласиться на интрузивные международные инспекции.

Это сделка, на которую давно намекают сами иранцы. Шестерка отказалась рассматривать этот вариант, потому что проверки не могут предоставить абсолютной гарантии неиспользования обогащенного урана в военных целях. Но как сверхдержавы поняли во время холодной войны, отсутствие абсолютных гарантий не делает инспекции бесполезными. Они все равно приведут к более значительным ограничениям иранской программы, чем в настоящее время. Такое соглашение также открыло бы дорогу для более широкого соглашения между Ираном и Западом, направленного на сотрудничество и поддержание стабильности в регионе.

Именно поэтому Шестерка должна прекратить рыть себе яму. Вместо формулирования новых санкций для Совета Безопасности ООН они должны использовать следующие несколько месяцев для конфиденциального выяснения того, какой уровень ограничений в сочетании с инспекциями и контролем может быть приемлемым для Ирана в обмен на беспрепятственное обогащение урана.

Конечно, Шестерка должна оставить себе возможность принятия более жестких резолюций как стимул для компромисса со стороны Ирана. Но те, кто сегодня призывает Совет Безопасности к осуждению поведения Ирана должны учитывать две вещи: едва ли оно возымеет эффект, и США уже использовали подобные резолюции как предлог для начала односторонних военных действий.

Кристоф Бертрам - бывший директор Германского института международных отношений и безопасности в Берлине.

_____________________________________

Copyright: Project Syndicate, 2007.

Перевод с английского - Евгения Унанянц

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.