Андерс Фог Расмуссен (Anders Fogh Rasmussen), который должен принять бразды правления Альянсом, унаследует проблемную, отошедшую на второй план организацию.

Итак, мы говорим 'прощай' Яаапу де Хооп Схефферу (Jaap de Hoop Scheffer), и - настороженное 'добро пожаловать' Андерсу Фог Расмуссену. Учитывая, что такого понятия как действительно хороший или успешный генсек не существует - согласно отзывам они все отличные, а в реальности работа просто невозможная, - де Хооп Схеффер был неплох. Непримечательный политик в своей собственной стране, Нидерландах, он оставался, в общем, таким же и на посту в НАТО: усердным, благонамеренным, интеллигентным и бесконечно неэффективным. Но если честно, один-единственный человек не может сделать НАТО эффективным в Афганистане - так же, как он не может возглавлять организацию, которая не структурирована и не готова вести масштабную экспедиционную войну против неконвенционального противника.

Вакансия генсека НАТО освободилась довольно неожиданно пять лет назад, когда тогдашний глава НАТО Джордж Робертсон (George Robertson) решил не продлевать своего срока пребывания в должности. Де Хооп Схеффер, тогда занимавший пост нидерландского министра иностранных дел, ярый сторонник участия своей страны в операции 'Освобождение Ирака', был поддержан США, и никто особенно против его назначения не возражал. Это было частично связано с тем, что позиция освободилась в неудачный момент в круговороте 'вакансий для пацанов', в том смысле, в каком обычно проходят назначения на высшие международные должности. Голландия зачастую получает такие 'несвоевременные' посты, потому что она, во-первых, не достаточно велика для того, чтобы оскорблять крупные государства, а во-вторых, не достаточно мала для того, чтобы оставаться не при делах. Однако, очевидно так же, что такое решение было принято потому, что большинство европейских стран осознали, что НАТО - в некоторой степени безнадежное предприятие США и Великобритании, и не особенно заботились о том, кто ее возглавит.

Де Хооп Схеффер не мог не осознавать этой тенденции, потому что это было, пожалуй, основной причиной того, что Лорд Робертсон решил покинуть пост генсекретаря: он знал, что политической воли на поддержку организации нет, не говоря уж о поддержке войны. Более того, он знал, что, помимо общего европейского равнодушия периода после холодной войны, корни этой ситуации объясняются очень интересными обстоятельствами: отходом США от НАТО и его членов после атак 11 сентября.

Непосредственно после терактов Альянс в первый и единственный раз упомянул статью 5 своего договора, согласно которой вооруженное нападение на одного или нескольких членов Альянса является нападением на всех, и что все участники НАТО предпримут 'необходимые меры, в том числе предполагающие использование вооруженных сил, с целью восстановить и поддерживать безопасность в зоне Североатлантического договора'. Это самая веская мера, к которой вообще Альянс может прибегнуть, и было очевидно, что каждое государство-участник было намерено подкрепить свои обязательства военными действиями.

К сожалению, тогда как дипломатический корпус США осознал глубину этого жеста, политическое лидерство на это оказалось не способно. Оно отвергло жест, предпочтя заняться этим в одиночестве с несколькими союзниками в рамках концепции 'миссия определяет коалицию'. Это было, как тогда выразился помощник генерального секретаря НАТО по оборонной политике Эдгар Бакли (Edgar Buckley), 'принципиальной недооценкой природы альянса и явилось причиной обесценивания значимости стратегической солидарности. Таким образом, я разделяю пессимизм тех, кто полагает, что США могли сделать больше в плане привлечения Альянса к своим действиям в отношении Талибана и Аль-Каиды'.

Но плохое обращение США с НАТО на этом не кончилось: освободив Афганистан от Талибана, возглавляемая американцами коалиция, по сути, потеряла интерес в структуре. Продолжая держать свои войска в рамках отдельной миссии по борьбе с повстанцами на границе с Пакистаном - операции 'Несокрушимая свобода', США передали Афганистан и его восстановление на поруки международному сообществу в декабре 2001 на встрече в Бонне. Результатом встречи стало создание мандатом ООН Международных сил содействия безопасности, без какой бы то ни было институциональной базы, которые в течение первых шести месяцев вызвалась возглавлять Великобритания, второй стала Турция. НАТО решила взять на себя ответственность за миссию в апреле 2003, не в последнюю очередь потому, что она стала несостоятельной в качестве структуры в вольном плавании, в которую члены Альянса вкладывались не координируясь. Кроме того, США стали оказывать сильнейшее давление на своих союзников, особенно на центрально-европейских и южно-европейских членов организации, с целью заставить их сделать именно это.

Официально НАТО приняла командование над Международными силами содействия безопасности в августе 2003. Маловероятно, что по этому поводу договорились все союзники, дело скорее в том, что США, вновь в коалиции с Британии и несколькими другими государствами, в марте 203 вошли в Ирак. Мнения по поводу вторжения в Трансатлантическом союзе, мягко говоря, разделились. Этот факт, понятно, препятствовал возникновению какого-либо плодотворного сотрудничества в Афганистане. Кроме того, концепция и размер миссии постоянно менялись: первоначально Силы должны были обеспечивать безопасность в Кабуле и его окрестностях в целях восстановления, но в октябре 2003 Совет безопасности расширил мандат на всю страну. Не так много государств хотели предоставлять свои войска для выполнения первоначальной миссии, хотя их численность в итоге превысила численность гражданских команд восстановления, которые были абсолютно нескоординированными. Таким образом, военное расширение означало, что развертка сил проходила не всегда логически, причем силы созывались по любому поводу - процесс завершился лишь в октябре 2006. Тем временем Талибан отвоевал территории и снова стал править афганским народом, что означало, что во многих частях страны миссия от обеспечения безопасности перешла к военным задачам.

Важно осознать эти предпосылки и хронологию, о которых обычно не говорят во время дискуссий, - они объясняют ту жуткую лужу, в которой восседает НАТО сегодня в Афганистане: НАТО присутствует там в качестве альянса не с 2001 года, как указывают некоторые, а с середины 2003 в попытке обеспечить 'полный объем' в течение более чем трех лет и с постоянными разногласиями между союзниками. Более того, развить 'стратегическое видение' Сил содействия удалось лишь к 2008 году. И до сих пор им недостает четких военных целей.

И пока обе стороны Атлантики стараются забыть прошлое, остается фундаментальное недоверие союзников друг к другу - не в последнюю очередь по поводу лидерства и целей альянса. Все это усугубляется натовским архаичными военным командованием и структурой управления, полностью не способными вести современную войну. А также тем фактом, что не хватает ни войск, ни техники для того, чтобы сражаться с хорошо окопавшимся врагом в стране такого размера как Афганистан.

Де Хооп Схеффер сделал все, что мог, чтобы справиться с управлением в этих неспокойных водах, но ему не хватало ни институциональной власти, ни харизмы для того, чтобы убедить США и упрямых европейцев в необходимости простейшей согласованности, не говоря уж о больших обязательствах и политической воле. Есть надежда, что если его изберут, Фог Расмуссен, действующий премьер, сможет их улещивать более эффективно. С усилением боев и ростом числа жертв, шансы не очень велики, но если зато он провалится, то может войти в историю как последний генеральный секретарь НАТО.

Обсудить на форуме

_________________

Афганистан и Россия - две главные проблемы будущего главы НАТО("Reuters", Великобритания)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.