Президент Барак Обама уже налетал не одну тысячу миль на 'борту номер один'. Они с госсекретарем Хилари Клинтон (Hillary Clinton) выступили с установочными внешнеполитическими заявлениями. Команда, отвечающая за национальную безопасность, полностью сформирована. Так что пора уже подводить первые итоги отношений администрации Обамы с остальным миром. Насколько ее внешняя политика отличается от курса непосредственных предшественников? И если такие отличия имеются, то в чем их значение?

Если оставить за скобками не слишком скромную формулировку об 'умной силе', - ведь только дураки (читай: предшественники обамовской команды) предпочитают 'грубую силу' - выясняется, что преемственность курса явно преобладает.

Сокращение наших обязательств в Ираке идет быстрее и решительнее, чем хотела бы бушевская администрация, но его никак не назовешь 'поворотом на 180 градусов', за который ратовали ребята с сайта MoveOn.org. Роберт Гейтс (Robert Gates), назначенный министром обороны еще при Буше, и генералы, получившие высшие командные посты тоже при предыдущей администрации, продолжают усиление контингента в Ираке, начатое опять же в последние годы бушевского президентства. Удары по территории Пакистана с применением беспилотных летательных аппаратов продолжаются, а в риторике новой команды относительно боевиков из 'Аль-Каиды' все чаще проскальзывают словечки типа 'ликвидировать', 'уничтожить', 'убить'.

В отношениях с Европой налицо явное потепление. Но эта 'разморозка' тоже началась в последние годы пребывания у власти администрации Буша, сумевшей обеспечить усиление французского воинского контингента в Афганистане и одновременно облегчить возвращение этой страны в НАТО, а также подкрепившей авторитетом США ответные действия Европы на российское вторжение в Грузию.

Ближневосточное мирное урегулирование? Здесь тоже изменилась скорее форма, - вместо созыва масштабных конференций акцент делается на усилия спецпредставителей - но основное содержание осталось тем же.

Многосторонняя дипломатия? И здесь мы наблюдем преемственность - ООН как и прежде 'штампует' все новые неэффективные резолюции по Ирану и Северной Корее.

Увеличение объемов помощи иностранным государствам? Что ж, нам еще предстоит увидеть, сможет ли администрация Обамы сделать что-нибудь поважнее, чем масштабная и эффективная программа помощи Африке в борьбе со СПИДом, запущенная при президенте Джордже У. Буше.

В заявлениях об основных принципах американской внешней политики особых новаций тоже не заметно. Достаточно вспомнить недавнее выступление г-жи Клинтон в Совете по международным отношениям (Council on Foreign Relations): 'Вопрос не в том, можем мы или должны оставаться мировым лидером в 21 веке, а в том, каким образом нам осуществлять это лидерство'. В этих словах трудно уловить какую-либо стеснительность относительно преобладания Америки на международной арене. А вот еще пример: 'Мы без колебаний будем - и самым энергичным образом - защищать наших друзей, наших союзников, и в первую очередь наш народ, при необходимости с помощью самых мощных в мире вооруженных сил'. Отдает 'игрой мускулов', нет? А теперь посмотрим, что лежит в основе нашего курса: 'Свобода, демократия, справедливость и равенство возможностей - вот фундамент наших приоритетов'. И где здесь 'политический реализм' в духе Меттерниха?

Если же говорить о более скромном восприятии возможностей Америки, то вот что думает по этому поводу г-жа Клинтон: 'Более 230 лет назад Томас Пейн говорил: 'Нам по силам даже заставить мир вращаться по-новому'. Сегодня, в новую и совершенно другую эпоху, эти силы нам потребуются'. Да такое постеснялся бы сказать самый 'упертый' неокосерватор!

Впрочем, бросаются в глаза и кое-какие различия. Так, Обама обещает закрыть тюрьму в Гуантанамо - как только он решит, что делать с вражескими комбатантами, которые там содержатся. Кроме того, если администрация Буша лишь неохотно признавала опасности, связанные с климатическими изменениями, предпочитая, чтобы им противостояла 'невидимая рука' высоких цен на энергоносители и инновационного частного предпринимательства, команда Обамы согласна ввести 'потолки' на выбросы углекислоты и торговлю соответствующими квотами - со всеми неизбежными последствиями в виде выгод привилегированным 'клиентам' и скрытого повышения налогов. Остается посмотреть, как администрация Обамы сможет убедить Индию и Китай с их бурно развивающейся экономикой, выбрасывающей в атмосферу огромные объемы 'парниковых газов', подчиниться этой системе ограничений.

Пойдем дальше: администрация Обамы не подписывает соглашения о свободной торговле с нашей союзницей, - демократической Колумбией - чтобы не 'обидеть' своих сторонников в профсоюзном движении, и одновременно пытается примириться с чавесовской Венесуэлой. А свои миротворческие усилия на Ближнем Востоке она решила начать с беспричинной ссоры с другим нашим близким союзником - Израилем.

Кроме того, она взялась за совершенно нереальную задачу: полностью избавить мир от ядерного оружия. Первым шагом по этой 'дороге в никуда' стало возобновление переговоров по контролю над вооружениями с Россией, без каких-либо признаков того, что это позволит заручиться сотрудничеством Москвы по любому из направлений. А вот дальнейшая деградация нашего ядерного арсенала в данном случае неизбежна.

