Сегодня мы публикуем статью, автор которой излагает достаточно непривычный взгляд на итоги деятельности Никиты Хрущева. Почему о человеке, сменившем Сталина у руля государства, мы вспомнили вновь? Дело в том, что в нынешнем году целых три юбилейных даты связаны с Никитой Сергеевичем: в июле 1938 г. был избран первым секретарем Компартии Украины, в сентябре 1953 г. занял пост первого секретаря ЦК КПСС, а в марте 1958 г. он стал председателем Совета министров СССР.

Никита Хрущев вошел в историю как неординарный политический деятель, который развенчал сталинизм и заслужил тем самым репутацию борца за демократизацию советского общества. Эпоха Хрущева, названная 'оттепелью', казалось, полностью изучена и осмыслена отечественными и зарубежными исследователями. Но и сегодня личность Никиты Сергеевича, его партийная и государственная деятельность привлекает внимание историков, поскольку он положил начало не только критике Сталина, но и природы социализма в целом.

В силу противоречивости взглядов на личность Хрущева мнения исследователей 'хрущевского феномена' разделились: одни называют его тираноборцем и реформатором, другие - волюнтаристом и властолюбцем. Так кто же он - реформатор-демократ или злой гений?

Прежде чем попытаться ответить на этот вопрос, необходимо остановиться на двух главных аспектах, которые исследователи нередко оставляют без внимания: 1) закономерен или случаен приход Никиты Хрущева к власти, как и его восхождение по политической линии; 2) достаточно ли хорошо был подготовлен третий по счету лидер СССР к руководству страной.

Известный ученый и публицист, один из главных спичрайтеров Хрущева (составитель его речей) Федор Бурлацкий отмечает, что 'он так бы и остался на всю жизнь руководителем среднего звена, если бы не благоприятный случай' (см.: 'Вожди и советники'. - М.: Политиздат, 1990, С. 62-84). Уточним: целый ряд благоприятных случаев.

Первым своим высоким назначением в 1928 г. заместителем заведующего орготделом ЦК КП(б)У молодой секретарь Петрово-Маринского райкома партии (Донбасс) Хрущев обязан Станиславу Косиору, который, вступив в должность генерального секретаря Компартии Украины, начал свою работу с перестройки партийного аппарата (точнее - его чистки) и рекрутирования в него новых людей. В их числе оказался Никита Хрущев. Причина?

Активная поддержка им генеральной линии Сталина на XIV съезде партии (1925 г.) и в борьбе против 'новой оппозиции', руководимой Зиновьевым и Каменевым.

Став через год слушателем Промышленной академии в Москве, Хрущев и там проявил себя активным борцом за дело Сталина. На этот раз борьба шла уже с 'правой оппозицией', которую возглавлял Бухарин. Результатом стало избрание Никиты Сергеевича секретарем партийного бюро академии.

Благоприятно на его дальнейшей карьере отразилось и то, что в Промышленной академии училась Надежда Сергеевна Аллилуева - жена Сталина, бывшая парторгом одной из учебных групп. Их общение по вопросам партийной работы, активная борьба в характерном для Хрущева импульсивном стиле с 'правой оппозицией' сыграли свою роль - на него обратил внимание Сталин. Как отмечает сам Никита Сергеевич: 'Вот я называю это лотерейным билетом, что я вытащил счастливый лотерейный билет' (Ф. Бурлацкий, Вожди и советники. С. 74).

Понимал ли Никита Хрущев, в чем суть разногласий между Сталиным и его оппонентами? На этот вопрос можно ответить четко и ясно - нет. Споры о том, нужно ли продолжать политику НЭПа или свертывать ее, проводить индустриализацию за счет ограбления села или идти по пути развития 'ситцевой индустриализации', развивать многоукладность и добровольное кооперирование в деревне или проводить насильственную и сплошную коллективизацию и многие другие вопросы были довольно далеки от хрущевского сознания. В этом он признавался сам.

