Ослабляя влияние США, повышение цен на нефть придает новые силы нашим геополитическим противникам

После того, как в одном и том же предложении из уст президента Буша прозвучали слова 'Иран' и 'третья мировая война', цены на нефть отправились в свободный полет. Однако нефть поднялась в цене только за прошедший год на 30 долларов за баррель - из которых 10 пришлись на последний месяц - отнюдь не только из-за геополитики. Буш еще не выступил со своей филиппикой, Турция еще не стянула войска к иракской границе, и США еще не объявили о новых санкциях против иранского Корпуса стражей исламской революции, а цена барреля нефти уже неумолимо подбиралась к 90 долларам.

Спрос на нефть постоянен и растет; о предложении ни того, ни другого сказать нельзя. Поэтому-то экономистам никак не удается рассчитать, какую долю роста цен на нефть можно отнести на счет 'геополитической премии', которую биржа всегда добавляет к цене каждого барреля, когда участники торгов боятся, что поставки будут сорваны из-за военных действий или вообще из-за нестабильности.

Но одно нам известно точно - кому это выгодно. В частности, это выгодно крупнейшим странам-экспортерам нефти: Саудовской Аравии, России, Норвегии, Ирану, Объединенным Арабским Эмиратам и Венесуэле. Учитывая, что две из перечисленных стран откровенно противопоставляют свои интересы американским, а у двух других отношения с Вашингтоном оставляют желать очень много лучшего, аргумент, гласящий, что с каждым купленным баррелем нефти Америка обогащает своих противников, заслуживает к себе самого серьезного отношения.

Проблема, заметим, со временем становится все более сложной. В 1970 году, когда еще не было нефтяного эмбарго ОПЕК, Соединенные Штаты закупали больше всего нефти в Венесуэле и Канаде, а на Саудовскую Аравию приходилось менее одного процента нашего импорта. Однако по мере истощения легко извлекаемых запасов центр добычи нефти переместился сначала на Ближний Восток, а затем и в еще менее стабильные страны, в том числе Нигерию, Алжир и Судан.

Сегодня экономика США в общем и целом в меньшей степени зависит от нефти, чем тогда: повысилась эффективность, в результате чего мы тратим на нефть гораздо меньший процент валового внутреннего продукта - при том, что и сама экономика сильно выросла. Нынешний импорт нефти в расчете на доллар ВВП стоит нам практически в два раза меньше, чем в 1972 году, и в этом году повышение цен на нефть прошло, можно сказать, без особого экономического ущерба для США.

Однако благодаря нефтяным прибылям произошел переворот в политическом и экономическом состоянии России, Венесуэлы, Ирана и Судана - причем результаты этого переворота работают против национальной безопасности Соединенных Штатов. По данным The Washington Post, государственный бюджет Ирана на этот год верстался исходя из средней прогнозной цены нефти в 60 долларов за баррель, так что сейчас на Тегеран сплошным потоком сыплется небесная манна, которую он складывает в золотовалютную кубышку, дающую ему возможность покупать поддержку своенравных граждан и в определенной степени защиту от американских экономических санкций.

К тому же, тенденции движения нефтяных рынков благоприятны прежде всего для Тегерана, а никак не для Вашингтона, и попытки силой заставить Иран отказаться от своих ядерных амбиций, не говоря уже об угрозах начать против него военные действия, запугивают прежде всего участников нефтяного рынка, бьют по карману американские компании и усиливают тот самый тегеранский режим, сдерживания или смены которого так добивается Вашингтон.

Большинство американцев, конечно, согласится заплатить какую угодно экономическую цену за то, чтобы у Ирана так и не появилась атомная бомба. Консерваторы наверняка скажут, что любые краткосрочные финансовые выгоды, которые получает Иран от давления США, не имеют значения в более широком геополитическом контексте - в частности, потому, что если у Ирана все же появится атомное оружие, то Ближний Восток будет запуган окончательно, и цены на нефть вообще уйдут в небо. А если Иран удастся путем дипломатического давления убедить отказаться от собственного обогащения урана и покупать гражданское ядерное топливо у России, опасность войны рассеется, геополитическая премия снизится - и тогда, возможно, цены на нефть пойдут вниз.

Либералы же скажут, что, чтобы и дальше не давать возможности недружественным государствам пожинать столь богатые нефтяные урожаи, нужно активнее вкладываться в альтернативную энергетику. Однако на дворе нынче глобализация, а это значит, что, даже если Соединенным Штатам удастся снизить объемы импорта нефти, их место тут же займут новые ее пожиратели - Китай и Индия, - которые будут покупать еще и еще, и вернут цены на их нынешнее высокое место.

К чему все это? А к тому, что, чтобы страна могла как-то уживаться с миром, который настроен по отношению к ней не вполне мирно и, вероятно, скоро покажет нам всем баррель нефти за сто долларов, следующему президенту США необходимо глобальная энергетическая стратегия - именно стратегия, а не просто идеология.

________________________________________

Дороговизна нефти кому-то на руку ("The Times", Великобритания)

Стратегическая уязвимость Америки ("National Review", США)

Мир с нефтью по 50 долларов за баррель ("The Financial Times", Великобритания)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.