ЗАКОПАНЕ (Польша). - Что ж, теперь это уже не частное, а государственное дело. Семья Александра Литвиненко, развернувшая при поддержке одного из заклятых врагов Владимира Путина шумную кампанию за привлечение к ответственности виновного в преднамеренном отравлении бывшего российского шпиона на британской территории, может теперь занять места в зрительном зале. Нас ждет баталия между двумя государствами - Британией и Россией; Лондон требует от не склонной к сотрудничеству Москвы выдать ему российского гражданина Дмитрия Лугового [так в тексте. На самом деле имя Лугового - Андрей - прим. перев.], подозреваемого в убийстве Литвиненко в Лондоне в ноябре прошлого года с помощью радиоактивного полония-210.

Линия фронта в этом юридическом сражении обозначилась вчера, когда британская прокуратура призвала выдать Лугового, чтобы предъявить ему обвинение в 'особо тяжком преступлении' - убийстве его бывшего коллеги по спецслужбе. Россияне, как и ожидалось, тут же заявили, что договора об экстрадиции российских граждан, обвиняемых в преступлениях, совершенных за рубежом, у Москвы с Британией не существует, да и в любом случае это запрещает конституция страны.

Впрочем, процессуальными разногласиями дело не ограничивается: назревает серьезный конфликт между двумя странами, которым после убийства Литвиненко полгода назад удавалось избежать существенного ухудшения политических взаимоотношений. Кремль обвинял британские СМИ в истерических обвинениях в адрес Кремля и лично Путина, но при этом неизменно подчеркивал, что межгосударственные отношения с Британией по-прежнему развиваются нормально, и этот скандал на них никак не отразился. Официальные опровержения британских властей в связи с утверждениями о том, что министр иностранных дел Маргарет Беккет (Margaret Beckett) оказывала давление на Королевскую прокуратуру, лишь подчеркивает, сколь многое здесь поставлено на карту в политическом плане.

Дело в следующем: если Россия будет и дальше отказываться сотрудничать по 'делу Литвиненко', в отношениях между двумя странами на долгое время наступит серьезное охлаждение. Причем Британия в этом смысле не одинока - напряженность между Западом и все более напористой Россией привела к эскалации враждебной риторики, невиданной со времен 'холодной войны'. В понедельник, в ходе семинара по вопросам европейской безопасности, состоявшегося на польском горном курорте Закопане, министру иностранных дел Польши Анне Фотыге (Anna Fotyga) задали вопрос, происходит ли в России откат от демократии, и представляет ли она угрозу для Центральной Европы. 'Искренне надеюсь, что вы ошибаетесь. Но это лишь надежда', - мрачно ответила она.

Признаки охлаждения уже налицо: Россия обвиняет Британию в том, что она предоставляет убежище ее врагам, например, Борису Березовскому - бывшему работодателю г-на Литвиненко, который недавно призвал к 'насильственному свержению' путинской администрации. Когда российская прокуратура начала собственное расследование отравления Литвиненко и ее представители вылетели в Лондон, чтобы побеседовать с г-ном Березовским, их, по словам олигарха, интересовало не столько само убийство, сколько сведения о его банковских счетах. Российские власти добиваются выдачи Березовского, обвиняя его в мошенничестве. Кроме того, Москве не удалось получить согласия на экстрадицию 'террориста' Ахмеда Закаева - официального представителя чеченских мятежников, также входящего в 'ближний круг' Березовского.

Тем временем в адрес Кремля, получающего рекордные нефтяные доходы, звучат обвинения в использовании нефтегазовых поставок в качестве 'оружия' против торговых партнеров, а также нарушении прав человека и наступления на политические свободы граждан в преддверии предстоящих в будущем году президентских выборов. В России до сих пор не раскрыты убийства 13 журналистов - в том числе редактора журнала Forbes Russia, американского гражданина Пола Хлебникова, и специалиста по журналистским расследованиям Анны Политковской. Тридцатитрехлетняя журналистка Елена Трегубова, автор бестселлера, вызвавшего недовольство Кремля, не желая пополнить этот мрачный список, бежала в Лондон и попросила там политического убежища.