Что же толкало Хрущева на эту борьбу? Ответим однозначно: борьба за власть, чтобы она не досталась 'интеллигентам-умникам и пустым спорщикам', которые к тому же находились в меньшинстве.

Характерной иллюстрацией этого является провокационная статья Хрущева в 'Правде' 26 мая 1930 г., которую, видимо, с согласия Сталина сфабриковал редактор газеты Мехлис. В ней разоблачались 'махинации' в бюро партячейки Промакадемии, которые позволили 'протащить' на Бауманскую районную конференцию 'правых оппозиционеров'. Прошла бурная повторная партконференция, которую вел возвратившийся из командировки Хрущев. После этого делегаты - 'правые уклонисты' были отозваны с конференции. Их место вместе со Сталиным, который также баллотировался по Бауманскому району, занял Никита Сергеевич.

Многие исследователи и историки считают, что именно этот эпизод сыграл решающую роль в стремительном продвижении Хрущева наверх. Уже в 1932 г. он становится вторым секретарем Московского областного и городского комитетов партии. Вторым после Кагановича. А в 1935 г. - первым. Это было крупное назначение, если учесть, что МК и МГК партии вместе с Ленинградской партийной организацией постоянно находились в поле зрения Сталина, и он делал все для того, чтобы эти организации стали его опорой в борьбе с оппозиционерами.

Таким образом, проводя в жизнь сталинскую генеральную линию без глубокого осмысления ее сущности, не имея необходимой теоретической и, скажем более, общеобразовательной и культурной подготовки, получивший самое минимальное образование Никита Хрущев был вознесен в середине 30-х на одну из самых высоких ступеней пирамиды политической власти в стране.

Послушный исполнитель

К добру ли это? Отметим и другое - вознестись высоко можно, но удержаться длительное время на вершине этой пирамиды власти и даже продвигаться выше гораздо сложнее. Никита Сергеевич смог сделать это. Почему? Ответ прост. Не имея своего четкого взгляда на проблемы социально-экономического развития СССР, он стал послушным исполнителем воли другого человека - Иосифа Сталина. Поступить иначе он просто не мог. Уже в силу этого спорным выглядит утверждение Абдурахмана Авторханова о том, что Хрущев был против суда над Бухариным (март 1938 г.) и заявил об этом публично (см. Авторханов А., Технология власти, 'Вопросы истории', 1992, ? 2-3, с. 104).

Отметим еще одну важную для понимания личности Хрущева деталь. Он был одним из самых рьяных славословов в адрес Сталина, хотя в мемуарах Никита Сергеевич придерживается другого мнения.

Например, в декабре 1949 г. он пишет: 'Самые глубокие чувства любви и преданности миллионов людей обращаются к Сталину, который вместе с Лениным создал великую партию большевиков, наше социалистическое государство, обогатил марксистско-ленинскую теорию и поднял ее на новую, более высокую ступень. Вот почему все народы нашей страны с необыкновенной теплотой и сыновней любовью называют великого Сталина своим родным отцом, великим вождем и гениальным учителем...' ('Правда', 1949 г., 21 дек.).

Сравним с воспоминаниями: 'Шли последние месяцы 1949 года. Я ехал (в Москву) и не знал, что меня ждет, зачем еду, куда и в каком положении буду возвращаться' (Мемуары Никиты Сергеевича Хрущева, 'Вопросы истории', 1990, ? 2-3, с. 89).

Славословия Хрущева, безусловно, импонировали Сталину. Он понимал, что Никита Сергеевич не может быть конкурентом в борьбе за власть, а только исполнителем его воли (при жизни Сталина так и было), и снисходительно относился к Хрущеву, за что и поплатился, но уже после смерти.

XX съезд партии! Подготовка тайного доклада и выступление на закрытом заседании 25 февраля 1956 г. первого секретаря ЦК Хрущева... Шоковое состояние делегатов, эйфорическое возбуждение самого Никиты Сергеевича, который, по словам Игоря Черноуцана - консультанта отдела ЦК КПСС, присутствовавшего на заседании, не отдавал себе отчета в том, какой резонанс будет иметь доклад внутри страны и за рубежом ('Вопросы истории', 1987, ? 2, с. 63).

