В чем Солженицына только не обвиняли: начиная с антисоветчины, искажения истории и заканчивая 'стукачеством', антисемитизмом (а когда-то, когда Солженицына в СССР 'клеймили', намекали, что он нерусский, его подлинная фамилия Солженицер) и 'затхлым шовинистическим умом' (тут достаточно вспомнить его 'проекты' обустройства России, в том числе за счет Украины, и его оценки Голодомора как 'провокаторского вскрика').

Не буду Александра Исаевича ни в чем обвинять. Это отвратительно и пошло. Попытаюсь понять. В чем его (прозвучит высокопарно, но правильно) величие? В вызове Системе и Единственно Правильному Учению. Той старой беспощадной большевистско-коммунистической системе и так называемому марксистско-ленинскому учению. Ныне просто трудно поверить, что ОДИН человек (какой-то там преподаватель математики) мог ТАК раздражать адептов, и системы, и учения, что они его в феврале 1974-го буквально за считанные часы ВЫПЕРЛИ из страны.

Напоминаю это для кое-кого из тех, кто сегодня изображает из себя супердиссидентов, не выбирая слов в адрес Солженицына, в том числе обижаясь на него за его антиукраинские высказывания. Солженицын ничего из себя не изображал. Он просто написал то, что знал, собрал, записал и... И получился, используя терминологию одного известного политика, самый мощный снаряд в сторону СССР и КПСС под названием 'Архипелаг ГУЛАГ'.

Получив еще в 1970-м Нобелевскую премию, он не успокоился, не почил на лаврах. Он знал, что дело всей жизни не сделано: он 'ковал' книжку о ГУЛАГе, книжку, которая перевернула мировоззрение миллионов людей. Булат Окуджава во времена, когда царил брежневский 'стабилизец', написал:

Римская империя времени упадка

сохраняла видимость твердого порядка:

Цезарь был на месте, соратники рядом.

Жизнь была прекрасна, судя по докладам.

Солженицын подробно, до деталей, показал, чем на деле была история этой империи, кем был Цезарь и его предшественники и чего стоили доклады вместе с соратниками. Об этом, как мне кажется, нужно помнить, в первую очередь, если мы хотим понять и оценить Солженицына. Напомню, кстати, что 11 декабря 1990 года Солженицын написал письмо в Комитет по государственным премиям Российской Федерации, в котором отказался получать премию за книгу 'Архипелаг ГУЛАГ'. Он писал: 'Это книга о страданиях миллионов, и я не могу собирать на ней почет...'

...В 1999 году еще живой Лев Копелев (а именно он послужил Солженицыну прототипом Рубина, героя романа 'В круге первом') на вопрос 'Как вы оцениваете власть нынешней 'свободной России' и происходящее там?' ответил: 'Бывали времена похуже, но не было подлее. Это еще одно свидетельство чуждости всех правительств народу. И не важно, под каким знаменем выступают властители, под трехцветным или красным'.

Ах, как хотелось бы, чтобы и Александр Солженицын вот так бы тоже сказал. Но нет, не сказал, а теперь уже никогда и не скажет. В 94-м он вернулся в Россию на гребне восхищения и неподдельной славы. Быстро разобрался, что на деле происходит, но начал не критиковать, а ПРОПОВЕДОВАТЬ, защищать Россию ото всех, включая украинцев. Ну, что поделать! Настоящий русский, убежденный, что России все хотят навредить, а в самой России пусть и не все в порядке, что-то чем-то измазано, зато души чистые...

Уже теперь, на излете жизни, Солженицын, как свидетельствовала его жена Наталья, был доволен вниманием Кремля и не испытывал антипатии к его обитателям. Что ж поделаешь? Не один он из людей интеллигентных и интеллектуальных. Вот что, например, пояснила мне одна интеллигентная московская дама-профессор: 'Я уважаю Путина, он приостановил процесс распада федерации'. Видимо, и Александр Исаевич был обеспокоен распадом. Как и всякий настоящий русский. Да еще и не любящий Запад. Но это его право - кого-то любить, кого-то нет. Нам, как писал наш поэт, 'своэ робить'. И главное - не сотворить себе очередного врага, которого надо будет клеймить. Это мы любим. Это мы за 17 лет независимости не растеряли. К сожалению...

В своей Нобелевской лекции в 1970 году Александр Солженицын подчеркивал: '...Мы способны помочь миру в его раскаленный час. Не отнекиваться безоружностью, не отдаваться беспечной жизни - но выйти на бой!

Одно слово правды весь мир перетянет.

Вот на таком мнимо-фантастическом нарушении закона сохранения масс и энергий основана и моя собственная деятельность, и мой призыв к писателям всего мира'.

