Разрыв между мифом и реальностью на проходившем на прошлой неделе в Лондоне саммите 'большой двадцатки' поражал воображение. С одной стороны, президент Барак Обама заявил, что он прибыл в Лондон слушать, а не диктовать. Таков был миф.

С другой стороны, основной интригой саммита стали попытки экономистов Обамы заставить европейцев ввести дополнительное бюджетное стимулирование. Такова была реальность.

У Европы были веские причины отказать американскому президенту.

Увеличение расходов может нанести серьезный ущерб Европейскому центральному банку и евро. Бороться с финансовым и экономическим кризисом, конечно, необходимо, но не ценой подрыва ключевых европейских институтов.

Европейцы достигли порога дефицитного расходования, который они не посмеют пересечь - кризис там, или не кризис, однако экономисты Обамы не смогли показать, что они понимают эту позицию и уважают ее.

Проблема не в 'пристрастии к халяве', в котором обвиняют европейцев некоторые политики в Вашингтоне, а в стратегических интересах Европы. На кону может стоять судьба Европейского валютного союза.

Немцы согласились присоединиться к валютному союзу только благодаря так называемому Пакту о стабильности, ограничившему бюджетный дефицит. Когда эти ограничения нарушаются- как это происходит сейчас - Германия и прочие страны с твердой валютой (такие как Нидерланды) начинают опасаться, что, когда экономика восстановится, Европейский центральный банк не сможет обеспечить им должную защиту от инфляции.

Эти опасения играют важную роль в немецкой политике, и вполне справедливо. Германия не хочет, сменив марку на евро, оказаться в дураках. Именно поэтому немцы не будут далеко заходить в бюджетном стимулировании. Иностранцы, критикующие за это Германию, не задумываются о косвенном ущербе, который может нанести предлагаемый ими (и непропорциональный на взгляд европейца) ответ на кризис.

Остается только поаплодировать 'госпоже Нет'. В ответ на американское давление канцлер Ангела Меркель (Angela Merkel) провела четкую границу и не отступила от нее не ни на шаг. Для Германии - и для Европы в целом - это правильная позиция.

Парадоксальным образом, политика Германии может пойти на пользу и Соединенным Штатам. Как указывают некоторые европейские экономисты, увеличение Европой бюджетного стимулирования может оказать в итоге прямо противоположный эффект на спрос в мировом масштабе.

Это связано с уровнем доверия. Рост в Европе дефицитного расходования (и без того высокого) может отрицательно сказаться на доверии к еврозоне. Если возникнут сомнения в долговременной надежности ЕЦБ, частный спрос может упасть при одновременном росте общественного.

Под действием этих двух разнонаправленных сил совокупный спрос в Европе может снизиться - а американцы пытались добиться в Лондоне явно не этого.

Таким образом, нагнетать напряженность между Европой и Америкой из-за дефицитного расходования, возможно, не имело смысла.

Что точно не имело смысла, более того было контрпродуктивно с точки зрения европейско-американских отношений, так это безответственные заявления о том, что европейцы - 'халявщики', так как не хотят усиливать бюджетное стимулирование, продвигаемое американской стороной.

Какой абсурд! В любом случае, им не стоило переваливать с больной головы на здоровую.

Если Америке требуется бюджетное стимулирование, ей следует прибегнуть к нему самой. Даже президент Обама признал, выступая в Лондоне, что [мировой] кризис начался в Соединенных Штатах со субстандартных ипотечных кредитов. И не европейцы перекрыли кислород банку Lehman Brothers.

Что это, если не 'склонность к халяве', когда люди, создавшие проблему, требуют, чтобы ее решали окружающие?

Когда президент Обама заявляет, что он хочет избавить американскую политику от ореола высокомерия и снисходительности, и в то же время его собственная команда пытается ложными обвинениями заставить Европу увеличить бюджетное стимулирование сильнее, чем ей кажется благоразумным, доверие к нему падает.

Интересы и взгляды иногда расходятся даже у друзей. Если бы команда Обамы своим поведением продемонстрировала, что она понимает и уважает эти расхождения, молодой президент мог бы добиться на переговорах в Европе настоящего успеха.

Мелвин Краусс - старший научный сотрудник Гуверовского института (Hoover Institution) при Стэнфордском университете (Stanford University)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.