Да и как не быть шокированными, если Хрущев, еще вчера верный ученик Сталина и соратник, писавший и говоривший о нем самые хвалебные речи, объявил его 'деспотом, преступником, фальсификатором и маньяком'!

Возникает непростой, на первый взгляд, вопрос: что толкнуло Никиту Сергеевича на этот довольно рискованный шаг? Действительно ли он проявил 'невиданный героизм человеческой души', как пишут многие, во имя святая святых - чистоты ленинской партии и возрождения народовластия? Что можно ответить на этот вопрос сегодня, после пятидесяти лет со времени XX съезда КПСС?

Во-первых, хотел того Хрущев или нет, но поставить вопрос о культе личности Сталина на повестку дня съезда он был вынужден. На Западе уже давно было известно из отдельных публикаций о злоупотреблениях Сталина и массовых репрессиях, хотя представление об их масштабах было довольно смутным. Никите Сергеевичу нужно было или подвергнуть критике эти публикации, или признать их де-факто. Замалчивание подорвало бы его авторитет в глазах мировой общественности и политических деятелей стран Запада уже в самом начале его политической карьеры и продемонстрировало бы причастность Хрущева к этим злоупотреблениям.

Во-вторых, критика Сталина, по мнению Хрущева, должна была очистить партию от всего негативного, что принесли эти злоупотребления, и поднять ее авторитет, а значит, и его - Никиты Хрущева, руководителя КПСС, - на еще большую высоту.

В-третьих, нужно было с точки зрения марксистской теории доказать, что злоупотребления были случайными, зависели исключительно от личности Сталина и не являются характерными для социализма.

В случае успешного развенчания культа личности Сталина имя Никиты Хрущева в истории партии, советского государства, международном коммунистическом и рабочем движении становилось бы рядом (не более не менее) с именем Ленина. Кто-кто из ближайшего окружения Хрущева не без ехидства распускал слухи о 'вакантном месте' в мавзолее после выноса из него тела Сталина, на которое Хрущев начал претендовать уже при жизни, создавая свой 'культ личности'.

Основание этому давал сам Никита Сергеевич. Именно он реанимировал подсунутый доброхотами еще Сталину при подготовке XIX съезда партии и им же отброшенный тезис, что 'нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме!' Пообещал сделать действительностью в СССР то, о чем мечтали сотни лет угнетенные, эксплуатируемые и обездоленные. Через 8 лет после смерти Сталина этот тезис лег в основу новой программы КПСС. О последствиях Хрущев не думал. Через несколько лет этот тезис, как мина замедленного действия, начал дискредитировать социально-экономическую политику КПСС и советского государства.

Был сделан и еще один шаг к созданию 'популярности' Хрущева, который 'логически' вытекал из пресловутого тезиса, вложенного в программу КПСС: было заявлено, что через 10-15 лет СССР опередит США по производству промышленных товаров, а главное - продуктов питания на душу населения.

Советники-холуи, которые тесным кольцом обступили первого секретаря ЦК КПСС и председателя Совета Министров, подсказали ему довольно оригинальную мысль, что коммунизм не наступит до тех пор, пока хотя бы одна страна в мире могла иметь эти показатели выше СССР. Самому глубоко анализировать все это у Никиты Сергеевича не было ни желания, ни времени.

Вот почему реализовать эти планы-прожекты Хрущев стремился (при помощи тех же советников) далекой от научного обоснования реформаторской деятельностью, которая до основания расшатала экономику страны, особенно сельское хозяйство, и без того находившееся в сложном положении.

Что принесла деятельность Хрущева?