Не далее как в прошлую пятницу Путина подвергли критике за нарушения прав человека германский канцлер Ангела Меркель и председатель Еврокомиссии Жозе Мануэл Баррозу (Jose Manuel Barroso), прибывшие в Поволжье на саммит 'Россия-ЕС'. Поводом для этого стало задержание властями чемпиона мира по шахматам Гарри Каспарова, который намеревался возглавить 'Марш несогласных' в городе по соседству с местом проведения саммита.

На той же неделе Путин вел непростые переговоры с приехавшим в Москву госсекретарем США Кондолизой Райс (Condoleezza Rice); она отрицала, что между двумя странами развернулась новая 'холодная война'. 'Я не бросаюсь такими словами, как 'новая холодная война'', - заявила г-жа Райс; будучи советологом, она хорошо помнит те времена, когда две свехдержавы нацеливали друг на друга ядерные ракеты, в любой момент готовые к пуску. Сегодня основные разногласия между Москвой и Вашингтоном в основном связаны с вопросами безопасности: американцы изо всех сил стараются убедить россиян, что планы размещения элементов системы ПРО в Польше и Чешской Республике не представляют для них угрозы. Г-н Путин относится к этим доводам скептически, видя, как его страну все теснее берут в кольцо страны НАТО. Незадолго до встречи с Райс он уподобил унилатерализм Вашингтона политике Третьего Рейха.

Впрочем, прозападно настроенные соседи России, в свою очередь, громко сетуют на действия 'русского медведя'. Варшаве удалось заручиться поддержкой ЕС в споре с Россией относительно запрета на ввоз мяса из Польши - он тянется с 2005 г., и, по словам поляков, обусловлен политическими мотивами. Другая страна-участница ЕС - Эстония, вызвавшая гнев Москвы переносом советского военного мемориала - обвиняет Россию в том, что в отместку она организовала 'кибератаку' на ее государственные интернет-сайты; для расследования случившегося в Таллин прибыли эксперты НАТО.

Украине и Грузии также пришлось ощутить на себе последствия воинственной торговой политики Москвы; обеим странам она перекрывала поставки газа, а Грузию, помимо этого, подвергла полномасштабной экономической блокаде.

На вчерашнем семинаре в Закопане один чешский эксперт пытался объяснить скептически настроенным слушателям, что Чешскую Республику полностью удовлетворят заверения американцев о необходимости размещения на ее территории радара системы ПРО из-за северокорейской угрозы. Аудитория разве что не подняла его на смех. Михал Коржан (Michal Koran) из пражского Института международных отношений заявил в ответ на критику, что 'укрепляя дружбу с Россией', не следует 'показывать на нее пальцем'; именно поэтому, дескать, чешское правительство 'отказывается признавать, что система ПРО направлена против России'.

Эксперту из Словакии, утверждавшему, что, несмотря на нефтяные доходы, в экономическом отношении Россия слаба, и потому не представляет в долгосрочном плане стратегической опасности, возражали украинские и грузинские журналисты, отмечавшие, что их страны сталкиваются с 'непосредственной военной угрозой' со стороны России.

Впрочем, к счастью для Запада и Москвы, в июне в Германии состоится саммит 'большой восьмерки', где политические лидеры по обе стороны 'водораздела' смогут высказать все, что у них накопилось на душе. Однако разногласия и взаимное недоверие не ограничиваются одной риторикой - они вполне реальны, и убийство Литвиненко тому свидетельство. Вчера пресс-секретарь Тони Блэра заявил: 'Ни у кого не должно быть сомнений в том, что мы воспринимаем это дело всерьез. Убийство есть убийство'.

________________________________

Русский яд ("The Wall Street Journal", США)

Дело Литвиненко должно быть доведено до конца ("The Financial Times", Великобритания)