February 13, 2008; Pg. 20

Приближающаяся 'волна' выборов в таких непохожих странах, как Зимбабве, Пакистан, Россия и Иран, может создать у непосвященных впечатление, что 'триумфальное шествие' демократии по планете, о котором громогласно объявил Джордж Буш, продолжается прежними темпами. Однако, как признал, в частности, британский министр иностранных дел Дэвид Милибэнд (David Miliband), внешность бывает обманчива.

Вероятность того, что мартовские выборы в Зимбабве будут свободными и честными, судя по всему, практически равна нулю - даже несмотря на то, что у Роберта Мугабе (Robert Mugabe) появился реальный соперник. Столь же мрачные ожидания связываются и с отложенными всеобщими выборами в Пакистане - они состоятся в ближайший понедельник, и уже омрачаются захлестнувшей страну волной насилия. В России лично подобранный Владимиром Путиным преемник, Дмитрий Медведев, должен одержать заранее предрешенную 'победу'. Это событие станет апогеем развития путинской 'управляемой' или 'суверенной' демократии - системы централизованного контроля над политической жизнью и институтами, СМИ и выборным процессом, которая все больше становится образцом для потенциальных 'самодержцев' по всему миру.

Даже военная хунта, управляющая Бирмой, где прошлой осенью были жестоко подавлены выступления сторонников демократии, обнародовала в этом месяце план демократизации страны, предусматривающий принятие конституции на референдуме в мае этого года и проведение всеобщих выборов в 2010 г. Правозащитная организация 'Движение в поддержку Бирмы в Великобритании' (Burma Campaign UK) назвала эту схему 'надувательством', призванным не допустить введения против режима дополнительных санкций.

Как отмечается в ежегодном докладе правозащитной организации Human Rights Watch, обнародованном в этом месяце, во многих странах выборы, сопровождавшиеся манипуляциями и подтасовками, использовались для обретения или подкрепления 'демократического статуса': 'В 2007 г. слишком многие правительства, в том числе власти таких стран, как Бахрейн, Иордания, Нигерия и Таиланд, действовали так, будто самого факта проведения выборов достаточно, чтобы страна считалась 'демократической''.

Human Rights Watch перечислила 25 государств, где для обеспечения 'нужного' результата демократического волеизъявления применялись открытые подтасовки, контроль над выборным процессом, 'отсечение' оппозиционных кандидатов, политическое насилие, цензура в СМИ и др. Многие из этих тенденций наглядно иллюстрируют потрясения, вызванные спорами о результатах декабрьских выборов в Кении.

Тем не менее, главные обвинения авторов доклада были адресованы Вашингтону, ЕС и европейским странам, которые, как утверждается в документе, подыгрывают нарушениям демократического процесса или закрывают на них глаза. 'Позволяя автократам рядиться в тогу демократов, не требуя от них обеспечения гражданских и политических прав, принципов реальной демократии, влиятельные демократические страны рискуют подорвать соблюдение прав человека в мировом масштабе'.

Причин, по которым страны Запада ведут себя подобным образом, много. Некоторые псевдодемократические государства, прежде всего Россия, попросту слишком велики и играют слишком важную стратегическую роль, чтобы им можно было указывать - как недавно на горьком опыте убедилась Британия в своих отношениях с Москвой.

Другие 'проблематичные' страны, например, Нигерия и Азербайджан, слишком важны в плане нефтегазовых или иных сырьевых ресурсов, чтобы им можно было противостоять в открытую. И напротив, некоторые государства считаются настолько малозначительными, что на них просто не обращают внимания, поэтому, если выборы подтасовываются, скажем, в Таиланде, Беларуси и Афганистане, то это, в общем, никого не волнует.

Однако попытки найти способ изменить поведение западных демократий, в свою очередь, порождают немало вопросов. Африканские политики, например эфиопский лидер Мелес Зенауи (Meles Zenawi), утверждают: прежде чем навязывать другим свои демократические стандарты, Западу следует соблюдать их самому - а с этим после 11 сентября дела у него обстоят неважно. Более того, он считает в принципе неразумным требовать немедленного утверждения абсолютных демократических и правозащитных ценностей 'вестминстерского типа' с клеймом 'сделано на Западе' в странах, где важнейшими проблемами повседневной жизни остаются элементарная личная безопасность, медицинская помощь, образование и возможность наесться досыта.

Выступая вчера вечером в Оксфорде, Милибэнд попытался нащупать путь через этот лабиринт: 'Мы не можем никому навязывать демократические нормы. . . но мы можем поддерживать требования об установлении демократического строя и все, что с ними связано'. Он отверг 'возврат к realpolitik', утверждая, что стремление к народоправству носит общечеловеческий характер. Кроме того, он вновь озвучил одну из излюбленных тем Тони Блэра: о том, что 'распространение демократии' прагматическими методами (включая, в качестве последнего средства, и военную интервенцию) - 'задача' благородная и необходимая.

Однако наряду с этим Милибэнд признал, что утверждение демократического строя в мировом масштабе далеко не гарантировано - и, вполне возможно, события начинают развиваться как раз в противоположном направлении. 'Идея о том, что у истории существует один магистральный путь развития, дискредитирована . . . мы уже не можем воспринимать 'триумфальное шествие' демократии как нечто само собой разумеющееся'.

Милибэнд особо выделил одно препятствие. В отличие от лидеров псевдодемократических стран, руководители будущей сверхдержавы, - Китая - избранные отнюдь не всенародным голосованием, не проявляют к демократии даже формального интереса. На 'референдуме' о судьбах демократии Китай подает голос 'против' - и его позиция вряд ли изменится.

_______________________________________________

Нет такого закона, чтобы одни могли забивать свою политическую систему в глотку другим ("The Guardian", Великобритания)

У Британии слишком много своих изъянов, чтобы учить других демократии ("The Guardian", Великобритания)

Великобританию и США обвиняют в лицемерии ("The Guardian", Великобритания)