Только за пять лет (1959-1963 гг.) этой эпопеи почти в 2 раза сократилось поголовье скота в индивидуальных хозяйствах крестьян (последним запрещался даже выпас скота в исконных для каждого села местах и вообще иметь коров на подворье), были урезаны приусадебные участки проживающим на селе до 15-25 соток (в зависимости от того, кто где работал), на 50% распаханы луговые и выпасные земли (колхозно-совхозный скот стал стойлопривязным), кукуруза вместе с горохом начали не только успешно вытеснять пшеницу из тех районов, где она давала высокие и стабильные урожаи (в европейской части ее посевы сократились на 20%), но и шагнула далеко на север, юг, восток и запад, намного дальше, чем подсказывала даже простая логика.

Создаваемый десятилетиями (а то и столетиями) сбалансированный зерновой клин страны был уничтожен. Если к этому добавить приостановку выдачи паспортов сельской молодежи, что создало проблемы пополнения рабочей силой заводов и фабрик, то разрушительная 'реформаторская' деятельность в сельском хозяйстве Хрущева не имела аналогов в истории России, если не считать коллективизацию, а может, даже и превзошла ее по экономическим последствиям.

Т

аким образом, вместо обещанного изобилия продуктов питания наша страна в последние годы правления Никиты Хрущева вплотную подошла к голоду. В какой-то мере от него спасла целинная эпопея. Но какой ценой!

А промышленность? Тысячи заводов и фабрик, построенные в довоенные пятилетки, оставались той 'основной серой лошадкой', которая тянула промышленный воз страны со все большим замедлением. Технический прогресс обходил СССР стороной.

Возникает вопрос: неужели руководство страны, возглавляемое Хрущевым, не понимало той опасной тенденции, к которой вел все усиливающийся процесс морального и физического старения 'сталинского индустриального монстра'? Понимало, но ограничилось только косметическими действиями.

'Холодная война', навязанная США в послевоенные годы, ее монопольное владение атомным оружием, создание военных блоков и в первую очередь НАТО дали старт небывалой гонке вооружений. СССР вынужден был бросить огромные средства (до 50-60% национального бюджета), самые перспективные интеллектуальные силы на создание качественно новых видов вооружения и их главного стержня - атомного оружия, баллистических и зенитных управляемых ракет, средств радиолокации, подводного, надводного и воздушного атомных флотов, системы ПВО.

Первое главное направление (разработка атомного оружия), второе (радиолокация и управляемые снаряды), специально созданный для этой цели Государственный комитет были поистине 'черной дырой' в экономике СССР, которая поглощала со все убыстряющейся силой бюджет страны. А испытательный полигон войск ПВО Капустин Яр в низовьях Волги, где формировался и проходил испытания ракетный щит, который по идее должен был прикрыть от нападения с воздуха крупные города и промышленные центры, стал самым секретным 'промышленным объектом' Советского Союза.

Отметим и другое. Если анализировать упущенные возможности модернизации промышленности СССР в те годы, то нужно иметь в виду еще две 'черные дыры' - помощь (в основном безвозмездная) странам социалистического лагеря (17-18%) и развивающимся странам Азии и Африки (8-10%). Таким образом, урезанный приблизительно на 70-75% бюджет страны, как мы говорим, 'непроизводственными расходами', никак не мог угнаться за промышленно-техническим прогрессом капиталистических стран Западной Европы, США, Японии. Не было средств и для насыщения внутреннего рынка промышленными товарами первой необходимости, к тому же высокого качества.

Был ли выход? Вряд ли. Если не отказаться от главной идеи, сердцевины внешней политики Советского Союза - создания объективных и субъективных условий (предпосылок) для победы социализма в мировом масштабе и лидерства СССР в этом процессе. Но Хрущев был ортодоксальным марксистом.

Довольно сомнительной была реформаторская деятельность Никиты Сергеевича в области государственного управления и структуры партийного руководства - особенно по разделению обкомов и райкомов партии на промышленные и сельскохозяйственные. 'Я убежден, - пишет Федор Бурлацкий, - что это было сделано не без злого умысла - чтобы окончательно подорвать его авторитет среди партийного руководства' (см.: Прорыв, К.: Изд. ЦК ЛКСМУ 'Молодь', 1989, с. 110).

