Данный материал публикуется в рамках акции 'Переводы читателей ИноСМИ.Ru'. Эту статью обнаружила и перевела наш читатель Italia, за что мы ей крайне признательны

__________________________________________________

"Экономические санкции по отношению к Ирану не приносят пользы, - говорит Адам Михник. - Рискуем поставить на колени всю страну. Рискуем причинить вред населению и, таким образом, укрепить тех, кто стоит у власти. Нужно поразить в самое сердце режим аятолл, президента Махмуда Ахмадинежада. Более эффективным было бы составить список "персон нон грата", помешать им приезжать сюда и заниматься политикой и бизнесом. Прежде всего, необходимо поддержать внутреннее диссидентство в Иране, интеллигенцию, нужно помочь подготовить структуры, чтобы поддержать демократические и либеральные тенденции в стране".

В этом уверен Михник, героическая фигура польского диссидентства, во время коммунистического режима неоднократно подвергавшийся арестам. Он был одним из основателей Комитета по защите трудящихся в 1976 году и активистом "Солидарности". Принимал участие в 'Круглом столе' по организации демократических выборов, был избран в первый посткоммунистический парламент. "Но потом я подумал, что лучше быть плохим главным редактором газеты, чем отвратительным политиком. Мне не хватает хитрости, способности говорить ложь", - говорит он.

Михник принимает специального корреспондента "Il Foglio" в своем офисе в редакции "Gazeta Wyborcza", самой читаемой газеты в Польше, газеты интеллигентов. Это очень сердечный человек, типичный господин "Миттельевропы", который до сих пор целует ручки дамам. Михник ставит на диссидентство, на силу, которую оно может иметь для того, чтобы изменить страну изнутри, даже если оно не до конца оценивает ту опасность, которая исходит от Тегерана и религиозного терроризма.

В дебатах на страницах "Le Monde" в конце апреля 2003 года с Даниэлем Кон-Бендитом (Daniel Cohn-Bendit) он сравнил 11 сентября с 9 ноября 1938 года, "Хрустальной ночью", когда начались антисемитские погромы. С драматической сменой эпох. Но Иран, по его мнению, не тоталитарная страна, а, скорее, смесь авторитаризма и теократии. Отсюда и "distinguo" (различие), непрямое, относительно американского решения о военном вмешательстве в Ирак в 2003 году. Михник поддержал Соединенные Штаты, за что подвергся серьезной критике.

Тогда он защитил себя так: "Плохое правительство с плохими доказательствами (ссылка на Буша и на обоснования наличия химического оружия в Ираке - прим. ред.) подготовило очень хорошую интервенцию. Я анализирую ситуацию, в первую очередь, с точки зрения политических заключенных в Ираке, людей, которые стали жертвами тоталитарного режима Саддама Хусейна. Но в Иране я не вижу жестоких репрессий. Когда я там был три года назад, я не увидел населения, которое терроризируется, даже наоборот. Люди открыто выражали свое растущее недовольство. И именно это нужно поддержать. Ахмадинежад - опасный авантюрист, и не столько для своей страны - через пятнадцать лет не будет ни его, ни аятолл - сколько для Ближнего Востока. Опасность - в его заявлениях против Израиля и в том, что Тегеран поддерживает такие группировки, как 'Хезболла'".

"Что ожидать от Медведева - просто загадка"

Наверное, Европейский Союз должен начать прислушиваться к новым восточно-европейским членам, они о диссидентстве и о внутренних революциях кое-что знают. Знают также, что значит вести эту борьбу в течение десятилетий, будучи более или менее забытыми внешним миром. 'Европа должна начать обращаться с нами, как с равными. Воспользоваться нашей компетенцией и историческими знаниями. Даже когда ведет переговоры с Россией'.