Своей судьбой Александр Солженицын доказал: слово правды - великая сила. И это главное, что следует помнить, воздавая должное настоящему русскому человеку.

***

Отношение к Солженицыну пока показное

- Я думаю, того, что сделал Солженицын, не сделал никто. Проблема в том, что не все вовремя прочитано и не все вовремя опубликовано. Тот же 'Архипелаг 'ГУЛАГ' издан, но власти ведут себя так, как будто этой книги и не было. Творчество Солженицына еще надо изучить и сделать выводы из того, что он писал. Но выводы надо делать многим и не только здесь, в Москве. Солженицын очень серьезно говорил, что Россия, Украина и Беларусь - это близкие страны, и это тоже очень важный сигнал, на мой взгляд.

Говоря же об оценке творчества Солженицына обществом, хочу отметить, что наше общество потребительское. Это общество, которое рекламирует колготки, прокладки и так далее. В нем настоящая русская литература плохо слышится и недостаточно востребована. Происходит известное противостояние между потребительским обществом и традиционными российскими ценностями. Кто в этом противостоянии одержит верх, сказать трудно. Я, конечно, надеюсь, что победит истинное, нравственность, мораль, особая роль литературы, которая всегда была своеобразным дополнением религии. Ведь православие у нас всегда было в союзе с государством, а литература всегда была критической. И эта система была очень эффективной, потому что она позволяла России заниматься самоанализом, саморефлексией. Ведь сегодня мы в каком-то непонятном состоянии находимся, в промежуточном положении, когда литература не слышна и телепередачи выходят лишь о том, как сварить борщ или суп. Но о душе, о нравственности сейчас говорится гораздо меньше. Вот Солженицын как раз и есть представитель подлинной традиции, но, к сожалению, он плохо слышен.

Почему российские власти не отдают должное заслугам Солженицына? Они пока не решили самую главную проблему, не определили идентичность страны, которой они управляют. Эти власти не являются ни просоветскими, ни прозападными. А ведь у нас только три линии поведения: восстановить Россию до 1917 года либо пытаться восстановить Советский Союз, либо мы можем двигаться на Запад. Мне кажется, единственно правильный путь для России - преодолеть тот разрыв, произошедший в 1917 году. Наша страна до сих пор не имеет идентичности. До сих пор не реабилитирован император Николай II, и суд, подконтрольный властям, отказывается его реабилитировать. Но ведь если у нас нет истории до 1917 года, значит вся тысячелетняя история России пролетает мимо, она не состоялась. Если СССР закончился распадом, значит его истории как бы тоже не было. Этот вопрос пока не решен, поэтому и отношение к Солженицыну пока показное. Конечно, это признанный человек. Но главное, чего он не сделал, - он не создал школу, у него нет учеников и продолжателей. Он остается одиночкой и существует опасность, что с ним произойдет то же, что произошло в свое время с Ломоносовым. Этот ученый сделал величайшие открытия в науке, но не смог создать школу. Все, что он открыл, было позабыто и через сто лет открыто заново. Так что есть опасность, что те открытия, которые сделал Солженицын, могут быть утрачены.

Игорь Чубайс, доктор философских наук, директор Центра по изучению России Российского университета дружбы народов

***

Ричард Пайпс: Солженицын говорил языком, который большинству россиян уже непонятен

Выдающийся историк, профессор Гарвардского Университета на пенсии, Ричард Пайпс выражает признание Солженицыну за его борьбу с коммунизмом, но критикует его великорусский национализм и антизападные высказывания.

- У меня всегда были смешанные чувства по отношению к Солженицыну. С одной стороны, он был весьма отважным противником и разоблачителем коммунизма в те времена, когда это грозило суровыми карами. За свою деятельность в этой области он заплатил высокую цену, и это меня в нем восхищает, - сказал Пайпс в беседе с Польским Информационным Агентством в ночь с воскресенья на понедельник.

- С другой стороны, он был националистом, у него были совершенно нереальные представления о том, чем была и чем должна быть Россия. У него была ошибочная концепция в этом вопросе. Мне также не нравится его враждебность по отношению к Западу, - добавил историк.

Он не считает творчество Солженицына особо ценным.

- Не думаю, чтобы его романы жили достаточно долго. Они слишком многословны и слишком связаны с советским режимом. Он не был великим писателем. Его будут помнить, главным образом, за 'Архипелаг Гулаг', - сказал Пайпс.

Пайпс напомнил, что Солженицын после возвращения в Россию 'не сыграл там такой роли, которую намеревался сыграть'.

Он говорил языком, который большинству россиян уже непонятен. Его телепрограмма была закрыта, а книги не пользовались большим успехом. В России его уважали, но не питали к нему теплых чувств. Он не был любимым автором. Бывая часто в России, я никогда не слышал, чтобы люди говорили о нем с восторгом, - заметил Пайпс.

