Из громких обещаний перелома в польско-немецких отношениях, скорее всего, ничего не выйдет. На их предвыборный контекст указывают два факта. Во-первых, 'Гражданская платформа' более радикальна, чем 'Право и справедливость' в том, что касается регулирования имущественных последствий Второй мировой войны, которые уже десять лет определяют характер двусторонних отношений. Во-вторых, Берлин не желает уступать ни на йоту по спорным вопросам и явственно ожидает, что премьер Дональд Туск поднимет белый флаг.

Сигнал из Берлина

Смена правящей команды - это естественный момент 'начать все заново'. Поэтому, когда за неделю до польских выборов в прессу проникла информация о том, что федеральное правительство изменит свою стратегию в отношении требований т.н. 'изгнанных', ее можно было воспринять серьезно. СМИ намекали на то, что 22 октября, ровно на следующий день после выборов в Польше, во время церемонии по случаю 50-летия Союза изгнанных (BdV) Ангела Меркель однозначно задекларирует, что в проекте увековечивания памяти о переселениях идеи Эрики Штейнбах (Erika Steinbach) учтены не будут. Что она дистанцируется от проекта Центра против выселений, продвигаемого главой BdV. Это был сигнал из Берлина для поляков: не выбирайте Качиньского, выберите Туска, и в двусторонних отношениях произойдет перелом.

Реальность развеяла иллюзии. Много чего можно обнаружить в выступлении Меркель, однако в нем она не отмежевывается от требований переселенцев. Тем самым канцлер дала новому польскому премьеру сигнал, но не такой, какого ожидали. Он означает, что изменений в нынешней исторической политике ФРГ не будет. Двухмиллионный электорат, связанный с организациями переселенцев важнее перелома в отношениях с Польшей, страной Евросоюза с населением в 38 миллионов.

Твердая платформа

Настоящей проблемой в польско-немецких отношениях может стать позиция 'Гражданской платформы'. Ведь позиция 'ПиС' по фундаментальному вопросу немецких имущественных претензий была очень умеренной. Правительство Ярослава Качиньского хотело подписать с Германией двустороннюю декларацию, в которой Берлин заявил бы о том, что с точки зрения немецкого и международного права немецкие требования безосновательны. Представитель 'Платформы' Бронислав Коморовский (Bronislaw Komorowski) довольно жестко критиковал эту позицию в ходе прошлогодней дискуссии в Сейме на тему двусторонних отношений. Он признал ее недостаточной и призывал Польшу требовать изменения правовой доктрины ФРГ, относящейся к имуществу переселенцев, и принятия на себя правительством Германии финансовой ответственности за эти претензии. Эту позицию Коморовский подтвердил в одном из интервью через два дня после выборов.

Не давая оценок реалистичности каждой из позиций, то есть, не рассуждая о том, чего можно добиться на переговорах с Берлином, стоит отметить, что окончательно закрыть вопрос об имущественных претензиях позволяет лишь такое решение, которое связано с принятием на себя обязательств немецким правительством. Ведь двусторонняя декларация не отменяет возможность исков против Польши в индивидуальном порядке. Союзником переселенцев является развитие стандартов прав человека, которые позволяют любому лицу добиваться исполнения своих прав в отношении третьих государств независимо от политических деклараций собственного правительства.

Жест Качиньского

Вопреки расхожему мнению, политика 'ПиС' в отношении Германии вовсе не была ни радикальной, ни исключительно жесткой. Если переключиться с деклараций в СМИ на анализ фактов, то мы придем к выводу, что более радикальную политику в отношении Берлина продвигала именно 'Платформа'. Президент Лех Качиньский проявил необычайную склонность к компромиссу в европейской политике. Во время встречи в Юрате с канцлером Ангелой Меркель он согласился принять за основу дискуссии о новом конституционном договоре отвергнутую французами и голландцами евроконституцию, хотя статья 48 договора о ЕС требует, чтобы в качестве исходного пункта для изменений выступали действующие соглашения. Тем самым он совершил в отношении Берлина самый большой из возможных жестов доброй воли после 1989 г.

Вопреки фундаментальному политическому принципу do, ut des ('Даю, чтобы и ты мне дал'), эта польская открытость не была встречена взаимностью в ходе переговоров о деталях. На саммите в Брюсселе в июне 2007 г. Германия применила стратегию жесткой изоляции Польши. В то время 'Гражданская платформа' требовала, чтобы правительство проталкивало систему квадратного корня, даже ценой срыва саммита, то есть, фактически, была готова к катастрофе в польско-немецких отношениях.

Границы уступок

Не способствовала решению проблемы и сама Ангела Меркель. Вопреки мнению о ее добром отношении к Польше, распространенному и среди политиков 'Платформы', она не проявляет желания понять наши постулаты. Наоборот, в последние месяцы происходит ужесточение немецкой позиции по многим вопросам. Два месяца назад немецкое правительство, отреагировав на наш текст во Frankfurter Allgemeine Zeitung, в котором мы постулировали необходимость принятия нулевого варианта в спорах о войне, объявило о том, что поддерживает индивидуальные претензии частных лиц и музеев, касающиеся возвращения культурных ценностей, полученных Польшей после войны. С точки зрения права немецкие претензии, касающиеся недвижимости и возвращения культурных ценностей ничем не отличаются. Об этом идет речь в IV гаагской конвенции. Кроме того, две недели назад, во время встречи с Владимиром Путиным в Висбадене Меркель еще раз решительно поддержала проект строительства балтийского газопровода, несмотря на то, что он идет вразрез с жизненно важными интересами Польши.

Из выступления Меркель, обращенного к переселенцам, можно сделать такой вывод: Берлин относится к 'Платформе' несерьезно. Ее немецкую политику Меркель совершенно явно считает предвыборной риторикой, рассчитывая на уступки со стороны поляков и сотрудничество на ее условиях. Но, более того, в данном случае намерения политиков 'Платформы' - это еще не самое главное. В политике важны реалии. Именно они затрудняют поворот курса Польши в отношении Германии на 180 градусов. Ее подлинные рамки, а, значит, и границы уступок, обозначили еще братья Качиньские. Переход этой границы будет открытым предательством польских государственных интересов.

Есть еще одна причина, по которой возвращение к линии Геремека и Чимошевича [бывших министров иностранных дел Польши - прим. пер.] рискованно для любой правящей партии. Какие бы то ни было польские уступки без принципиального изменения политики Берлина в отношении Польши будут неприемлемы для общества. Сегодня нельзя вести внешнюю политику над головой граждан, как это было в 90-е годы ХХ века. Жаль, что немецкие элиты не в силах осознать такое положение вещей.

Мариуш Мушиньский - профессор юридического факультета Университета им. кардинала Стефана Вышиньского, специалист по международному и европейскому праву

Кшиштоф Рак - историк философии, эксперт по внешней политике

_____________________________________

Фрау канцлер или 'фрау Мягкое Влияние'? ("The International Herald Tribune", США)

Называйте ее Энджи фон Бисмарк ("The Washington Post", США)

Мачеха Европы ("Wprost", Польша)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.