К сожалению, историками еще недостаточно изучено окружение Хрущева, его ближайшие советники, чтобы выяснить: кто толкал его на порой авантюристические действия. А еще - кто готовил доклад для закрытого заседания XX съезда КПСС и насколько он был объективен. Ведь аппарат ЦК КПСС был полностью отстранен от его подготовки, не использовались архивные материалы и документы.

Достоверно известно только то, что главной фигурой при подготовке постановления ЦК КПСС 'О преодолении культа личности и его последствиях' (30 июня 1956 г.) был Петр Поспелов - один из главных авторов книги 'Иосиф Виссарионович Сталин. Краткая биография'. Случай беспрецедентный в политической практике. Именно от таких советников Хрущев не был избавлен до конца своего десятилетнего правления.

Критик культа личности

Потерпел фиаско Никита Хрущев и в критике культа личности Сталина. При всех своих усилиях он не смог доказать одного-единственного - что причиной массовых репрессий была только лишь борьба Сталина за власть. Оппоненты Хрущева и в СССР, и за рубежом откровенно и скрытно говорили, что в экстремальных условиях жизни народа, когда решается вопрос 'кто - кого', во всех странах во все времена демократические институты народовластия сворачивают свою деятельность до определенного рубежа в зависимости от степени угрозы, нависшей над страной. Историкам еще придется ответить на этот вопрос более объективно без перекосов как влево, так и вправо.

Повлияло ли это на Хрущева? Безусловно. Так, после событий в Венгрии 1956 г. он решил приостановить критику в адрес Сталина. В присутствии Мао Цзэдуна он 'снова начал воздавать хвалу Сталину'. Как видим, всплеск прославления 'вождя и учителя' произошел спустя всего восемь месяцев после XX съезда и четыре - после июньского пленума ЦК, на котором был официально осужден Сталин за злоупотребления властью. Таким был Никита Хрущев.

Да что говорить о Мао Цзэдуне, тоже страдавшем недугом 'своего величия'. Даже репрессированные при Сталине считали его действия в основном правильными. Так, Полина Жемчужина-Молотова после возвращения из ссылки в конце 50-х говорила Светлане Аллилуевой: 'Твой отец гений. Он уничтожил в нашей стране пятую колонну, и когда началась война, партия и народ были едины' (см. Васильева Л. Кремлевские жены. - М.: Изд. Вагриус, 1993, с. 330).

Доклад Хрущева на XX съезде был опубликован только в конце 80-х, поэтому современникам его изучить было затруднительно. Сегодня, читая доклад в полном объеме, приходится признать, что многие положения этого документа требуют уточнения, некоторые - переосмысления, а отдельные являются фальсификацией. Особенно когда речь идет о годах Великой Отечественной.

К примеру, в докладе написано: 'Следует заметить, что Сталин разрабатывал операции на глобусе'. Да, товарищи, он обычно

брал глобус и прослеживал на нем линию фронта (см.: Хрущев Н. Доклад на закрытом заседании XX съезда КПСС, 'Известия ЦК КПСС', 1989, ? 3, с. 33).

Если обратиться к такому авторитету, как маршал Жуков, то станет ясно, что Хрущев искажает истину. Послушаем Георгия Константиновича: 'Надо отдать ему должное. Возглавляя Государственный комитет обороны и опираясь на руководящий состав наркоматов, он проделал колоссальную работу... Своей жестокой требовательностью он добивался, можно сказать, почти невозможного' (см. Жуков Г. К. Воспоминания и размышления, т. 2, Изд. 2-е доп., М.: Изд-во Агентства печати новости, 1974, с. 59-60).

Такого унижения Сталина как военного руководителя и полководца участники войны простить Хрущеву не могут до сих пор.

Большинство историков, журналистов и западных советологов рассматривают выступление Никиты Сергеевича на съезде с точки зрения его высоких нравственных качеств. Так ли это? Давно известно и другое - сам 'критик' культа личности был непосредственно причастен к массовым репрессиям как в Украине, так и в Москве: 'На многих списках людей, подлежащих 'ликвидации', с подписями Сталина, увы, мы находим и подпись Хрущева' (см.: Вожди и советники, с. 76).

