Guardian, Friday, 27 January, 1978, page 13

Дэвид Ли описывает тридцатилетнюю историю тайного пропагандистского отдела при британском МИДе

Сегодня впервые становятся известны детали о тайном тридцатилетнем существовании, и столь же тайной кончине британской пропагандистской сети всемирного масштаба, действовавшей против коммунистической идеологии - в основном в странах Третьего мира. Времена менялись, но характер этой структуры изменений не претерпел, и в течение последних полутора лет она была в основном упразднена по распоряжению тогдашнего министра иностранных дел Тони Крослэнда (Tony Crosland). Среди прочего г-на Крослэнда не устраивали ее связи с некоторыми правыми журналистами.

Пропагандистская структура пережила радикальную реорганизацию: ее преобразовали в небольшой (но по-прежнему секретный) отдел Форин Офис, с задачей поддерживать общие интересы Британии. Более того, по сообщениям ряда осведомленных источников из Уайтхолла, новый министр иностранных дел доктор Дэвид Оуэн (David Owen), рассматривает вопрос о рассекречивании ее доныне конфиденциальных материалов.

Это было бы логической кульминацией шагов по установлению над указанной организацией - так называемым 'Информационно-исследовательским отделом' Форин Офис - твердого политического контроля и обузданию его потаенной приверженности подходам в духе 'холодной войны'.

Отдел, более известный по аббревиатуре ИИО, занимался также и вполне 'законной' информационно-аналитической работой. Что ж, можно сказать, что любая эффективная пропагандистская структура должна в основном распространять объективную и полезную информацию. Поэтому, помимо своей деятельности за рубежом, отдел оказывал зачастую ценную помощь журналистам и публицистам нашей страны. Таково мнение сотрудников Guardian, которым он рассылал материалы.

Журналисты всегда вооружены длинной ложкой, чтобы черпать ею из самых различных источников, поэтому тот факт, что они входили в список авторов, 'одобренных' ИИО, никоим образом не бросает тень на их профессиональную репутацию; кстати, этот список включал ряд самых известных британских публицистов, специализирующихся на международной проблематике. По некоторым сведениям, ИИО тщательно скрывал от некоторых 'клиентов' свои подлинные пропагандистские задачи: вся эта операция, длившаяся 30 лет, с момента окончания войны, проводилась в условиях секретности; ни парламент, ни общественность ничего о ней не знали.

В послевоенные годы Британия предпринимала шаги, аналогичные некоторым из тайных международно-пропагандистских мероприятий ЦРУ, о которых в Соединенных Штатах появляется масса информации, и ведутся столь мучительные споры.

В интервью десятилетней давности бывший высокопоставленный сотрудник ЦРУ Роберт Армори (Robert Armory), сетуя по поводу разглашения сведений о финансировании Управлением студенческих и иных организаций, не без зависти заметил: 'На нашей демократической прародине - в Англии . . . все хранят молчание, когда речь идет об интересах национальной безопасности и . . . о том, что они воспринимают как интересы цивилизации свободного мира'.

'Отцом' ИИО был Кристофер Мэйхью (Christopher Mayhew), в то время парламентский заместитель министра иностранных дел в правительстве лейбористов: именно он в 1947 г. направил соответствующую конфиденциальную записку главе МИДа Эрнесту Бевину (Ernest Bevin). Мэйхью предложил развернуть тайное 'пропагандистское контрнаступление' против русских, создав для этого специальный отдел при Форин Офис. Премьер-министр Эттли специально вызвал его в Чекерс, чтобы обсудить этот вопрос, и до 1950 г. Мэйхью руководил ИИО совместно с сэром Айвоном Киркпатриком (Ivone Kirkpatrick), в то время помощником заместителя министра иностранных дел; затем он стал председателем Администрации независимого телевидения .

Отдел был секретным. Британия стала первой страной, перешедшей в пропагандистское контрнаступление, вспоминает Мэйхью, хотя в Америке примерно в то же время были созданы ЦРУ и Информационное агентство США. ИИО распространял свои материалы по всему миру через британские посольства.