В основном, однако, главные элементы внешнеполитического курса остаются прежними. И удивляться этому не стоит: ведь интересы США - независимо от того, кто въехал в Белый дом - диктуются их географическим положением, экономикой, системой альянсов, и, самое главное, ценностями. Многочисленное 'племя' наивных реалистов не в состоянии осознать, что американскую внешнюю политику неизменно направляют - хотя и не всегда предопределяют - наши идеалы. Более того, поскольку руководство команды, отвечающей в администрации Обамы за выработку внешней политики и политики безопасности, состоит из экспертов Демократической партии, занимающих центристские позиции, ее выводы относительно окружающего мира и американских интересов на международной арене вряд ли будут радикально отличаться от точки зрения предшественников.

Однако различия в методах реализации внешнеполитических целей - пусть и похожих - могут очень многое изменить. Возьмем, к примеру, попытки нынешней администрации 'наладить взаимодействие' с Ираном.

Администрация Буша тоже обдумывала этот вариант, и даже его опробовала, проведя осторожный зондаж на дипломатическом уровне в ходе нескольких международных форумов. Но ожидал ли Обама, обещая лидерам Ирана и других деспотий 'мы протянем вам руку, если вы готовы разжать кулак', что пальцы Верховного лидера будут липкими от крови иранцев, убитых властями в ходе недавних демонстраций? И что примечательно: вместо корректировки курса в свете последних событий нынешняя администрация моментально освобождает пятерых иранских 'дипломатов', - на самом деле членов Корпуса стражей Исламской революции - которых мы задержали в Ираке.

Политика Обамы на 'иранском направлении' демонстрирует слепую веру в дипломатические методы, которую еще можно было бы понять, если бы она исходила от карьерных дипломатов, 'зацикленных' на процедурных вопросах, не мыслящих жизни без демаршей, переговорных позиций, рабочих групп, неофициальных каналов, всяческих диалогов и саммитов.

Однако уже вскоре эта политика столкнется с беспощадной реальностью: с маячащим впереди выбором между войной против Ирана и признанием его статуса в новом качестве ядерной державы. Готова ли нынешняя администрация к решительным действиям, если дипломатия - как это часто бывает - не даст результатов?

Подобная вера в дипломатию в данном случае отражает другую, глубинную тему - неприятие всего, что связано с бушевской эпохой. Пусть даже упрямая действительность вынуждает новую администрацию сохранять за собой многие из тех 'привилегий' исполнительной власти (например, должного уровня секретности вокруг некоторых направлений деятельности ЦРУ), которыми пользовались ее предшественники, а также продолжать или даже развивать основные элементы прежнего политического курса, ее действия все равно страдают от стремления любой ценой 'отличаться от Буша'.

Полагая (кстати, ошибочно), что администрация Буша не использовала дипломатические методы, команда Обамы прибегает к ним там где следует, и где не следует - вплоть до таких глупостей, как подаренная российскому министру иностранных дел кнопка с ошибкой в пояснительной надписи 'перезагрузка'. Поскольку бушевская программа распространения свободы вызывает у нее полное неприятие, эта команда будет тщательно избегать любого намека на такие действия, пока у президента, вице-президента и госсекретаря - ведь они же американцы! - не прорвется наружу вера в наши общечеловеческие идеалы и возмущение действиями международных бандитов, диктаторов и тиранов.

Главное различие между администрациями Обамы и Буша, впрочем, связано с самими 'первыми лицами', а точнее с тем, как их воспринимают на родине и за рубежом. Обама весьма популярен, и он замкнул американскую внешнюю политику на себя.

Переполненный уверенностью в своих способностях и убежденный в правоте своих взглядов, он поставил перед собой непомерно амбициозные задачи во внутренней и внешней политике. Он намерен помирить арабов и израильтян, убедить Иран отказаться от ядерного оружия, перестроить международную финансовую систему, вывести нас на путь к безъядерному миру, гармонизировать отношения между исламом и христианством и поставить заслон глобальному потеплению, а также обеспечить каждого американца медицинской страховкой и вытащить страну из самого серьезного экономического кризиса со времен Великой депрессии.

Лорду Солсбери, занимавшему пост премьера и министра иностранных дел Великобритании в конце 19 века, принадлежит знаменитый афоризм: внешняя политика - это умение 'лениво плыть по течению, периодически отталкиваясь дипломатическим 'багром', чтобы избежать столкновения'. В нашу эпоху этого искусства недостаточно. Но постоянные аплодисменты прессы, перещеголявшей в своем угодничестве любой королевский двор эпохи Ренессанса, не должны отвлекать внимание от опасностей, которыми чреват политический стиль Обамы, характеризующийся безоглядной уверенностью в собственном всезнании и абсолютной компетентности.

Некоторые из его планов, несомненно, ждет полный провал, и на пути нас конечно подстерегают весьма неприятные сюрпризы. Администрация Буша, утверждали многие из ее критиков, пала жертвой собственной гордыни, греха высокомерия, за который, согласно античной мифологии, не избежать кары грозной богини Немезиды. И древние греки бы хорошо поняли иронию момента, если выяснится, что холодный взгляд этой дамы - а она всегда находится ближе, чем мы полагаем - все чаще с неодобрительным вниманием задерживается на сегодняшнем Белом доме.

Элиот Коэн - преподаватель Школы фундаментальных международных исследований (School of Advanced International Studies) при Университете им. Джонса Гопкинса (Johns Hopkins University). В последние два года пребывания у власти администрации Джорджа У. Буша он работал консультантом в Госдепартаменте.

___________________________________________________________

Аварийная перезагрузка СНВ ("Defense News", США)

Друзья и враги ("National Review", США)

Обсудить публикацию на форуме