А если к этому добавить волюнтаризм Никиты Сергеевича во внешней политике, который минимум дважды вплотную подвел мир к термоядерной войне (Берлинский и Карибский кризисы), то возможностей для критики природы социализма он оставил после себя больше, чем кто-либо. Эти завалы 'новаторской' деятельности Хрущева пришлось расчищать уже в 'застойные времена'.

Читатель, прочитав эти строчки, воскликнет: неужели Хрущев ничего хорошего не сделал? Безусловно, есть у него заслуги. Но давайте поразмышляем. Во-первых, о том, насколько важен был для страны 'хрущевский период'. А во-вторых, насколько эффективно он был использован для развития страны в целом и демократизации жизни общества в частности. Без этого мы не сможем сделать правильные выводы.

Итак, победа над фашистской Германией дала СССР исключительный (возможно, единственный за всю историю) шанс реализовать планы строительства социализма в лучшем его варианте. Страна наконец-то вышла из тяжелейшей полосы международной изоляции, народное хозяйство на плановой основе работало ритмично, управляемость государством была высокой, в Европе и Азии зарождались новые государства социалистической ориентации - союзники СССР.

Капиталистические страны проявляли к нашей стране если не благосклонность, то определенную симпатию, авторитет Советского Союза в мировом сообществе достиг апогея, а Сталин с его жестким и деспотическим характером ушел с политической арены.

Без сомнения, Хрущеву выпала исключительная возможность все эти плюсы многократно усилить, если не умножить, используя их для решения ясных и четких задач:

а) разумной внешней политикой не допустить гонки вооружений, как и создания военных блоков и союзов. Добиться роспуска НАТО;

б) на основе использования новейших достижений научно-технической революции и плановости народного хозяйства наиболее полно удовлетворить материальные потребности народа (он этого заслужил);

в) всемерно развивать демократические институты народовластия.

'Глоток свободы' для народа

Не без основания скажем: условия для решения этих задач были. Что же вышло на самом деле? Начнем с 'глотка свободы', которую даровал Хрущев народу и о которой взахлеб пишут и у нас, и за рубежом, заработав репутацию реформатора.

Но при этом:

а) несмотря на неоднократные заявления Хрущева, что в СССР больше нет политических заключенных, уже после венгерских событий началась первая 'хрущевская' волна расправы с инакомыслящими по статье 58-10 за 'антисоветскую агитацию и пропаганду';

б) появилась скрытая, а поэтому еще более изощренная практика расправы с политическими оппонентами и борцами за правду - посадкой в 'психушку';

в) в 1961 г. (период разгара 'хрущевской демократии') был издан указ о применении смертной казни.

Можно ли после этого сделать вывод, что демократизация общества была поставлена на научную основу и имела четкую концепцию? Александр Солженицын свидетельствует: 'Ничего никогда он не доводил до конца - и меньше всего дело свободы' (см.: Солженицын А. Архипелаг ГУЛАГ, т. 3., М.: ИНКОМ НВ, 1991, с. 452). Осмелюсь сделать вывод: 'клапан свободы' Хрущевым был открыт настолько, насколько это нужно было для создания его популярности в народе и в не последнюю очередь среди интеллигенции, с которой он постоянно ссорился.

Была ли у Никиты Сергеевича достаточно разумная и взвешенная внешняя политика, которая могла бы затормозить начавшуюся гонку вооружений, а освободившиеся средства направить в те сферы материального производства, которые бы дали возможность резко повысить благосостояние народа? При Хрущеве она достигла невиданных (если не ужасающих) масштабов. Даже после Карибского кризиса, когда правительство США дало обязательство не нападать на Кубу, а СССР уже имел вооружение, достаточное для взаимного сдерживания, не удалось избежать последующего витка этой гонки. Виноват ли в этом Хрущев хотя бы частично? Безусловно!