'Мы, несомненно, никоим образом не манипулировали британскими СМИ, и не вносили искажений в их деятельность, - утверждает он. - Нашу работу можно было назвать 'черной пропагандой' лишь в том смысле, что она осуществлялась тайно, и сведения о существовании отдела входили в категорию конфиденциальных'.

Главными жертвами секретности, судя по всему, были зарубежные читатели - и британская общественность, остававшаяся в неведении, пока никому не подотчетные 'хладовоины' действовали, по крайней мере номинально, от ее лица.

Русским с самого начала было известно о существовании Отдела, поскольку в 1948 г. туда был откомандирован Гай Берджесс (Guy Burgess), один из трех коммунистов, бежавших в СССР в результате 'дела Филби'. Через два месяца Мэйхью уволил его, назвав в характеристике 'нечистоплотным пьяницей и лентяем'.

Среди сотрудников ИИО было много эмигрантов из стран, оказавшихся за 'железным занавесом' - в основном журналистов и писателей, специально завербованных для работы в этом 'безвоздушном пространстве'. О некоторых направлениях деятельности Отдела не сообщалось даже его персоналу; кроме того, сотрудникам было запрещено рассказывать о том, где они работают, коллегам из других структур МИДа. Их задача формулировалась в документе для служебного пользования: один бывший работник ИИО вспоминает, что там говорилось о 'силах' внутри страны и за рубежом, которым следовало противодействовать. В справочниках указывалось лишь, что Отдел выполняет 'особые задачи'. Эта завеса секретности сохранилась даже в списке подразделений внешнеполитического ведомства за прошлый год. В нем в качестве функции ИИО названа лишь 'подготовка информационных докладов для дипломатических представительств Ее Величества за рубежом'.

'Золотым веком' ИИО - созданного по образцу спецпропагандистских подразделений, действовавших в годы войны - стали 1950-е гг. Только в одной Советской секции количество сотрудников увеличилось с 20 до 60 с лишним. В посольствах работали под прикрытием 'резиденты' ИИО, подсовывавшие нужные материалы местным журналистам и 'властителям дум'. Штаб-квартира отдела поначалу располагалась в Карлтон Хаус Террас, а затем, когда он сильно разросся, в двенадцатиэтажном здании Риверуок Хаус, на лондонской набережной Миллбэнк.

В кульминационный период его деятельности типичная операция ИИО могла выглядеть так: его сотрудники изучали сообщения прессы о пьянстве в странах Восточного блока и готовили статью о том, что при коммунистах алкоголизм приобретает повальный характер. Высокопоставленные чиновники признают: в прошлом его материалы отличались сильной 'тенденциозностью'.

В ЦРУ, чьи пропагандистские операции за рубежом, включая создание радиостанций и 'подставных' информационных агентств в последнее время стали достоянием гласности, подобную деятельность назвали бы 'серой' пропагандой. Фактически речь идет о реальных фактических данных, 'подкрученных' нужным образом.

Критики ИИО - как в самом правительстве, так и за его пределами - говорят о неэтичности подобной практики: общественность не в курсе, чем ее снабжают, а потому не в состоянии сделать поправку на 'подкрутку'. В этом смысле деятельность Отдела отличается от прямой пропаганды точки зрения Британии, в которой, естественно, нет ничего плохого.

Кроме того, ИИО способствовал выходу книг, которые в Уайтхолле называют результатом 'перекрестного опыления'. В частности, сотрудником Отдела в свое время был Роберт Конквест (Robert Conquest), ученый и писатель, известный своими критическими произведениями об СССР. Он проработал в МИДе до 1956 г.

После того, как он покинул Форин Офис, рассказывает Конквест, ИИО предложил ему написать книгу на основе данных, которые он собрал из советской прессы. Он продал издательству Bodley Head готовую серию из восьми трудов под общим названием 'Исследования об СССР' ("Soviet studies"). Представители Bodley Head утверждают, что книги были опубликованы в рамках обычного коммерческого проекта, с продажей 1500 экземпляров (трети тиража) американскому издателю Фреду Прэгеру (Fred Praeger). Прагер, прежде не раз публиковавший книги по просьбе ЦРУ, также утверждает, что в данном случае речь идет о нормальной коммерческой сделке.

