Данный материал публикуется в рамках акции 'Переводы читателей ИноСМИ.Ru'. Эту статью обнаружила и перевела наш читатель Татьяна Либуркина aka Roni, за что мы ей крайне признательны

_______________________________________

Жизнь Хазима аль-М. разрушилась вместе со страной. Этот иракский предприниматель еще пять лет назад собирался расширить свой бизнес по продаже сантехники. Сейчас он проводит дни в одном из кафе в районе Хай Аль-Дарадж. У него потерянный взгляд, а чай остывает на столе. 'Я не буду сидеть дома, как женщина', - оправдывается он. Невозможность заработать денег, чтобы содержать свою жену и сына - самое большое унижение в этом глубоко патриархальном обществе. Как минимум 60% активного населения не имеет работы. Несмотря на недавние достижения в сфере обеспечения безопасности, разрушение социальной системы оставило иракцев без средств к существованию.

'Уже после вторжения мне удалось заключить контракты на оборудование ванных комнат в больницах Багдада и Дияла, но потом начались беспорядки', - с горечью признает он. Теракт в мечети города Самарра похоронил все его надежды. 'Жизнь остановилась', вспоминает он. 'Мне пришлось закрыть магазин на Аль-Кифах из опасения, что меня похитят. Соседи меня предупредили сразу после того, как 'Армия Махди' похитила другого бизнесмена. Его отпустили только после того, как его семья заплатила 80 тысяч долларов. Я был не единственным. Еще трое моих знакомых уехали на север, а один в Египет'.

Хазим - суннит, а 'Армия Махди', которая взяла под контроль район Аль-Кифах, - шиитская группировка, но он отказывается признать, что именно религиозные различия - главная причина братоубийственной войны, которая разрушает страну. 'Никто не чувствует себя в безопасности, ни шииты, ни сунниты. У кого есть оружие, тот устанавливает свои законы, будь то люди Махди или кто-то другой', - подчеркивает он, взглядом пытаясь найти одобрение у Али, своего лучшего друга-шиита, который и познакомил меня с Хазимом. Оба воевали вместе против Ирана.

Лишившись магазина и не имея других источников дохода, Хазим живет на свои сбережения. 'У меня нет ни работы, ни будущего, ни надежды', - жалуется он в свои 45 лет. Кончились походы в ресторан по пятницам, экскурсии на озеро Хабания и даже встречи всех братьев с семьями в доме его матери. 'Любое передвижение опасно, - поясняет он. - Мне страшно, когда мой сын идет в школу; моя жена волнуется, если я не прихожу вовремя; мы целый день перезваниваемся, чтобы убедиться, что все живы'.

Не всем так повезло. От 81.639 до 89.110 мирных жителей погибло за эти пять лет из-за войны, согласно независимой организации Iraq Body Count (www.iraqbodycount.org). Другие источники увеличивают эту цифру почти до миллиона, но там речь идет о предположениях, а не о документально подтвержденных смертях. В любом случае, ситуация серьезно отразилась почти на 4,5 миллионах иракцев, которые были вынуждены покинуть свои дома из-за насилия, а это почти пятая часть населения довоенного Ирака. Около двух миллионов уехали в другие регионы Ирака, остальные нашли убежища в соседних странах.

Несмотря на недавнее улучшение ситуации с обеспечением безопасности, немногие возвращаются домой. Менее 30 тысяч семей беженцев и около 6 тысяч семей перемещенных лиц вернулись в свои жилища, согласно данным иракского правительства, которые ООН не может подтвердить из-за нехватки кадров в стране. В то же самое время, в среднем 60 тысяч иракцев покидают страну каждый месяц. Те, кто возвращается, селятся в однородных по этническому и религиозному составу районах.

'Мы никому не доверяем, даже соседям, с которыми прожили в мире много лет', - признает Ясмин, христианка, чья лучшая подруга была убита исламскими фанатиками несколько месяцев назад. Она, ее муж и двое детей несколько раз переезжали с места на место из предосторожности. Другие, как, например, Фауд, фармацевт-шиит из района Каррада, отправляют свою семью в Иорданию или Сирию, чтобы минимизировать риск и не так сильно беспокоится. В аптеках и булочных относительно спокойно, что бы ни происходило в стране.

Это не касается других заведений. На улице Аррасат Аль-Хидие, где были сконцентрированы почти все рестораны и модные бутики Багдада, возникает ощущение, что дни американских бомбардировок снова вернулись. Как и тогда, открыта только 'Латакия', но она пуста. Немного дальше, в Каррада Дахель, на мгновение кажется, что все вернулось в нормальное состояние. Магазины, заполнившие улицу, полны товаров. Бытовые приборы из Ирана и Китая 'соперничают' за покупателя, который хочет их приобрести, но стеснен в средствах. Когда наступает вечер, молодежь заполняет кафе, это единственное их развлечение. 6 марта два террориста-смертника покончили с этим миражом.

Но спустя пять лет после свержения Саддама Хусейна самой большой проблемой, от которой страдают иракцы, является невозможность удовлетворения элементарных потребностей. Около 43% населения живет менее чем на 1 доллар в день, что является порогом крайней бедности. 6 миллионов человек нуждаются в гуманитарной помощи, это вдвое больше, чем в 2004 году, сразу после войны, и только 60% населения доступен тот рацион питания, который был обычным в то время. Кроме того, из-за давления Всемирного Банка иракское правительство изучает возможность прекращения субсидирования горючего. 'Хорошо, что свергли Саддама, но на самом деле они просто хотели погрузить нас в нищету, чтобы мы никогда больше не смогли подняться', - считает Хазим, продавец сантехники. По его мнению, американцы выбрали для управления Ираком худших из худших. 'Будь то шиит или суннит, у них нет опыта, все они показывают фальшивые дипломы и ничем не занимаются кроме набивания собственных карманов', - говорит он. Это обычная жалоба людей на багдадской улице.

Иракцы не могут понять, почему за пять лет не была улучшена инфраструктура. У 70% населения нет водопровода, а 80% не имеет канализации. В Багдаде снабжение электричеством нестабильно и непредсказуемо. Во времена Саддама подача электричества 12 часов в день - с еженедельными, заранее объявленными отключениями - была нормой. Даже добыча нефти не смогла превысить довоенный уровень (примерно 2.4 миллионов баррелей в день), отчасти из-за уничтожения оборудования, которое только сейчас начинают чинить.

Во времена саддамовского режима Хазиму не хватало только свободы выезда за границу. Сегодня ни у него, ни у большинства иракцев нет для этого денег, а посольства, представленные в его стране, не готовы выдать им визы. На вопрос, что он хочет от будущего, он на мгновение задумался, прежде чем ответить: 'Чтобы вернулось счастье'.

_______________________________________

Автор перевода читатель ИноСМИ.Ru - Roni

Примечание: редакция ИноСМИ.Ru не несет ответственности

_______________________________________

Персидский залив ("The Times", Великобритания)

Неоконсерваторы и Ирак ("The Wall Street Journal", США)