В 'хрущевское десятилетие' тысячи новых 'промышленных объектов' в подавляющем большинстве стали 'айсбергами', верхняя часть которых выпускала для народа примитивный ширпотреб, а нижняя (невидимая и самая большая) - военное оборудование с новейшей электронной начинкой. При этом среднеарифметический показатель из года в год показывал повышение производительности труда рабочих на заводах и фабриках. Но только какой толк от этого был народу, кроме повышения цен и сплошного очковтирательства?

Большую напряженность создал Хрущев и в лагере социалистических государств. К примеру, ссора с Китаем вылилась в миллиардные вложения в строительство трехъярусной оборонительной полосы на всем протяжении советско-китайской границы.

Сколько вложено средств в 'китайскую военную стену' и восточную 'железку'? Специалисты не без основания считают, что на эти средства можно было каждому жителю нашей страны (включая младенцев) приобрести легковой автомобиль и построить трехкомнатную квартиру. Не является ли это примером масштабной экономической диверсии против своего же народа?

Хотелось бы задать вопрос: так ли серьезны были разногласия между СССР и Китаем? Историки не находят объективных причин для такой вражды. Зато субъективных - сколько хочешь. И дело не только в том, что Мао Цзэдун не был согласен с решениями XX съезда КПСС, а в том, что лидер Китая не мог смириться с оскорбительными словами и эпитетами в свой адрес вроде 'китайская обезьяна' или 'старая галоша'.

Коробило и развязное обещание в одной из бесед с китайским представителем разбушевавшегося Никиты Сергеевича направить 'гроб с телом Сталина из Москвы прямо в Пекин', если они и дальше не будут признавать правильными решения съезда партии о культе личности. Как видим, низкий уровень общей и политической культуры Хрущева часто приводил к непредсказуемым последствиям.

Вот почему есть основания сказать, что десятилетнее правление Хрущева - это период потерянных возможностей. Возможностей превращения СССР в государство с развитым народовластием и мощными производительными силами, которые работают не на разрушительные цели (войну), а созидание.

Кровавый март 56-го в Тбилиси

Мстительно-эгоистическая политика Хрущева в отношении Сталина привела к кровавой драме на родине последнего. Сошлюсь на материалы грузинского журналиста и ученого Арчила Бежанишвили и профессора кафедры истории Грузии Тбилисского государственного университета Вахтанга Гурули.

Все начиналось 5 марта 1956 г., в годовщину смерти 'вождя народов'. Сотни жителей Тбилиси стали собираться в парке на набережной Куры у 'Сухого моста', где стоял памятник Сталину. Они декламировали стихотворения, посвященные ему, возлагали венки и критиковали Хрущева, выступившего две недели назад на XX съезде КПСС с речью о культе личности Сталина.

Похожие события разворачивались в те дни в Гори, Кутаиси, Батуми и других городах Грузии. Вызваны они были ходившими в республике разговорами о том, что выступление Хрущева было направлено не только против Сталина и Берии, но и против всего грузинского народа. Поскольку текст доклада не был опубликован, распространялись самые немыслимые слухи.

- Это было выражение массового народного возмущения и выступление в поддержку 'доброго имени и чести' знаменитого земляка, которое приобрело политический характер, - говорит Вахтанг Гурули. - Надо учитывать, что Сталин всегда воспринимался и воспринимается в Грузии как бы в двух ипостасях - как грузин и как создатель коммунистической державы.

...С каждым часом митингующих у памятника становилось все больше и больше. Прибывали люди из разных районов Тбилиси, из пригородов. Было много молодежи - студентов и старшеклассников.

6, 7 и 8 марта митинги продолжались днем и ночью. Обстановка постепенно накалялась. С нарастанием митинговых страстей появлялись новые лозунги. Если вначале они были сталинскими и коммунистическими - 'Сталин - наше знамя!', 'Да здравствуют партия, Ленин и Сталин!', - то позднее послышались требования отставки Политбюро ЦК и независимости Грузии. Все это происходило в то время, когда даже думать о таких вещах считалось преступным.