Дэвид Флойд (David Floyd), корреспондент Daily Telegraph, специализирующийся на освещении событий в коммунистических странах, тоже припоминает, что по заказу ИИО написал брошюру о Китае. Представители Отдела сказали ему, что будут распространять эту книгу среди дипломатов.

Главными объектами деятельности ИИО были страны Третьего мира. Как выражается Мэйхью, 'мы что есть силы наносили ответные удары по советской пропаганде'. Отдел также старался 'быть полезен' британским СМИ и видным общественным деятелям. Помимо предоставления материалов Всемирной службе BBC, в отделе составлялись тайные списки 'утвержденных' журналистов и профсоюзных функционеров, которым тоже предлагалась его продукция - впрочем, адресаты иногда от нее отказывались. Чаще же ИИО просто предлагал непосредственную помощь информационными материалами для исследований. Адресаты - как правило это были специалисты в соответствующих областях - могли оценить, и оценивали их качество. К тому времени, как ИИО был упразднен, в одном из его списков значились многие члены Генерального совета Британского конгресса профсоюзов, а список журналистов включал около сотни фамилий.

Среди них, как нам удалось установить, есть двое журналистов, ставших депутатами парламента от Лейбористской партии - Родерик Макфаркуар (Roderick MacFarquhar) и Колин Джексон (Colin Jackson). Кроме того, в список входили трое авторов, сотрудничающих с Financial Times; пятеро журналистов из Times; двое - из Observer; пятеро - из Sunday Times; пятеро - из Telegraph; шестеро - из Economist; один - из Daily Mail; двое - из Mirror; один - из Sunday Mirror; и один - из Express.

Из сотрудников Guardian в списке числятся Хелла Пик (Hella Pick), Майкл Симмонс (Michael Simmons), Иэн Райт (Ian Wright) и Виктор Зорза (Victor Zorza).

Других журналистов Отдел, наоборот, вносил в неофициальный 'черный список' как политически неблагонадежных, или прекращал помогать им, если их политические взгляды становились 'неудобны'.

'Знакомились' с ИИО представители британской прессы тоже в неформальной обстановке: один видный журналист-либерал вспоминает, как уходящий на покой сотрудник, которого он сменил в газете, пригласил его на ланч в один из лондонских клубов и там 'передал' своему 'контакту' из Отдела. Всем журналистам сообщали самый минимум информации о деятельности ИИО. Материалы присылали им домой в конвертах без маркировки: корреспонденция Отдела с пометкой 'лично' не содержит ни его названия, ни адреса, ни телефонов.

Адресатам объясняли, что документы 'готовятся' в МИДе и предназначены для распространения среди сотрудников дипломатической службы, однако их разрешено передавать и некоторым лицам, не работающим во внешнеполитическом ведомстве, для которых они могут представлять интерес. Эти материалы не являются официальными политическими документами; в ходе каких-либо дискуссий и в печати нельзя упоминать об их принадлежности британскому правительству, а также цитировать их названия. Материалы нельзя никому показывать, а по истечении надобности следует уничтожать.

Со временем звезда ИИО начала меркнуть. Как вспоминают бывшие сотрудники, в 1964 г. он пережил сокращение штатов, а затем еще одно - в 1968 г. В 1970 г., когда постоянным заместителем министра иностранных дел был сэр Денис Гринхилл (Denis Greeenhill), он, по словам нескольких источников в правительстве, подвергся 'резкой критике'. Примерно в это же время ИИО было предписано уделять меньше внимания борьбе с коммунизмом и 'продвигать' другие интересы Британии. В рамках Отдела было создано подразделение по борьбе с подрывной деятельностью, которое должно было заниматься ИРА. Кроме того, ИИО дали понять, что следует умерить тон его информационных материалов.

