Другая Россия организует 3 марта демонстрацию, чтобы выразить протест против президентских выборов, на которых нет кандидатов от оппозиции

24 ноября 2007 года я, а также еще двенадцать человек, были задержаны во время демонстрации и арестованы. Мне не разрешили позвонить моему адвокату. После пародии на судебный процесс, в ходе которого свидетелям защиты не разрешили выступить - в то время как свидетели обвинения давали абсолютно противоречивые показания - мы провели пять ночей в московской тюрьме.

Это был только последний из многочисленных агрессивных действий российского правительства, направленных против мирных демонстрантов и нарушающих нашу собственную конституцию, в которой ясно написано, что любой арестованный человек с момента своего задержания имеет право на помощь адвоката. Подобные события являются 'ходячей монетой' в России, подтверждением чему служит история с Василием Алексаняном, бывшим президентом нефтяной компании ЮКОС, чья болезнь уже вступила в последнюю стадию. Он в течение двух лет содержался в следственном изоляторе в нечеловеческих условиях. На прошлой неделе его перевезли - как утверждается, в больницу, - не уведомив об этом ни его адвоката, ни его семью. Когда через десять дней Алексаняну разрешили увидеться с адвокатом, тот нашел его прикованным к постели.

Учитывая, что перед выборами 2 марта мы планировали проводить демонстрации, перед нами встала задача доказать, что действия милиции и российских официальных лиц были незаконны. Именно поэтому мы подали жалобу в Европейский суд по правам человека в Страсбурге. Мы попросили рассмотреть наше дело в приоритетном порядке, чтобы Россия восприняла эту акцию как предупреждение, что смогло бы защитить наших активистов во время проведения демонстраций.

Страсбургский суд всегда был источником надежды для многих россиян, в том числе тех, кто пострадал от насильственных действий государства, например, в Чечне. В ряде случаев Европейский суд заставил режим Путина уважать - сделать вид, что уважает - законы или заплатить символический штраф за их нарушение. Мы также понимаем, что Суд не предназначен для того, чтобы находиться на передовой лицом к лицу с диктаторскими режимами, подобными тому, что сегодня контролирует Россию. Например, Кремль проигнорировал неоднократные призывы суда оказать надлежащую медицинскую помощь Алексаняну. С другой стороны, если бы Страсбургский суд постановил, что с нами обошлись незаконно, на российские суды стало бы оказываться сильное давление, чтобы те проигнорировали это постановление.

На прошлой неделе мы получили ответ из Суда, в котором сообщалось, что наше дело не будет рассматриваться в приоритетном порядке. Палата суда, занимающаяся делами, связанными с Россией, вынесла решение 4 февраля. Российское правительство направило в Суд в ответ на наши обвинения документ на двух страницах - двух страницах лживого текста, где, в том числе, утверждалось, что мои товарищи и я сам после ареста даже не просили предоставить нам возможность связаться с адвокатами. В то время как наши адвокаты стояли рядом с отделением милиции и удерживались милиционерами на расстоянии. Правительство в своем ответе заявляет, что 25 ноября мне было разрешено позвонить, и что я, якобы, позвонил своей матери. Это - ложь! Было совершенно точно установлено, что в этот день мы с товарищами были изолированы от внешнего мира. (В тот же день на сайте theotherrussia.org была опубликована статья под названием: 'Ни посетителей, ни телефонов для заключенного Каспарова'.)

Решение Страсбургского суда подвергает опасности наших активистов. Мы покажем подпись судьи Нильсена (Nielsen) всей России. Поверив в ложь российских властей Суд снял с себя ответственность за последствия и преследования, которым подвергаются оппозиционеры при путинском режиме. Это в некотором роде является поддержкой режима Кремля, который закручивает гайки по всей стране.

Решение Суда имплицитно подкрепляет заявления заместителя министра внутренних дел, сделанные им после того, как мы объявили о планируемых демонстрациях: он предупредил, что силы милиции будут применяться для подавления любого нарушения общественного порядка и других экстремистских действий.

С тех пор, как мы начали проводить наши марши протеста в декабре 2006 года, арестованным активистам выносились все более строгие приговоры, все апелляции были отклонены, их в большинстве случаев даже не рассматривали. Когда мы в ноябре находились в тюрьме, Путин подписал новый закон, который дает еще больше полномочий властям, позволяющих им мешать адвокатам действовать от имени задержанных людей во время следующих за арестом судебных процедур. Это, а также множество путинских законов, разработанных чтобы раздавить любую попытку оппозиции, нарушает российскую конституцию (статья 48).

Мы, активисты коалиции Другая Россия, 3 марта проведем марш несогласных. Мы собираемся выразить протест против президентских выборов, на которые не были допущены все кандидаты от оппозиции. Европарламент и Ассамблея Совета Европы отказались направить наблюдателей на эту имитацию выборов по той простой причине, что наблюдать не за чем. Тысячи отважных граждан России выйдут на улицы на демонстрацию, невзирая на грубое обращение милиционеров и систему правосудия, которая является всего лишь марионеткой Кремля.

Режим уже сообщил, как он с нами обойдется, и для нас это не было сюрпризом. Но зато нас очень огорчило решение Страсбурского суда, означающее, что мы оставлены на произвол судьбы.

Гарри Каспаров - глава коалиции Другая Россия, бывший чемпион мира по шахматам

_____________________________

Гарри Каспаров: Наша борьба против тирании в России ("The Wall Street Journal", США)

Путин, Каспаров и крупинка песка ("Le Figaro", Франция)

Жизнь после шахмат ("Newsweek", США)