Имена Дэвида Аддингтона (David Addington) и Омара Хадра навсегда вписаны в историю войны с терроризмом

Дэвид Аддингтон - заведующий администрацией вице-президента Ричарда Чейни (Richard Cheney) и мой бывший коллега. Его отец был выпускником Вест-Пойнта (старейшее военное училище США - прим. пер.), получил медаль 'Бронзовая звезда' за участие во Второй мировой войне, дослужился до генерала. Сам Дэвид, перед тем, как начать работать в Белом доме, сотрудничал с ЦРУ, с комитетом по делам разведки при Конгрессе и с Пентагоном. Мало кто может похвастать большими знаниями в таких областях, как разведка и национальная безопасность.

Что касается Омара Хадра, то его отец стоял у истоков организации 'Аль-Каида', финансировал ее, а в 2003 году погиб в перестрелке с пакистанскими военными возле афганско-пакистанской границы.

Семья Хадров водила такую тесную дружбу с семьей бен Ладенов, что первые некоторое время гостили у вторых в афганском городе Джелалабаде. Усама был почетным гостем на свадьбе сестры Омара. Сам Хадр прошел обучение в военном лагере 'Аль-Каиды', а в 2002 году участвовал в сражении, где, как утверждается, убил медика-спецназовца, и попал в плен. В конечном итоге он оказался на базе Гуантанамо, где его ждет трибунал за совершение военных преступлений.

Догадайтесь, кому из этих двоих больше сочувствует пресса?

Пару дней назад адвокаты Хадра опубликовали видеозапись, датированную февралем 2003 года. На этой записи их клиента допрашивают канадские официальные лица. Сначала Хадр выглядит оптимистично, на вскоре понимает, что канадцы его просто так не отпустят, и резко мрачнеет. Молодой человек (тогда ему было всего шестнадцать) плачет, зовет маму и жалуется, что ему плохо обработали раны, полученные в боях на стороне 'Аль-Каиды'.

Эффект был потрясающий. Издание Montreal Gazette объявило, что Хадр 'не злодей', а 'жертва'. В американской прессе заголовки были и того хуже: 'Запуганный мальчик на видео', 'Подросток умоляет о спасении', 'Подросток просит помощи, сообщает о пытках, правозащитники требуют освобождения'. Кажется, единственным, кто смог сказать о Хадре хоть что-то нелицеприятное, был солдат, лишившийся глаза в том же бою, в котором Хадр, как утверждается, убил гранатой старшего сержанта Кристофера Спира (Christopher Speer).

Нетрудное дело - осудить тех, кто ставит Дэвида Аддингтона и Омара Хадра в равное положение. Только вот сказать, что их судят наравне, будет некоторой натяжкой. В пользу Аддингтона.

Ведь если агента 'Аль-Каиды' причисляют к ангелам, то советника вице-президента - натурально, к демонам. А времена нынче суровые. Настолько суровые, что на очередном заседании депутат палаты представителей от Демократической партии Уильям Деллахант (William Dellahunt), штат Массачусетс, позволил себе пошутить следующим образом: 'Я уверен, что 'Аль-Каида' следит за нами, - и я рад, что у них наконец-то появилась возможность увидеть вас'.

Такие вот дела. Отдельные разумные люди могут не соглашаться с Дэвидом. Многие с ним и не согласны. Но в этом случае речь не шла о споре разумных людей друг с другом. Тактика заключалась в том, чтобы выкрикивать обвинения как можно чаще, так часто, чтобы все начали верить в их справедливость.

Теперь те документы, которыми регулируется объем полномочий главнокомандующего, спокойно называют 'пыточными меморандумами'. Теперь каждый считает своим долгом колотить в барабан и кричать о 'военных преступлениях'. Теперь уже Washington Post не стесняется писать о выступлении Дэвида в конгрессе и сыпать такими словами, как 'горбатый', 'лаял', 'рычал', 'скалился', как будто он не человек, а животное.

Так что из Дэвида получился прекрасный картонный злодей. Среди прочего, его мало кто знает за пределами властных кругов Вашингтона, что дополнительно подпитывает сложившуюся вокруг него загадочную образность. В одном документальном фильме его фотографию показали как неслыханную редкость, примерно так, как показали бы фотографию снежного человека.

Кстати, в отличие от многих противников Дэвида, сам он никогда не позволяет себе организовывать 'утечки информации'. Я говорю о многих 'бывших высокопоставленных сотрудниках администрации', которые так часто (и так анонимно!) выступают в New Yorker с очередным разоблачением злодейских козней.

Джек Голдсмит (Jack Goldsmith), бывший глава бюро юридических консультаций при министерстве юстиции и, пожалуй, самый пламенный противник Дэвида, выразился в книге собственного авторства следующим образом:

'Наши категорические разногласия по вопросам закона о национальной безопасности и толкования неясных формулировок, содержащихся в нашей конституции, - это вовсе не битва защитника конституции против ее врага'.

Далее Голдсмит пишет, что 'далеко не всегда очевидно, насколько агрессивно следует сдерживать угрозу терроризма, и нужно ли это делать вообще, равно как и неясно, насколько далеко нужно заходить в переписывании законов, и нужно ли это делать вообще'. О Дэвиде же говорится, что, несмотря на все их разногласия, он все же 'добросовестно' служит своей стране.

Конечно, нашему обществу можно только поставить в заслугу то, что даже во время ужасной войны, даже во врагах, специально обученных ненавидеть и убивать нас, мы способны видеть человеческое. Но кое-кто из нас все еще не расстался с надеждой, что такая же 'презумпция человечности' будет распространяться и на тех добрых мужей и женщин, которые в меру своих несовершенных способностей сражаются за нашу с вами мирную жизнь.

__________________________________________________________

Кто распространял фальшивые истории о героизме? ("The New York Times", США)

Можно ли выиграть войну одним только оружием? ("The Guardian", Великобритания)

Правда о пытках ("Newsweek", США)