27-28 мая (по новому стилю) 1905 года произошла морская битва при Цусиме, в ходе которой Япония нанесла тяжелейшее поражение российскому флоту. В годовщину этого трагического события редакция ИноСМИ предлагает читателям статью, представляющую попытку "по горячим следам" проанализировать ход сражения и действия сторон.

* * * * * * *

Статья опубликована 10 июня 1905 года

Японский адмирал не поддался на отвлекающие маневры Рожественского: он просто ждал - Слабые корабли в качестве приманки - Русских внезапно атаковали мощные эскадры, затаившиеся в засаде - Губительная работа торпед

Специально по телеграфу из Токио, 9 июня - От начала и до конца адмирал Того был непоколебимо убежден, что Балтийский флот направится во Владивосток через Цусимский пролив.

Он считал, что ни один командующий не поведет большую эскадру через северные проливы в сезон туманов; к тому же в этом случае он оказался бы на большом расстоянии от нейтральных портов, где могли бы укрыться поврежденные корабли. Наконец, в Сангарском проливе русские могли столкнуться с минными полями, тогда как в Цусимском проходе эта опасность им не угрожала.

Судя по всему, Того удалось точно предугадать ход мыслей адмирала Рожественского. Впрочем, многие из подчиненных ему офицеров советовали выбрать северный проход; некоторые же настойчиво предлагали захватить базу на Формозе, вынудив японцев направиться туда и дать сражение. Этот вопрос всерьез обсуждался на борту русского флагмана в бухте Камрань, куда 5 мая прибыли корабли Небогатова, с огромной радостью встреченные моряками 2-й Тихоокеанской эскадры: успех дальнего похода обеих эскадр и их встречу в точке рандеву за тысячи миль от родных берегов они сочли добрым предзнаменованием, сулящим победу.

Выслушав аргументы своих офицеров, адмирал Рожественский объявил, что намерен сначала войти в Тихий океан, вынуждая противника гадать, куда он намерен направиться, а затем вернуться в Китайское море, пройдя севернее Формозы, и оттуда взять курс прямо на Цусимский пролив. Это решение было воспринято с восторгом: офицеры русской эскадры обнимались и поднимали тосты за успех плана своего флотоводца.

Дав морякам 3-й Тихоокеанской эскадры девять дней на отдых, адмирал Рожественский 14 мая покинул Камрань и незамеченным прошел мимо острова Балинтан. В ночь на 17 мая эскадра загрузилась углем у Ниатаны; там Рожественский остановил норвежский пароход, зафрахтованный японской фирмой, и сообщил капитану, что направляется в Цусимский пролив.

Тем самым он рассчитывал ввести в заблуждение адмирала Того, который, естественно, должен был бы предположить, что эскадра возьмет другой курс. Адмирал Рожественский намеревался усилить это впечатление, идя малым ходом - не обнаружив русских кораблей в китайском море в ожидаемые сроки, японцы должны были окончательно увериться, что они движутся к северному проходу.

Однако эта военная хитрость не подействовала на адмирала Того: он упорно оставался на своей базе, прикрывая Цусимский пролив.

В то же время, адмиралу Рожественскому не удалось добыть никаких заслуживающих доверия сведений о местонахождении японского флота. Эта тщательно охраняемая тайна даже японской общественности оставалась неизвестной до самого конца.

25 мая шесть русских вспомогательных крейсеров - переоборудованных транспортов - вошли в устье Янцзы, что заставило теряться в догадках японскую широкую публику. Адмирал Того, однако, истолковал это событие как неопровержимое свидетельство того, что эскадра Рожественского находится в Китайском море.

27 мая в 5:30 утра японские разведывательные корабли, лежащие в дрейфе к северу от острова Кельпарт, сообщили по телеграфу: русские приближаются к Цусиме. Однако из-за тумана точно определить состав эскадры было невозможно; оставалось неясным, идет ли речь о главных силах русских или нескольких слабых кораблях, принесенных в жертву, чтобы отвлечь внимание японцев на юг, пока адмирал Рожественский будет проходить северным маршрутом. Ответа на этот вопрос не было до самого полудня, когда сильное беспокойство, охватившее Токио, было развеяно телеграммой адмирала Того, где говорилось, что русский флот находится в пределах видимости.

Тем временем сам Того неуклонно следовал своему плану; основные силы его флота продолжали оставаться в укрытии - где именно, до сих пор остается тайной. Рассчитывая укрепить русских в уверенности, будто Цусимские проливы охраняются слабо, и побудить двинуться восточным проходом, он выслал против них ряд старых кораблей, не обладавших высокой скоростью, но оснащенных достаточно тяжелыми орудиями, чтобы держать противника на почтительном расстоянии. Туман помог этим кораблям уцелеть; впрочем, Того был готов принести их в жертву на алтарь своего основного замысла.

Пока объединенная русская эскадра не оказалась в непосредственной близости от Цусимы, адмирал Рожественский держал в авангарде вспомогательные крейсера, но непосредственно перед входом в пролив отозвал их. После этого во главе боевого порядка встали броненосцы 'Император Александр III', 'Наварин' и 'Князь Суворов'. Ветер крепчал, волнение моря чрезвычайно усилилось, туман начал рассеиваться.

Того вывесил на мачте флагмана сигнал: 'От этого боя зависит судьба Империи. Пусть каждый исполнит свой долг'.

Русские, не теряя уверенности, шли прежним курсом, развивая ход в 12 узлов, и обмениваясь неточными залпами с японским 'отвлекающим' отрядом; затем, в час пополудни, последний отошел на северо-восток. После этого на арене появился адмирал Того с главными силами, разделенными на два отряда по шесть броненосных кораблей в каждом. Сам он возглавлял отряд, состоящий из четырех броненосцев, и броненосных крейсеров 'Ниссин' и 'Касуга'. В отряд адмирала Камимуры входило шесть броненосных крейсеров.