До 9 марта власти и милиция были словно парализованы. Более того, некоторые сотрудники МВД появлялись на улицах с плакатами, скандируя при этом: 'Ленин! Сталин!' А 9-го утром на митинге на площади Ленина выступил первый секретарь ЦК Компартии Грузии Василий Мжаванадзе. Он начал речь по-русски, но по требованию митингующих перешел на грузинский, которым плохо владел. Он призвал собравшихся разойтись, дал им кое-какие обещания и поспешно скрылся в здании ЦК. В тот же день местные газеты вышли с 'положительными' статьями о Сталине - митингующие требовали этого с самого начала событий. Но теперь народу этого уже было мало.

К этому времени все стратегические объекты города уже были заняты внутренними войсками. Армейские части спустились к парку на набережной, где проходил митинг, и устроили настоящую бойню. Расправа там была еще более жестокой и кровопролитной. Десятки трупов без лишних церемоний сбрасывали в темные воды многое видавшей Куры. Морги города были переполнены, многих той же ночью захоронили в общей могиле, и спустя некоторое время родственникам с трудом удалось получить разрешение на перезахоронение тел.

Сколько же человек было убито в тот кровавый мартовский вечер в Тбилиси? Точных данных нет и по сей день. По признанию члена экспертной комиссии по эпизоду у телеграфа Матиашвили, на проспекте Руставели погибли около 25 человек, в основном старшеклассники и студенты, а по событиям в парке экспертизу решено было вообще не проводить (?!). По мнению историка Вахтанга Гурули, число жертв карательной армейской операции на набережной составляет от 100 до 120 человек.

Можно ли было обойтись без крови? Наверное, да, но тогдашнему руководству надо было напугать народ и тем самым пресечь на корню происходившие в отдельных местах (уже были студенческие бунты в Свердловске, Томске, других городах) и вполне возможные во многих уголках СССР последующие народные выступления. Решение было принято - на самом верху, в Кремле.

Репетиция рокового предательства

Продолжая разговор о Н. Хрущеве, сошлюсь на мнение всемирно известного ученого и писателя Александра Зиновьева: 'Сталинская эпоха завершилась хрущевской десталинизацией. Коснусь лишь одного ее аспекта.., на который почти никто не обратил внимания: миллионы сталинистов во главе с самим Хрущевым (а он был сталинским холуем!) молниеносно предали своего вождя Сталина и превратились в активных антисталинистов.

Я не помню ни одного случая в те годы, чтобы кто-то публично выразил преданность Сталину и сталинизму (автору, видимо, неизвестно было о волнениях в Грузии, о которых речь шла выше. - Авт.). Вся десталинизация в целом прошла как массовое предательство, инициатива которого исходила с высот власти и в которое было вовлечено почти все активное советское население. Она явилась своего рода репетицией к тому роковому предательству, которое через тридцать лет будет совершено по инициативе горбачевского и затем ельцинского руководства.

Хрущевское предательство затронуло лишь некоторые аспекты советского общества, оставив без изменения его социальный строй. И потому оно не стало роковым.

К тому же зарвавшегося Хрущева остановили и отстранили от власти. Но его деятельность обнаружила уязвимость идейно-морального состояния советского общества и разрушительную мощь советской системы власти, когда ею распоряжаются дураки и авантюристы...

И все это было замечено западными организаторами 'холодной войны' и принято в расчет'. (Зиновьев А., Гибель русского коммунизма. М.: Изд. 'Центрполитрад', 2001, с. 246).

Владимир Никаноров - кандидат исторических наук, с. Новопокровка Ореховского р-на Запорожской обл.

_________________________________

Дело о хрущевском ботинке ("New Statesman", Великобритания)

Сергей Хрущев@ИноTV: "Для отца Карибский кризис был приглашением к торгу" ("BBC World", Великобритания)

Хрущевская ложь - очередная низость Москвы ("Time", США)

Хрущев: иллюзии войны ("Time", США)