Решение Турции отменить военные учения с участием Израиля вызвало в Тель-Авиве обеспокоенность по поводу тех опасностей, которые грозят его тесным военным и экономическим связям с этой ключевой мусульманской страной и членом НАТО, не всегда согласной следовать западным курсом.

 

Принятое в конце недели турецким премьером Реджепом Тайипом Эрдоганом (Recep Tayyip Erdogan) и его правительством решение стало очередным проявлением широко распространившегося негодования (особенно в мусульманских странах) по поводу гибели сотен граждан Палестины во время конфликта в Газе прошлой зимой.

 

Но оно может иметь и более широкое значение, что вызвано растущим влиянием Турции в регионе, а также ее стратегическим положением как страны с более чем 70-миллионным населением, которая граничит с Ираком и Ираном и уже долгое время тщетно пытается вступить в Европейский Союз.

 

"Турция пытается по-новому позиционировать себя в мире, - сказала в понедельник европейский аналитик из лондонского Интернет-издания Jane's Country Risk Карина О'Рейли (Carina O'Reilly), - она пытается укрепить свои позиции независимой державы".

 

Аналитики видят в Турции сложную ситуацию. Там тесно привязанное к исламу правительство пытается играть новую для себя роль представителя интересов мусульман, одновременно сохраняя альянс с Западом.

 

Отношение Турции к Израилю стало отражением "двусторонней политики", которая появилась на свет в момент, когда Эрдоган подверг резкой критике израильского президента за жертвы в Газе на международном форуме в Швейцарии. Об этом говорит профессор международных отношений из Ближневосточного технического университета Хусейн Багчи (Huseyin Bagci).

 

"После случая в Давосе турецкое правительство попыталось стать совестью Ближнего Востока", - сказал Багчи. Однако за кулисами отношения с Израилем сохраняются в основном без изменений, добавил он.

 

Скандал разразился в воскресенье, когда израильские официальные представители заявили, что Анкара отменила международную фазу военных учений "Анатолийский орел", в которых должны были участвовать США и НАТО, поскольку оно выступило против участия в этих учениях Израиля. США и НАТО не стали комментировать причины отмены военных маневров.

 

Сама Турция утверждает, что причина "переноса" учений, которые должны были состояться на этой неделе в турецком городе Конья, не носит политического характера. Она заявила лишь то, что это стало результатом переговоров со странами-участницами. Анкара призвала Израиль проявлять "здравый смысл в своих подходах и заявлениях".

 

Однако министр иностранных дел Ахмет Давутоглу (Ahmet Davutoglu) в своем воскресном интервью CNN увязал отмену учений с войной в Газе. Отвечая на вопрос о том, почему исключили Израиль, он сказал: "Мы надеемся, что ситуация в Газе улучшится и вернется в дипломатическое русло. А это поможет создать новую атмосферу и в турецко-израильских отношениях".

 

Хорошие отношения Израиля с мусульманской в основном страной Турцией долгие годы усиливали его позиции, ослабляя изоляцию Тель-Авива в регионе в период напряженности между еврейским государством и значительной частью исламского мира. Израильские туристы толпами ездили в Турцию, а Анкара имела большие выгоды от мощного военного альянса с сильной и высокотехнологичной армией Израиля.

 

Но эти отношения, которые никогда не были простыми, стали ухудшаться, когда Израиль начал в январе войну в секторе Газа. Гибель гражданского населения Палестины вызвала негодование во всем мире. Проведение учений в Конье могло вызвать весьма негативную реакцию: во время войны происламские средства массовой информации Турции публиковали статьи с утверждениями о том, что бомбившие цели в Газе израильские летчики проходили в этом городе подготовку во время учений.

 

Некоторые израильские комментаторы выразили обеспокоенность в связи с тем, что отмена учений может быть проявлением политики постепенного сближения Турции с фундаменталистским Ираном. Тем не менее, несмотря на улучшение отношений Анкары с Тегераном, она высоко ценит свои связи с Западом, и подобно своим союзникам, проявляет глубокую озабоченность в связи с деятельностью Ирана в ядерной области.

 

Это происходит на фоне роста скептицизма среди турков по поводу принятия их светского, но имеющего сильные религиозные традиции государства в Евросоюз на основе полноправного членства. Переговоры на эту тему длятся с переменным успехом уже несколько  лет, а ключевые страны-члены ЕС, такие как Франция и Германия, настойчиво выступают против принятия Турции в свои ряды.

 

На самом деле, Турция не хочет принимать чью-либо сторону или переходить в чей-то лагерь. Это весьма сложное и самобытное государство: мусульманская страна со светской политической системой, где ситуация остается небезопасной; глубоко националистическая нация с богатой имперской историей, ищущая свое место в мире.

 

Все эти особенности являются определяющими в ее споре с Израилем. Они способствуют стремлению Турции стать региональным тяжеловесом, имеющим сложную паутину замысловатых и взаимно перекрывающихся альянсов, простирающихся от НАТО до Европы, от Кавказа до Балкан. После столетия вражды Турция стремится к примирению с Арменией и пытается урегулировать свой давний конфликт с собственными гражданами курдской национальности.

 

Десятилетиями управляемая военными генералами Турция была младшим игроком в команде Запада, ведшего "холодную войну". Но сейчас она обрела собственный голос и достаточно влияния, чтобы время от времени вступать в схватки с партнерами по НАТО.

 

Несмотря на жесткую риторику Турции, прагматизм этой страны заставлял ее продолжать военные связи с Израилем, не нанося им никакого вреда. Израиль осуществляет в Турции два крупных военных проекта стоимостью более 1 миллиарда долларов. Это программы модернизации ее танковых войск и истребительной авиации. Турецкие военные также закупили в Израиле беспилотные летательные аппараты для борьбы с курдскими повстанцами, чья военная мощь по сравнению с порой расцвета 90-х годов значительно ослабла.

 

"Отношения между Израилем и Турцией носят стратегический характер и длятся десятилетиями, - заявил министр обороны Израиля Эхуд Барак (Ehud Barak), - несмотря на взлеты и падения, Турция остается ключевым игроком в нашем регионе. И нам по этому поводу не следует выступать с гневными заявлениями".

 

Алон Лиэль (Alon Liel), который в 80-е годы был израильским дипломатом №1 в Турции, назвал ситуацию "критической", и сказал, что Израиль получил "очень резкие сигналы" от все более напористого правительства этой страны.

 

"Сегодня там существует новая внешняя политика, и Турция больше не полагается исключительно на Запад. Она считает себя важным игроком во многих региональных кругах, - заявил он, - вся эта напористость в регионе придает Турции уверенность в себе и позволяет ей проявлять больше жесткости по отношению к  нам".

 

Примечание редактора: Кристофер Торчиа является шефом бюро Associated Press в Турции.

 

С участием Эйми Тейбель (Amy Teibel