Отряд Того держал ход в 14 узлов, а Камимуры - 16 узлов. Примерно в 1:30 пополудни в рассеивающемся тумане Адмирал Рожественский обнаружил слева по носу броненосцы Того в одной кильватерной колонне, огибавшие северную часть острова Цусима. Вскоре после этого русские увидели и отряд Камимуры, двигавшийся мимо южной оконечности острова и заходивший им в корму с той же стороны; в то же время 'отвлекающий' отряд, получивший мощное подкрепление, создавал угрозу с правого борта.

Русские немедленно перестроились в две кильватерные колонны, заворачивая вправо. В голове восточной колонны шел 'Император Александр III', западная состояла из крейсеров, а вспомогательные суда располагались между колоннами или позади.

На море наблюдалось сильное волнение, дул резкий юго-западный ветер, поэтому преимущество японцев не ограничивалось тем, что солнце оказалось у них за спиной - им помогали плотные клубы дыма, которые сдувало прямо на русских. Сильная качка тоже была на руку японскому флоту, который обычно проводит учебные стрельбы в штормовую погоду; в результате неустойчивость орудийных платформ не сбивает артиллеристам прицел. Более того, они могли воспользоваться и тем, что неприятельские корабли швыряло на волнах, и открывались незащищенные жизненно важные части корпуса.

Русские открыли огонь на расстоянии в 12000 метров (почти 7,5 миль), но он был абсолютно неэффективен. Японцы выждали, пока дистанция не сократится до 7500 метров (чуть больше четырех миль), после чего дали шесть пристрелочных выстрелов и добились трех попаданий. Теперь сражение развернулось по всей линии. Русские постоянно пытались прорваться на север, но японцы, превосходя их в скорости, раз за разом вынуждали их отвернуть, так что русской эскадре приходилось петлять, и ее корабли один за другим проходили мимо японцев, осыпавших их смертоносными залпами с трех направлений.

Артиллеристы адмирала Рожественского поддерживали куда более высокий темп стрельбы, чем противник, но их снаряды почти всегда ложились с недолетом или перелетом - что, вероятно, было связано с отсутствием у расчетов опыта прицеливания в штормовых условиях.

К вечеру пять русских кораблей, включая три броненосца, были потоплены - очевидно, они утратили остойчивость из-за множества попаданий в водонепроницаемые отсеки одного борта, и проникновения воды через носовые и кормовые переборки. Строй российской эскадры сломался, но корабли по-прежнему были заперты в юго-восточном 'углу' Японского моря.

До сих пор стратегия адмирала Того работала идеально, но важнейшим элементом его плана оставалась атака имевшихся у него шестнадцати отрядов миноносцев: она должна была состояться ночью, когда возможности противника ограничены и он не сможет понять, что к чему. В какой-то момент возникли серьезнейшие опасения в осуществимости такого предприятия - волнение было слишком сильным для действий миноносцев. Однако к вечеру ветер и волны ослабли. Ночью установилась тихая погода, а лунного света миноносцам было вполне достаточно: они устремились на русских с трех направлений, выпуская торпеды с расстояния не более 300 метров (325 ярдов), и с такой смертоносной меткостью, что это искупило все предыдущие неудачи японских легких сил.

Японцы отрицают участие в сражении подводных лодок, да и условия явно для них не подходили.

Тем временем главные силы японцев отошли к северу, освобождая пространство для миноносцев. К полуночи за флагом адмирала Небогатова следовало лишь девять русских кораблей. Они медленно двигались на север; миноносцы 'приклеились' к русскому построению с флангов, постоянно нанося удары, и к утру на плаву осталось лишь пять кораблей - 'Орел', 'Император Николай I', два броненосца береговой обороны и крейсер 'Изумруд'. Потеряв ориентацию из-за многочисленных сложных маневров, адмирал Небогатов решил идти на запад, пока не увидит какой-нибудь участок корейского побережья, который можно будет опознать.

Вскоре с 'Изумруда', выполнявшего роль разведчика, сообщили, что обнаружены острова Лианкур, после чего русские, вновь обретя надежду, проложили курс на Владивосток. Однако почти сразу они увидели впереди два отряда японских кораблей, полным ходом идущих на сближение, и опознали флаги адмиралов Того и Девы. 'Изумруд' на полной скорости ушел вперед, но остальные корабли Небогатова - на их борту было много раненых, половина орудий выведена из строя, а боеприпасов почти не осталось - спустили флаги.

Другие корабли русского флота, еще остававшиеся на плаву, преследовались и по одному уничтожались японцами, разделившимися для этого на группы однотипных кораблей.

Никаких особых новшеств в ходе этого сражения замечено не было. Русские сражались упорно и доблестно, но противник превзошел их по всем пунктам. Стреляли они несравненно хуже японцев, добившихся необычайного количества попаданий из двенадцатидюймовых орудий. Японские снаряды также оказались гораздо эффективнее русских.

Больше всего особого упоминания заслуживает, пожалуй, искусство японцев в применении торпедного оружия, резко выделяющееся на фоне прежних неудач, что, очевидно, связано с проведенной в последнее время специальной подготовкой и уроками, извлеченными из прошлого опыта.

____________________________________________________

Американский адмирал русского флота (BBCRussian.com, Великобритания)

Нью-Йорк - база русского флота? ("The New York Times", США)

Увы, если разобраться, то именно флот погубил Россию ("Зеркало Недели", Украина) http://www.inosmi.ru/translation/239074.html