Отдел подготовил сборник под названием 'ИРА - цели, политика, тактика'; среди прочих его получил и Иэн Гамильтон (Ian Hamilton) из Института по изучению конфликтов (Institute for the Study of Conflict). В него вошли данные разведки и характеристики подставных организаций ИРА в Ирландии, США и Британии. Однако жесткие установки в духе 'холодной войны' по-прежнему не пользовались в МИДе популярностью. В этом ведомстве существовала естественная неприязнь к 'чужеродному' отделу, а его сотрудников считали, мягко говоря 'старомодными'.

Его публикации включали к примеру списки 'подставных' мероприятий, организованных коммунистами, вроде предстоящего Всемирного фестиваля молодежи в Гаване, брошюры о событиях в Азии, Африке и России, а также печатавшуюся на ротапринте подборку 'Дополнительная информация' (Background Briefing), выходившую с регулярными интервалами.

К 1976 все тайные операции ИИО оказалась под ударом. Сэр Майкл Пэллисер (Michael Palliser), новый постоянный замминистра иностранных дел - и 'чиновник-реформатор', по отзыву одного из коллег - распорядился провести нелицеприятный анализ его деятельности. Возглавить расследование попросили отставного дипломата сэра Колина Кроу (Colin Crowe), бывшего британского Верховного комиссара в Канаде. Именно по результатам его отчета министры-лейбористы узнали о списке 'одобренных' контактов ИИО среди британских журналистов и общественных деятелей. Они - с учетом их собственных политических взглядов - были, по словам нескольких источников в правительстве, встревожены политической 'физиономией' некоторых из этих людей, включая директора Института по изучению конфликтов Брайана Крозьера (Brian Crozier). Произошло 'выяснение отношений' с главой ИИО Рэем Уитни (Ray Whitney); в настоящее время он входит в список кандидатов на депутатский мандат от партии тори по избирательному округу Хай-Уайкомб. В конечном итоге Тони Крослэнд распорядился убрать из списка нежелательных лиц. Мы задали г-ну Крозьеру вопрос об этом эпизоде, но он отказался беседовать с нами, заметив: 'Я считаю Guardian враждебной газетой'. Затем последовала вторая внутриведомственная проверка ИИО. Когда Оуэн вступил в должность министра, его проинформировали о сложившейся ситуации, и в мае 1977 г. он распорядился упразднить Отдел.

Инспекторы, проводившие проверку, заявляют, что информационные подразделения МИД проходят реорганизацию. На деле от 20 до 30 сотрудников ИИО были отправлены на пенсию, сокращены или переведены в собственно аналитический отдел. К тому времени на 'неофициальную' пропаганду ведомство расходовало почти миллион фунтов. Инспекторов возмущают высокие затраты на информационную деятельность, однако, по их мнению, 'неофициальные' материалы сыграли свою роль в формировании 'полезных политических настроений' в ряде влиятельных стран Третьего мира.

О прекращении государственной пропаганды речь не идет. Уже в самой структуре МИДа создается новое подразделение - Отдел международной информации (Overseas Information Department); он куда меньше по размеру, а его функции гораздо шире. Высокопоставленные правительственные чиновники подчеркивают: после того, как министром иностранных дел стал Оуэн, пропагандистской работы как таковой внутри страны не ведется. Кроме того, по сообщениям надежных источников из Уайтхолла, Оуэн даже подумывает о рассекречивании информационных материалов для служебного пользования, и предоставлении их прессе и общественности напрямую, а не 'из-под прилавка'. Это будет настоящий разрыв с прошлым, ведь сам ИИО 'скончался', как и жил все 30 лет, втайне от британского народа.

* * *

Independent Television Authority - специальный орган, созданный в 1954 г. для руководства созданием в Великобритании 'независимого телевидения': первого коммерческого телеканала ITV. (Вернуться к тексту статьи)

Мониторинг: читатель ИноСМИ - Matrasov

__________________________________

Америка и русское будущее ("Foreign Affairs", США)

Демонтаж КГБ ("The New York Times", США)

'Гласность' или ловкость рук? ("The New York Times", США)

Зачем плакать на похоронах СССР? ("The International Herald Tribune", США)

Где же 'моральный лидер' Запада? ("The International Herald Tribune", США)