Александр Солженицын умер в Москве в ночь с воскресенья на понедельник. Причиной смерти была острая сердечная недостаточность.

Автор перевода читатель ИноСМИ.Ru - ursa

Примечание: редакция ИноСМИ.Ru не несет ответственности за качество переводов наших уважаемых читателей

Wirtualna Polska, Польша, перевод ИноСМИ.ru

***

Мировоззренческие 'дрейфы' Александра Исаевича

Выдающийся русский писатель, общественный деятель, историк и поэт покинул наш мир; однако жизнь и наследие Солженицына, личности исключительно страстной, эмоциональной, одинаково великой и характерной, и своими пророческими прозрениями, и грандиозными ошибками (значительная часть которых, к огромному сожалению, имеет имперско-шовинистический характер, особенно если говорить об его отношении к Украине), эта жизнь и это наследие не принадлежат ни в коем разе к категории тех, о которых еще древние римляне говорили: 'Или хорошо - или ничего'.

Действительно, поражает диапазон мировоззренческих 'дрейфов' Солженицина - от отчаянной войны с коммунизмом и советской империей (это же ему принадлежат слова, сказанные в 1990 году: 'Не нужна нам, русским, эта империя, свались она с наших плеч, она лишь отягощает наше развитие!', но тут же Александр Исаевич уточнял: когда россияне, украинцы и белорусы живут в одном государстве - это совершенно не является империей, потому что это все народы 'родные', 'свои'!) до осанны Столыпину с его откровенным подавлением 'инородцев'. Но это не является личной чертой только Солженицына; на примере грандиозного творчества этого великого писателя, последнего классика русской литературы ХХ века отечественные и мировые историки будут изучать и эволюцию русского сознания (и эволюцию его имперской составляющей!), и, наконец, вообще историю России тоталитарного и предреволюционного времени (учитывая то, что, бесспорно, Солженицын - не историк, а писатель, и это невероятно субъективный писатель). Вот в чем величие человека, только что навсегда оставившего мир. Разговор о Солженицыне, по сути, лишь начинается.

Игорь Сюндюков, 'День'

***

'Наказание божие' для тоталитарной власти

Александр Солженицын - одна из самых замечательных фигур минувшего столетия, а, возможно, и не только. Это тот случай, когда о человеке можно прежде всего говорить как об выдающемся социальном явлении. В историю ХХ века он вошел, как подлинное 'наказание божие' для тоталитарной власти. Это был тот редчайший случай, когда власть, при всей своей дьявольской мощи, ничего не могла сделать с отдельным человеком, который был узником, узником совести. Это замечательный пример того, как писатель работал не за рабочим столом в кабинете, а на лесоповале, превратив свое сознание в 'экран памяти', в текст, который имел могучую силу.

Говоря о крахе 'империи зла', мы и в этом случае можем сказать: в начале было Слово, и этим словом были не рукописные, но схваченные сознанием книги Солженицына. Он первый задал вопрос, который прозвучал громом для могучей тоталитарной империи: что они делают с нашими сердцами? И сердца людей отвергли эту систему. После этого уже ничто ее не могло спасти. Александр Исаевич верил, что 'одно слово правды весь мир перетянет'.

Солженицын, как библейский персонаж, изрек пророческие слова: 'Я сообщаю вам великую тайну: не все мы умрем, но все мы изменимся'. И мы действительно изменились, став гражданами независимой Украины. Сама жизнь и деятельность нашего героя стала беспримерным символом силы и могущества идеи свободы, и самого Слова о ней. В деятельности Солженицына задействованы такие силы духа и истории, которые свидетельствуют о том, что их носитель прикоснулся к тайне Абсолюта. И потому все его слабые стороны, спорные утверждения, наивные попытки 'обустроить Россию' бледнеют и могут не приниматься в расчет по сравнению с приближением к непостижимым тайнам человеческого присутствия в мире. Говоря о его уходе из жизни, я не хочу употреблять слово 'смерть', поскольку оно не применимо к этому человеку - у людей духа нет дня смерти.

Сергей Крымский, доктор философских наук, профессор

___________________________________

Закончился последний бой для нобелевского лауреата Александра Солженицына ("The Times", Великобритания)

Ни один серьезный человек ни в одной стране мира больше не сможет оправдывать преступления Сталина ("The Wall Street Journal", США)

Солженицын: противоречия великого человека ("Postimees", Эстония)

Александр Солженицын: великий русский вне своего времени ("The Guardian", Великобритания)

Александр Солженицын: одинокий голос, готовый говорить правду во что бы то ни стало ("The Times", Великобритания)