Михник не сомневается в том, что настоящая опасность для Запада идет от религиозного фундаментализма. Но его страна смотрит с беспокойством и на своего ближайшего соседа. "Что ожидать от Медведева - просто загадка. Наверное, и для него самого тоже. Но сейчас мы вместе с более надежным польским правительством хотим, чтобы нас воспринимали всерьез. Нас, поляков, как и все другие бывшие коммунистические страны, вошедшие в ЕС. И начиная с энергетической политики".

Россия более предсказуема, но, тем не менее, вызывает страх, как условный рефлекс, у тех народов, которые десятилетиями были подмяты под себя Советским Союзом. Этим страхом воспользовался бывший глава правительства Ярослав Качиньский. Руссийско-немецкое соглашение по балтийскому газопроводу, который исключает Польшу, стало причиной, которая позволила ему сковать Евросоюз.

Для Ярослава Качиньского, также как и для его брата-близнеца Леха, главы государства, тот газопровод был единственной целью - вернуться к твердой позиции. Но премьер одновременно соблазнился авторитарными искушениями, ползучей "путинизацией" политики, как говорит Михник. Он назначил своих людей на все ключевые места в политике и экономике, издал закон о люстрации ("Lustration Act"), чтобы откопать в любом правительственном оппозиционере бывшего сотрудника коммунистических секретных служб.

"Если бы Ярослав Качиньский остался у власти еще на немного, мы все в Польше стали бы диссидентами. Пока мы должны были войти в ЕС, до этой поры мы вели себя безупречно. Потом... Похожие тенденции можно заметить и в других бывших коммунистических странах. Посмотрим на Словакию с премьером Робертом Фицо, и на Словению, где происходит все большая централизация власти. К популизму добавляется еще и сепаратизм. Возьмем Косово. Лично я считал, что многонациональная Югославия была хорошей идеей. Жаль, что ее разрушил Милошевич, который своим шовинизмом заразил потом Балканы, и не только. Многих сепаратистов можно увидеть и в других уголках Европы. Недавно за круглым столом здесь, в редакции "Gazeta Wyborcza", один уполномоченный представитель Путина заявил, что, по его мнению, Евросоюзу предназначено развалиться".

Убежденный европеист Михник не хочет этому верить, но подчеркивает: "Одна из самых больших проблем, которую должен будет преодолеть ЕС в ближайшие десять лет, будут именно антиевропейские поползновения отдельных стран. Очень легко подпитывать разочарование людей, как внутри страны, говоря им, что тот, кто не думает так, как ты, коррумпирован или бывший агент, так и извне. Поэтому ЕС должен больше прислушиваться к нам, дать нам больше права голоса, большего паритета".

Михник также уверен в важности трансатлантического альянса. Может быть поэтому он имеет свое особое мнение об американских выборах. "Если бы я был американским гражданином, я бы голосовал за Обаму. Он - знаменосец надежд сотен тысяч молодых людей. Возможно, в конце концов, он окажется разочарованием, но ему нельзя отказать в энтузиазме, который он выражает, и которым он заразил всю страну. Он может одержать победу над Клинтон. Но как говорится в пословице: двое спорят - третьему на руку. И если это так, если выиграет, в конце концов, Маккейн, я, как поляк, не буду считать это трагедией. Наоборот, это может оказаться хорошим шансом. Маккейн познал коммунизм во время своего более чем пятилетнего пребывания во вьетнамских тюрьмах. Для нас, жителей Восточной Европы, это гарантия".

_________________________________

Автор перевода читатель ИноСМИ.Ru - ItaliaItalia

Примечание: редакция ИноСМИ.Ru не несет ответственности за качество переводов наших уважаемых читателей

_________________________________

Польша - полуколониальная страна ("Wiedza i Zycie", Польша)

Осторожное балансирование Польши между риском и вознаграждением: как совместить несовместимое? ("The Times", Великобритания)

Польская восточная политика после 1989 года ("Россия и современный мир", Россия)

Разбирательство с красными призраками Польша превратила в унизительный фарс ("The Guardian", Великобритания)